Сара К. – В плену у фейри (страница 10)

— Нравится мой дом? — шутливо спросил Скуврель.

— Один, — твердо сказала я.

— Как жаль. Особенно если ты останешься тут до конца жизни. Кстати, мне нужно рассказать тебе больше о нашем народе. Мы разделены, всегда разделены. Фейвальд не королевство, а бесконечная война. Альянсы собираются и распадаются. Мы сражаемся ножами и словами, с пылом и идеально выбранными нарядами, — он сделал паузу. — О, и порой магией. Но магия опасна, она забирает больше, чем дает, так что лучше избегать ее, когда можешь.

— Как сделок?

— Их тоже нужно избегать, хотя, признаюсь, что мне нравится заключать с тобой сделки, маленькая пленница. Тебя удивительно просто обмануть. А теперь Дворы. Ты уже знаешь, что Двор Кубков — место, где твоя любимая сестра радуется своему царству ужаса. Есть еще Дворы Монет, Утра, Чешуи, Крыльев, Листьев, Ножей и Сумерек.

— Я не смогу все запомнить.

— Запомнишь. Когда тебя пытаются убить, ты их запоминаешь.

— Пообещай мне кое-что, Скуврель, — сказала я едко.

— Я уже пообещал тебе свою бессмертную дружбу, и что я не дам тебе умереть от голода. Что еще ты можешь от меня хотеть? — в его тоне звучало многострадальное терпение. Он согласился на все это? Последние несколько дней были для меня размытыми.

— Обещай, что не продашь меня никому ужасному, — сказала я.

— Не могу обещать такое, маленькая пленница, — сказал он после долгой паузы. — Потому что тот, кто должен тебя купить, ужасен.

Глава одиннадцатая

— Хочешь продать меня моей сестре? — напряженно спросила я, но играла дальше.

— Один.

Я обрадовалась, но лишь на миг.

— Я сделаю, что должен, маленькая пленница.

— Почему? Зачем такие тайны? Зачем было идти в мой мир и тащить меня сюда? Какое тебе дело до пророчества и Улаг?

— Тащить тебя? — он недоверчиво фыркнул. — Я могу спорить, ведь было иначе. А теперь притихни. Мы у Болот Салинджера, и я не хочу, чтобы на меня напали местные жители, когда они поймут, что болтает на их земле.

— Лети выше, — ядовито предложила я.

— Отличный совет. Наши враги будут искать крылатого фейри в небе. Особенно с моими крыльями из дыма.

Его тон был сухим.

— А они особенные? Я видела крылья из дыма у твоих товарищей в мире смертных.

— Товарищей? Ты про моих врагов.

— Ты их убил, сам и скажи. Может, так ты делаешь с друзьями. Ты говорил мне, что я — твой друг, но ты держишь меня в клетке, — он хотел звучать сухо? Я могла его превзойти в этом.

— Они были моим бывшим Двором. Они не приняли хорошо перемены.

— И не говори.

— Я хочу покончить с этим разговором, кошмарик.

Я вытащила книгу из сумки, с фырканьем села в палатке и открыла ее. Посмотрим, что мои предки говорили о Фейвальде. В последний раз я искала кое-что конкретное, листала страницы. В этот раз я стала читать с самого начала. Там было стихотворение:

Они были венком извивающихся призраков, и гнева у них было много,

Запутавшись в клубке, они назвали себя Джентри.

Хм. Может, кто-то из моих предков тут был. Это звучало очень точно для меня.

1090 год у фейри

Дочери, я пишу этот дневник, чтобы направить вас, когда меня не станет. Нам доверили охранять людей от зла, которое есть на нашей земле. Ужасные существа приходят через порталы, забирают детей и разумы людей. Бойтесь их. Боритесь с ними. И не давайте им очаровать вас. Не любите их так, как людей. Не выходите за них замуж. Не рожайте от них.

Хороший совет, хотя маме стоило дать эту книгу Хуланне, а не мне. Там было больше предупреждений. Но я пролистала до следующей заметки.

1091 год фейри

Забавно, как мои предки годами фейри отмечают время, хотя высмеивают фейри.

Джиннеф проигнорировала наши предупреждения, и старой Сканде пришлось идти в портал за ней. Она вернулась с пустыми руками, бормоча о призраках и запутанном мире ужасов. Она постоянно говорила о сделках и лжи. Она обезумела от ужаса. Бросилась в колодец на третий день.

Приятные истории. Книга, расскажи то, чего я не знаю.

1103 год фейри

Пятеро пошли за ними в их портал. Только Янис вернулся. Он сказал, что музыка подавляет их. Даже насвистывание или напев успокаивает.

Я стала напевать мелодию, которую всегда играл Олэн.

Клетка дернулась, воздух засвистел слишком быстро. Мы падали. Мы…

Я не поняла, что перестала петь, пока мы вдруг не выровнялись. Моя рука сжимала клетку так, что костяшки побелели, и дыхание вырывалось на скорости.

— Нет, — прорычал Скуврель, словно отчитывал щенка.

— Прости, — пробормотала я, вернувшись к книге. Что ж, это сработало.

Огонь тоже работает. Они ненавидят его. Он слепит их так, как мы не можем понять. Они освещают путь и готовят еду другими способами.

Интересно. Готовить могли те бедные големы. А освещение? Как что-то осветить без огня?

Это могло объяснить, почему Скуврель серьезно воспринял пожар. Он не оглядывался на него, верно?

Их магия искажает время. Наш народ пробыл месяц в Фейвальде, но тут прошел всего день. А потом вернулась Таня. Вторая из наших. Она заявила, что прошла в портал через час после Яниса. Для нас прошло пять лет.

Пепел! Двадцать лет могло уже пройти в моем мире. Или час. Во рту пересохло.

Она заявила, что неделю жила, пронзенная металлическим колом. Ни один смертный не смог бы так жить тут, но их магия поддерживала ее живой в агонии.

Как моего отца.

Не забывайте, они играют с едой. Ваш ужас питает их. И им весело от этого.

Я взглянула на Скувреля. Ему было весело со мной. Он питался моим страхом и ужасом? Могла ли я это как-то использовать? Охотники могли заманивать наживкой. Может, мой страх был наживкой, которая была мне нужна.

Таня обманом заставила их убрать кол, а потом убежала. Когда она прошла в портал, рана зажила при переходе. Она не думала, что выживет. Врата как-то ее исцелили.

Если я смогу добраться до отца, я смогу его освободить. Был шанс, несмотря на то, что я видела.

Следующая дюжина записей была не такой информативной. Женщины за годы теряли любимых и друзей. Женщины боролись, чтобы прогнать фейри из Скандтона огнем и песней. Женщины перевязывали раненых, сковывали безумных и бились за жизни нашего поселения.

Последние слова, которые я прочла в свете угасающего солнца, были пугающими.

Мы надеемся, что, ограничив эти знания до нескольких человек, мы сможем убрать у народа воспоминания о фейри. Как еще нам уберечь поколения и не дать снова вызвать это зло к нам?

Это не сработало. Тайны просили быть раскрытыми. Таинство заманивало таких, как Хуланна. Плохой ход, леди-предки. Не получилось.

— А теперь Игра усиливается. После этого я должен быть осмотрительнее с тобой, мой милый кошмар, — сказал Скуврель, спускаясь к тому, что выглядело как кольцо палаток, выкрашенных в яркие полосы. — Готова?

— Четыре, — сказала я, стараясь звучать решительно.

Глава двенадцатая

Протяжный крик пронзил воздух, и будто из ниоткуда что-то розовое — ярче полевого цветка — взлетело в небо, крича при этом. Когда оно оказалось над нами, оно взорвалось с хлопком и искрами. Еще два розовых крикуна взлетели чуть ниже.

— Что это было?