Сара Фейрвуд – Академия чародейства и проклятий 3. Война света и тьмы (страница 3)

– Меня укусил Кристиан, – произнесла я тихо, в глубине души зная, что это изменит всё. – Я… я теперь вампир?

Вальдо смотрел на меня, его глаза искали изменения в моем выражении лица, будто ждал, когда я расскажу что-то важное.

– Сколько прошло дней? – неожиданно спросила я, ощутив странное беспокойство внутри.

Шумная тишина заполнила актовый зал; Вальдо не отвечал. Я обратила взгляд на Элис, чье лицо было недалеко от истерики.

– Кто-нибудь из вас мне что-нибудь скажет? – мною овладело расстройство, превращающееся в злость.

– Три недели, – наконец, произнесла Элис, ее голос звучал тоскливо и сипло.

Три недели. Я открыла рот, не в силах осознать этот факт. Как? Зачем? Время терялось в небе матового хаоса. Я обратила внимание на свои руки, лежащие на коленях, и заметила, что они были изящно одеты в длинное белое кружевное платье с длинными рукавами. Мои босые ноги ощущались холодными, отрывая от сказки о безмятежности.

– Я хочу есть, если вы не против, – фыркнула я, чувствуя, как внутри меня вздрагивает новый голод. Это не голод, который я когда-либо знала, это было что-то темное, пугающее и прекрасное одновременно.

Вальдо и Элис обменялись тревожными взглядами. Я могла почти физически ощутить, как их тревога проникала в атмосферу.

– Клэр, тебе надо отдохнуть, – вмешалась Элис, стараясь успокоить меня. – Тебе принесут еду в комнату.

Я сделала глубокий вдох, что-то внутри меня желало противостоять этому предложению, но одно лишь слово «отдохнуть» вызывало усталость, которую я не могла игнорировать. Я встала со своего стула. Вальдо указал рукой на выход из актового зала. Мы втроем покинули помещение, и я почувствовала, как на меня уставились любопытные взгляды других студентов, изучая меня, как я изучала их.

Светлое утро окутывало академическую территорию, трава, покрытая утренней росой, приятно покалывала мои босые ноги. Я ступала с осторожностью, словно опасаясь, что каждый шаг может обнажить новую реальность. Элис и Вальдо шептались впереди меня, и я прислушивалась к их переговорам, пытаясь уловить хоть что-то, что могло объяснить мой новый статус в этом мире.

Подойдя к зданию общежития, Вальдо приостановился у входа.

– Элис, проводи её до комнаты, пожалуйста, – сказал он с ноткой заботы, причем в его голосе мне послышалась тень угрозы.

Мы поднялись на этаж, и я остановилась перед своей дверью, как будто она была границей между двумя мирами – старым и новым. Я взяла в руки дверную ручку, но не могла решиться открыть её. Внутри меня бушевали чувства, словно вчерашний день и бесконечность в одном и том же моменте.

Элис заметила моё замешательство.

– Клэр, ты в порядке? – мягкий, но проницательный голос тети прервал мои размышления.

Я повернулась к ней, чувствуя тепло её присутствия, но слова застряли в горле. Я просто… не знала, чего ожидать.

– Это нормально, – заметила она, понимая моё замешательство. – Ты прошла через нечто невероятное. Но ты не одна. Мы с Вальдо здесь.

Я кивнула, хотя это не значительно успокаивало меня. Неловкая улыбка прокралась на мои губы, когда она обняла меня за плечи. В эти моменты я поняла, что она была моим якорем, и я должна зацепиться за неё.

– Не переживай, – сказала Элис, её голос прозвучал мягко, как давний колокол. – Мы во всем разберемся.

Такое уверенное обнадеживание не сделало меня спокойнее. Я всё еще чувствовала, что со мной что-то не так, как будто часть меня навсегда осталась в том потустороннем мире, из которого я вернулась. Я толкнула деревянную дверь в комнату и увидела Бэт. Она сидела на кровати, её лицо заливалось слезами, как будто печаль взяла её в свои ледяные объятья.

Сев на свою кровать, я провела ладонями по заправленной постели, чувствуя гладкость материала и пытаясь успокоить свой ум. Элис теребила края своего платья на пороге, как будто собиралась сказать что-то важное.

– Я принесу тебе поесть, – произнесла она, и, не дождавшись ответа, вышла из комнаты.

Я вздохнула, стараясь взять себя в руки, и подняла взгляд на Бэт. Она молчала, изучая меня, как будто я была загадкой, которую нужно разгадать. В её глазах смешивались страх и недоумение. Почему она смотрела на меня так, будто это была не я?

Мой внутренний голос уже начинал паниковать. «Что не так с моим лицом?» – пронеслось в голове, было ли в этом отражении что-то нечеловеческое? Я резко встала, направившись к напольному зеркалу. Увидев отражение, я чуть не упала – мои некогда яркие рыжие волосы стали белыми как снег. А глаза… Мои прекрасные зелёные глаза, которые всегда светились жизнью, теперь сияли красным – ярким, кровавым, чуждым.

Что за черт? Я отшатнулась назад, глядя на себя с ужасом и недоумением. Бэт, прикусив губу, всё так же наблюдала за моими изменениями, её рот дрожал, словно она собиралась что-то сказать, но слова не находились.

– Почему я такая, Бэт? – прошептала я, мой голос был полон растерянности и непонимания.

– Я… я не знаю, Клэр, – тихо ответила она, её голос был полон леденящего ужаса.

Я почувствовала, как воздух в комнате сгущается, а сама не могла понять, что происходит. Разорвав на себе белое платье, я оголила грудь и обнаружила, что на ней нет ни одного шрама от кинжала, который пронзил мое сердце. Ни одного намёка на то, что я была мертва. Я исцелилась. Я воскресла. Но как? Я ничего не понимала.

Скинув с себя разорванное платье, я подошла к шкафу и достала черный спортивный костюм. Надев костюм, я молча вышла из комнаты. Бэт осталась позади, её испуганные глаза следили за мной.

– Ты куда, Клэр? – крикнула она, но я не ответила. Зачем мне говорить, когда все ответы были в самом мире, который меня окружал?

Я закрыла за собой дверь и направилась в комнату Кристиана. Я шла по коридорам общежития, каждый шаг отзывался в моей голове мелодией неопределенности. Стены, некогда знакомые и уютные, казались теперь чужими, отдалёнными, как если бы я заглянула в параллельный мир. Я вспомнила его – Кристиана, с его проницательным взглядом и лёгкой улыбкой, что могла растопить даже самый холодный день зимы.

– Клэр! – вновь закричала Бэт, но на этот раз её голос звучал удалённо, как шёпот из другого времени. Не было смысла останавливаться и отвечать. Я должна была найти его.

Когда я дошла до двери его комнаты, сердце забилось быстрее. Я обняла ладонями холодную ручку, стараясь не думать о том, что чувствовала раньше. Слишком много вопросов, так много неопределенности. Я ударила кулаком в дверь.

– Кристиан, открой! – скомандовала, даже не дожидаясь ответа. Я не могла ждать терпеливо.

Дверь открылась, и в этот момент мир вокруг меня стал тихим. Кристиан стоял на пороге, его лицо было бледным от неожиданности, как будто он увидел призрака. Его глаза расширились, когда он увидел меня – свою мёртвую любовь, теперь живую, но с другой сутью.

– Клэр? – прошептал он, будто бы боялся, что это – мираж. – Ты… это правда?

Я не ответила. Вместо этого, я сделала шаг к нему, ощутив, как нарастает тот странный голод, который пробудился во мне. Он выглядел так же, как я его запомнила: черные волосы небрежно падали на лоб, а его синяя футболка обтягивала мускулистую фигуру. Я вспомнила тот момент, когда он признался мне в любви, когда его губы чуть соприкоснулись с моей шеей.

– Кристиан, я не знаю, что со мной произошло, – наконец произнесла я, смутившись от откровенности.

Он шагнул вперёд, и я увидела, как его страх сменяется решимостью.

– Я думал, что потерял тебя навсегда. Когда ты… когда я видел, как ты умираешь. Я не могу поверить, что это правда.

Я подошла ближе и коснулась его руки. Это было нежно и в то же время опасно. Он посмотрел на свою руку, где секунду назад была моя рука, и крепко обнял меня.

– Ты не представляешь, как я страдал, – произнес он, взглянув мне в глаза. Я заметила, как его зрачки слегка расширились, когда он встретился с моими красными глазами. – Я был уверен, что больше никогда не увижу тебя.

В этот момент я почувствовала себя одновременно близкой ему и в то же время глубоко чужой. Я боролась с новым голодом внутри, с желанием, которое никуда не делось.

– Я должна объяснить, – произнесла я, отстраняясь, чтобы лучше видеть его лицо. – Я… я стала другой. Я не знаю, могу ли я быть той же, что и раньше.

Кристиан моргнул и покачал головой, его голос стал низким и напряжённым.

– Ты моя Клэр. Я любил тебя, и сейчас… сейчас я всё еще люблю тебя. Это ничего не меняет.

Эти слова ударили, как молния, разрывая плотность между нами. Я сделала шаг назад, пытаясь удержать эмоции, которые стремились вырваться наружу, как буря, разразившаяся надо мной. Моё новое «я» дразнило меня, нашептывало о желаниях, о вечности, о голоде, который не утихал. Воспоминания о прежней жизни смешивались с этим новым существованием, и в голове вспыхнули мириады голосов – каждый со своим тщеславием.

Я схватила голову руками, погружаясь в затемнение этого внутреннего конфликта. Кристиан что-то говорил, но я не могла сосредоточиться, не могла его слышать – только звуки, словно молчаливые крики, сталкивались друг с другом в хаосе моего сознания.

– Клэр, – его голос пробивался сквозь шум, заставляя меня остановиться. – Скажи мне, что ты здесь, что ты не пропала.

Пока его слова тонули в воздухе, внутри меня бушевали голоса. Они смеются, шепчут, убаюкивают, обманывают. Каждый из них вырывает кусок моего размешанного разума, ловя меня в теневых лабиринтах неведомого. Я опустилась на пол, стараясь заглушить этот хаос своими руками, закрыть от него глаза.