Сара Грэн – Книга о бесценной субстанции (страница 42)

Мы убежали. Я была в нижнем белье, а она и вовсе без одежды. К счастью, у меня в сумочке лежал телефон, и я позвонила одному другу. Не забывайте, что дом Флориана находится в пригороде Парижа – в темное время суток там совершенно безлюдно. Мы бежали, пока не выбились из сил, потом перешли на шаг. Примерно через час подъехал мой друг. Нам повезло – несмотря на изрезанные в кровь ноги и сильное переохлаждение, мы остались живы.

У меня сохранился нож, на котором видны пятна его крови и наши отпечатки пальцев. По крайней мере, это доказывает, что мы одновременно находились в одном и том же месте. Не сомневаюсь, что Жан-Мишель прикончил бы нас обеих, если б не электрошокер.

– Он не пытался вас преследовать? – спросила я.

– Нет. Хотя где-то через неделю позвонили его юристы и попросили прийти в офис. Там был Жюльен – шавка-ассистент Жан-Мишеля. Он предложил мне пачку денег и хотел, чтобы я подписала какие-то бумаги. Я взяла деньги, но не стала ничего подписывать. Этот урод пойдет на что угодно, лишь бы скрыть от общественности свои грязные делишки. Однако убить меня он не может – вдруг я кому-то рассказала о том, что произошло, и тогда ему конец. Но я предпочитаю помалкивать, потому что реально опасаюсь за свою жизнь. Вот такая дилемма.

Я объяснила Элен, что с ее помощью мы надеемся забрать у месье Флориана ту самую книгу.

– Можете на меня рассчитывать, – сразу же согласилась Элен. – Правда, это будет стоить двадцать тысяч евро.

– По рукам! – быстро сказал Лукас.

Мы скрепили сделку рукопожатием.

Глава 27

На разработку подробного плана действий ушел почти весь следующий день. После трехчасового мозгового штурма за завтраком в кафе у нас родилась неплохая идея. Оставалось только придумать, как ее осуществить. Здесь уже начались сложности. Мы оба были скорее теоретиками, чем практиками, и понятия не имели, как устанавливать «жучки» или общаться с миллионерами. Однако справились и с этим.

Договориться о встрече с Жан-Мишелем не составило труда. За какие-то десять минут мы сочинили складную историю в качестве приманки, и Лукас написал Жюльену. Мол, у нас есть книга, представляющая интерес для месье Флориана: британская рукопись 1640 года, автор которой подробно рассказывает о том, как однажды в ночь весеннего полнолуния вызвал дьявола и встретился с ним в собственном доме. Цена – семь тысяч долларов.

Ответ пришел в тот же день: да, месье Флориан заинтересован в покупке. Я настояла на его личном участии в сделке, и в конце концов они согласились. Мы приперли Жюльена к стенке: отказ лишь утвердил бы нас в подозрениях насчет «Книги о бесценной субстанции». Никто не должен был знать, что книга у Жан-Мишеля! Судя по всему, он действительно собирался ее использовать.

Проблемы возникли при обсуждении места встречи. Естественно, Жюльен хотел, чтобы мы приехали к Флориану домой. Встречаться в офисе тот наотрез отказался. Пришлось опять тащиться в магазин электроники и покупать более незаметное аудиовизуальное оборудование.

Подготовка заняла два дня. В назначенное утро меня ужасно мутило от волнения. Мне предстояло сделать то, на что раньше я бы в жизни не решилась. Лукас нервничал не меньше моего. Мы молча выпили по чашке кофе и проверили оборудование. Все работало как часы.

Я вышла из душа и случайно увидела себя в зеркале, мокрую и обнаженную. Не знаю, что на меня повлияло: разрушенная бесценной субстанцией «дамба», безумные события последних недель или недосып из-за смены часовых поясов. Вероятнее всего – сама книга. Однако, разглядывая свое отражение, я больше не видела одинокую, всеми покинутую неудачницу. На меня смотрела женщина, настроенная на победу; красивая, несмотря на морщины и впалые щеки. Я надела новое платье, накрасила губы красной помадой и почувствовала себя настоящей парижанкой.

Оглядываясь назад, я понимаю, что тогда видела в зеркале не себя, а лишь послушную марионетку. Удобный инструмент, который книга использовала для достижения своих целей.

Лукас выбрал для встречи приталенный темно-серый костюм, который я уже видела, и дорогой галстук темного цвета. Выпив еще кофе, мы спустились к машине, подъехавшей точно в оговоренное время. Вскоре к нам подсела Элен, по нашей просьбе изменившая внешность: рыжий парик, толстый слой косметики и дешевый серый костюм. Она стала похожа на агента по недвижимости – никто не узнал бы ее в таком виде.

Ее личное присутствие не требовалось – видеозаписи было бы достаточно. Однако Элен настояла на своем участии. И выглядела чрезвычайно довольной, предвкушая удовольствие от сладкой мести.

– Сейчас повеселимся! – усмехнулась она.

– Еще как! – с энтузиазмом подхватила я.

«Да что это со мной?» – крутилось в голове, пока мы ехали до места. Мне нравилась новая версия меня.

Очередная проверка подтвердила, что с оборудованием всё в порядке.

Через два часа машина остановилась у огромного современного особняка в пригороде Парижа. Мы прошли через раздвижные двери из матированного стекла, служившие воротами. Черный дом с панорамным остеклением казался пустым, хотя я знала, что Жан-Мишель живет здесь уже двенадцать лет. На многие акры вокруг простирался идеальный зеленый газон без единого деревца или цветка, с трех сторон прилегающий к лесу, а с четвертой ограниченный стеклянным забором.

Я заплатила водителю сто евро – как договаривались – и взяла с него обещание ждать в условленном месте. На случай если наш парень окажется ненадежным, Лукас договорился с еще одним водителем – для подстраховки. У нас было два опасения: что план не сработает и придется уйти без книги, и что Жан-Мишель прикончит нас на месте.

Мы приехали на десять минут раньше, похвалив себя за это мудрое решение: участок оказался таким огромным, что понадобилось почти девять минут, чтобы дойти до дома. Дверь открыл мужчина в черном костюме.

– Анри, – представился он. – Помощник Жюльена. Могу я взглянуть на книгу?

– Конечно, – с готовностью ответила я.

Мы знали, что подобный вопрос возникнет, поэтому вчера Лукас купил у дилера редких книг небольшую брошюрку за пару сотен евро, которая вполне подходила под описание. Хотя третьесортный гримуар малоизвестного мага не представлял никакой ценности.

Мельком взглянув на книжицу, Анри кивнул. Затем с помощью ручного детектора убедился, что мы безоружны. Забавная мера предосторожности – все знали, что Жан-Мишель хранит в доме целый арсенал, противопоставить которому нам было нечего. Кроме Элен.

Нас провели через длинный каменный коридор в большую комнату, где стоял дорогой белый стол для переговоров и десять обтянутых белой кожей стульев футуристического дизайна. Не сговариваясь, мы заняли самые «выгодные» места с максимальным обзором.

Через девятнадцать минут появился хозяин в сопровождении Жюльена. Месье Флориан источал дружелюбие и выглядел как обычный предприниматель, обаятельный и вполне адекватный. Как правило, французские бизнесмены отличаются от американских коллег более эксцентричным поведением и ярко выраженной сексуальностью – можно подумать, они постоянно веселятся и занимаются любовью. От Жан-Мишеля тоже исходила эта особая аура. Он был в расстегнутой у ворота белой рубашке без галстука и безупречно сидящем черном костюме. Густая темная шевелюра выгодно оттеняла большие карие глаза и ухоженную загорелую кожу. Судя по всему, Флориан щедро оплачивал услуги парикмахеров и стилистов, хотя и не зацикливался на собственной внешности: я не заметила в его образе ничего лишнего, никаких украшений или аксессуаров.

– Вы, должно быть, Лукас, – хозяин дома лучезарно улыбнулся. – А вы – знаменитая Лили Альбрехт! Если не ошибаюсь, именно благодаря нам французские читатели познакомились с вашей книгой несколько лет назад. Истинный шедевр!

Я порылась в памяти: во Франции меня опубликовало маленькое издательство, принадлежавшее более крупному, которое, в свою очередь, являлось частью медиакорпорации. Выходит, Жан-Мишель Флориан был ее владельцем. Вот так сюрприз!

Он повернулся к Элен:

– А вы, полагаю?..

Никогда не видела, чтобы у человека так резко менялось выражение лица. Несмотря на тщательную маскировку, Жан-Мишель узнал ее практически сразу, едва взглянув в глаза. За какие-то полминуты в его красивых чертах поочередно отразились замешательство, шок и уродливая, слепая ненависть. Ярость убийцы. Стало очевидно, что все ужасные истории о нем – чистая правда. Он него веяло злом, словно его черная, эгоистичная душа полностью перешла на сторону тьмы и настолько погрязла в пороке, что лишалась всякой надежды на искупление.

Мое сердце ушло в пятки. Я не на шутку испугалась. Однако сделала над собой усилие и постаралась расслабиться. Элен сохраняла невозмутимость. Лукас тоже был спокоен, как удав, и явно наслаждался моментом. Он обожал закулисные игры, деньги и крупные сделки. Никогда не понимала, что заставило его стать библиотекарем, хотя и довольно известным, – возможно, ему просто не хватило уверенности в себе.

– Имейте в виду, – небрежно бросил Лукас, – все происходящее фиксируется на видео и передается нашим юристам в Париже. Можете им помахать.

У каждого из нас на одежде крепились беспроводной диктофон и микрокамера. Приборы Лукаса и Элен только записывали. А мои, спрятанные в пуговице на платье, через блютус соединялись с телефоном и транслировали запись в прямом эфире юристам Элен, которые вместе с Люсьеном наблюдали за нами из парижского офиса.