Сара К. – Кошмар фейри (страница 35)

Нет.

Я не хотела принимать это.

Я не дам себе убить их. Я не буду одной из них.

— Веди ее к краю потока, — приказал Равновесие. — Не давай ей сопротивляться.

Скуврель толкнул меня на колени на замерзшую траву и мокрый снег. Его губы дрожали, глаза были стеклянными. Его морок мерцал, но руки были сильными. Слишком сильными, чтобы я могла подавить его. Кровь текла из его раны в реку крови в яме, но его рука не дрогнула.

Он толкнул мою голову к воде. Что-то горячее попало по моей щеке. Я повернулась, чтобы посмотреть на него. Это была слеза? Может, это напомнило ему слишком многое о детстве. Я повернула эмоциональный нож.

— Ты говорил, что ты — предатель, но я не думала, что умру от твоей руки, — сказала я. — Добавь это к причинам, по каким ты заслуживаешь ад, в котором живешь.

— Я и не заявлял обратное, — напряженно сказал он, но в глазах были слезы.

— Я заставлю тебя заплатить за это, — прорычала я.

— О, как я хочу, чтобы так было, Кошмарик. О, как я хочу, чтобы ты преследовала меня вечность.

У меня кончились варианты.

Меня утопят в крови.

— Пора, — начал Равновесие.

Пора. Пора сделать последний рывок.

— Толкни ее… — начал приказывать Равновесие, но я перебила его:

— Финмарк Торн, — прошептала я. — Забудь обо всех верностях, кроме верности мне.

Глаза Скувреля расширились, его резкий вдох забрал воздух между нами. Я не зря рискнула. У меня было его имя.

— …в кровь и утопи ее! — еще говорил Равновесие. — Выполни приказ, Валет.

— Финмарк Торн, отпусти меня и застынь на миг, — прошептала я, пока Равновесие говорил, мою кожу покрыли мурашки от такого риска. Это было правдой? Я могла повелевать им остановиться с его именем?

Ладони Скувреля отпустили меня, и он застыл на коленях. Его глаза были огромными, блестели.

Я не тратила ни секунды.

Я вырвала стрелу из его бицепса и прыгнула к Равновесию.

Глаза Равновесия расширились, я врезалась в его грудь, его ладони невольно сжали мою талию в тот миг, когда я вонзила стрелу в его горло.

Глава тридцать восьмая

Равновесие охнул, держась за горло. Его глаза, голубой и карий, стали желтыми, как у кота.

— Нет! — прошептал Скуврель.

Я вонзила стрелу глубже, Равновесие задыхался. А потом его волосы, наполовину белые и наполовину черные, стали полностью черными. Крылья пропали.

Он обмяк подо мной, и я встала на ноги, тяжело дыша. Я ощущала себя странно. Голова кружилась. Было сложно видеть.

Я ощущала себя не собой. Я словно была кем-то еще, глядящим на мое тело.

Равновесие стал мерцать, как смертные в моем духовном зрении. А потом белый свет вылетел из его груди в небо. Когда он миновал верхушки деревьев, он взорвался с грохотом тысячей белых звёзд. Они на три удара сердца стали весами, а потом посыпались на нас.

Вдали я услышала гневные крики.

— Кошмарик, — осторожно сказал Скуврель, поднимаясь на ноги, глаза были большими, ладони — раскрыты, словно показывая, что он был без оружия. — Кошмарик, я не желаю тебе зла. Прошу, не убивай меня.

— Просишь сделки? — резко спросила я. Я не хотела убивать его. Уже нет. Но его предательство все еще жалило. Ярость бурлила в сердце.

Его лицо было бледным.

— Я прошу пощадить мою жизнь.

— Тогда сделка на твою жизнь, — сказала я, схватила ножны и пристегнула свой меч к поясу одним движением. Лук и стрелы — следом. Я бросила Скуврелю его меч. Страх и осторожность на его лице были тем, что я у него еще не видела. Я не стала медлить и обдумывать это. Я схватила клетку со мха, вытряхнула из нее Верекса — он упал в пруд крови — и привязала клетку к поясу.

— Да, — сказал он. — Сделка на мою жизнь и мое имя.

Я приподняла бровь.

— Похоже, тебе не нравится быть в моей власти.

Его глаза потемнели, его зрачки расширились так, что я едва видела радужки. — Поверь, Кошмарик, я наслаждался бы каждым мигом твоей власти. Твоя хватка на мне сильна и без моего имени.

Я фыркнула.

— Мгновения назад ты утопил бы меня в крови.

— Я был обязан делать это. Ты поймешь боль этого сильнее, чем готова.

— О?

— Теперь ты — Равновесие.

Я охнула, посмотрела на труп фейри, который был Равновесием до этого. Мое сердце гремело в голове.

— Мой старый враг, — сказал Скуврель. — Исправитель ошибок. Разрушитель хорошего. Уравнитель.

— Нет, — выдохнула я. Я не могла его видеть. Мое зрение затуманилось.

— Я так и говорил, если помнишь. Но ты заморозила меня. И я не мог тебя остановить.

— Нет, — я посмотрела в его большие испуганные глаза, как мои.

Он прошел ко мне, переступил тело того, чью роль я забрала. Он сжал мои ладони.

— Кошмарик. Мой драгоценный Кошмарик, — он нервно облизнул губы, взгляд метался. — Через миг все фейри устремятся сюда, чтобы убить тебя, пока ты уязвима, пока сила твоей роли не опустилась на тебя.

— Но я даже не фейри! — возразила я.

— И все же, — он смотрел мне в глаза, — нужно спешить. Если хочешь сделку на мою жизнь и мое имя, нужно делать это сейчас. Доверься мне, Кошмарик, все потоки моей души будут следовать за тобой, как прилив за луной.

— Я не знаю о приливах и лунах, — я убрала руки от его ладоней. — Но я знаю, что ты врал мне, предавал меня и пытался меня убить.

— Теперь ты повелеваешь мной полностью.

— Потому что я — Равновесие?

Он покачал головой. Я слышала грохот в лесу вдали, фейри и звери спешили сюда.

— Та связь порвалась со смертью прежнего Равновесия. Нет, Кошмарик. У тебя мое имя. А с ним у тебя есть я.

— Тогда я тебя сберегу, — холодно сказала я и вытащила меч из ножен.

Ловушка была установлена, хоть и не по плану. Я должна была теперь ждать и держать себя в руках. Я убрала лук в колчан, схватила клетку левой ладонью, а меч — правой.

Спокойно, Элли.

Я знала, что делала бы, будь я фейри, увидь я метку в небе.

Это означало, что я знала, что она сделает.

— Тогда ты не убьешь меня? — осторожно спросил Скуврель.