Сара Дессен – Что такое «навсегда» (страница 14)

– Нет, – перебил его Уэс. – Зато есть поломанная рация.

– Ну, тогда согласна.

Берт мрачно покосился на нее, но Кристи улыбнулась ему и пошла к машине. Моника встала и последовала за ней.

– Веселого вечера, – крикнула им Делия. – И не гоняй слишком быстро, Берт, слышишь?

Все, кроме Уэса, расхохотались, он тоже еле сдерживался, а Берт невозмутимо занял место водителя.

– Уэс! Можешь подойти на секунду? – попросила Делия, уже сидевшая в своей машине.

Уэс направился к ней, но я стояла на дороге, и мы оба одновременно шагнули сначала в одну сторону, потом в другую. Во время этого нелепого танца я заметила, что вблизи он еще красивее, чем издалека: темные глаза, длинные ресницы, вьющиеся волосы, стройная фигура в джинсах с низкой посадкой. А из-под рукава футболки виднелась татуировка, похожая на кельтский символ. Я наконец остановилась, и он смог меня обойти.

– Извини, – с улыбкой сказал он, а я покраснела, как последняя дура.

– А где мы будем сидеть? – раздался голос Кристи из «Бертмобиля». – О боже, это что, каталка?

– Нет, – сказал Берт, – всего лишь раскладушка, пока я не придумаю что-нибудь поудобнее.

– Раскладушка? – вытаращила глаза Кристи. – Берт, ты для своего возраста слишком озабочен возможностями этого автомобиля.

– Садись и не выпендривайся. Время уходит, а у меня день рождения, – не выдержал именинник.

– Хорошего вечера, – пожелал мне Уэс, возвращаясь к «Бертмобилю».

Копаясь в сумочке в поисках ключей, я молча кивнула, словно разучилась говорить. Да что же со мной такое?! Когда я проходила мимо фургона, Делия сказала мне через окно:

– Ты замечательно справилась, Мейси. Просто великолепно.

– Спасибо.

Она взяла с торпеды ручку, достала из кармана помятую салфетку и написала свой номер.

– Позвони в понедельник, и я скажу, когда ты понадобишься в следующий раз.

– Хорошо. Еще раз спасибо, я отлично провела время.

Делия чуть удивленно улыбнулась:

– Правда? Ну что ж, я рада. Будь осторожна.

Я снова кивнула, она посигналила и поехала. Когда я открывала свою машину, со мной поравнялся «Бертмобиль».

– Эй, Мейси! – Кристи высунулась в окно. В машине гремела музыка. – Поехали с нами!

– Не могу, – смутилась я. – Мне нужно домой…

Кристи разочарованно пожала плечами и сделала музыку чуть тише.

– Ты точно хочешь пропустить все веселье? Когда еще покатаешься на настоящей «Скорой помощи»?

«Лучше бы никогда», – подумала я.

– Это переделанная «Скорая помощь», – проворчал Берт.

– Да какая разница, – не унималась Кристи, – поехали, оторвемся как следует.

– Нет, мне правда домой надо. Но спасибо за приглашение.

– Ладно, как хочешь. Тогда в следующий раз?

– Конечно, почему нет?

Я стояла возле машины и смотрела, как «Скорая помощь» отъезжает от дома. Берт разворачивался очень медленно и осторожно. Уэс поднял руку и помахал мне. Может, в другой жизни я рискнула бы сесть в эту машину, не вспоминая о прошлом и не думая о последствиях, но недавняя попытка рискнуть закончилась для меня крайне неудачно: чтобы это понять, достаточно было вернуться домой и взглянуть на монитор. Поэтому я сделала то, что считала правильным: проводив взглядом поворачивающий на дорогу «Бертмобиль», села в свою машину и поехала домой.

Глава 5

Дорогой Джейсон, я получила твое письмо и, должна сказать, чрезвычайно удивилась, узнав, что ты считаешь…

Нет.

Дорогой Джейсон, я получила твое письмо, и меня не покидает чувство, что, наверное, тебе следовало предупредить меня заранее, если наши отношения…

Не то.

Дорогой Джейсон, я получила твое письмо и не могу поверить, что ты так со мной поступил, ведь я всего лишь сказала, что люблю тебя, и большинство людей, которые встречаются…

Не годится.

Я убила два выходных дня, упражняясь в эпистолярном жанре, чтобы сочинить достойный ответ на письмо Джейсона, но наступил понедельник, а я так ничего и не придумала. Дело в том, его письмо было написано таким холодным, бесчувственным тоном, что мне хотелось ответить в том же духе, но не получалось. Как я ни старалась, в написанных мною строчках легко читались грусть, обида и даже отчаяние. В итоге я решила, что лучше оставить письмо без ответа. Джейсон больше не писал, и я поняла, что он расценил мое молчание как знак согласия. В конце концов, он ведь этого и добивался.

По дороге на работу я остановилась на светофоре за машиной «Скорой помощи», и сразу же вспомнила, в который раз за эти выходные, об «Уиш кейтеринг». Я уже призналась маме, что у меня новая работа – пришлось, когда она обнаружила мою пятнистую блузку, замоченную в отбеливателе. Вот и слушай после этого полезные советы.

– Но ведь у тебя уже есть работа, Мейси? – сказала она скорее вопросительным, чем недовольным тоном.

– Да, мам, – отозвалась я, а она снова подозрительно покосилась на футболку, – просто в пятницу я случайно наткнулась на Делию в супермаркете, ей срочно нужна была официантка, и я решила попробовать. Как-то само собой получилось.

По крайней мере, в последнем предложении я не соврала. Мама захлопнула дверцу стиральной машины и скрестила руки на груди.

– Мне кажется, ты слишком много на себя взвалила, – заметила она. – Работа в библиотеке – огромная ответственность, и ты обещала Джейсону, что будешь отдавать ей все свои силы.

Это был самый подходящий момент, чтобы откровенно рассказать маме о решении Джейсона и о нашем разрыве, но я не решилась. В маминых глазах я – образцовая дочь, серьезная и ответственная девочка, которая хорошо учится, занимается важным делом и встречается с умным, примерным мальчиком. Разрыв с Джейсоном, даже временный, может испортить ее впечатление обо мне. Пусть я не соответствую высоким стандартам Джейсона – маме об этом знать ни к чему.

– Ресторан – работа от случая к случаю, – сказала я, – и она не будет отвлекать меня от библиотеки. Я, может, помогу там пару раз, просто… для развлечения.

– Для развлечения? – Мама так удивилась, как будто я сказала, что собираюсь ради забавы вбивать себе в руки гвозди. – Мне кажется, это ужасно тяжело – весь вечер бегать с подносом и подавать людям закуски. К тому же эта женщина показалась мне жутко неорганизованной.

– Ничего подобного! – возразила я. – В пятницу все было совершенно иначе. Просто на нашем приеме все пошло не совсем так, как планировалось, а обычно у них все в порядке.

– Правда?

Я кивнула. Опять вранье. Но мама все равно не поймет, чем меня так привлекает сумасшедший дом Делии. Я и сама не совсем понимала, но точно знала одно: в пятницу вечером я прекрасно провела время, и вспоминала об этом все выходные, занимаясь своими обычными делами: йога, стирка, уборка в ванной, обед и ужин в одно и то же время, мытье посуды, попытки сочинить ответ Джейсону и отход ко сну в одиннадцать часов. А засыпала я не раньше двух часов ночи. За эти двое суток я ни с кем не разговаривала, кроме телевизора, и в доме было так тихо, что иной раз, сидя за кухонным столом, я прислушивалась к своему дыханию, чтобы убедиться, что еще жива.

– Ну ладно, посмотрим, – согласилась наконец мама. – Только обещай, что главной для тебя будет работа в библиотеке, хорошо?

– Конечно, – согласилась я, нажимая на кнопку. Вода в машинке забурлила и поглотила блузку с пятном.

Вторая рабочая неделя началась для меня в восемь часов пятьдесят минут, когда я вошла в библиотеку и обнаружила, что Аманда с Бетани уже сидят на своих местах, хотя рабочий день начинается в девять. Меня охватил невыносимый ужас, что придется провести в этой тишине еще неделю, а потом еще, и еще. Увидев меня, Аманда подняла голову.

– О, Мейси, – приветствовала она меня еще более удивленным тоном, чем обычно. – А мы тут как раз обсуждали, придешь ли ты, учитывая…

Я поняла, что она имеет в виду. Джейсон, конечно, умел хранить секреты, но в «лагере для умников» отдыхали еще несколько человек из нашей школы, в том числе некий Боб, друживший одновременно с Амандой и Джейсоном. Как бы то ни было, наш разрыв уже не был тайной для этих всезнаек.

– …Учитывая то, что случилось у вас с Джейсоном, – закончила она и состроила сочувственную гримасу.

Я повернулась и посмотрела ей в глаза:

– Это всего лишь временный перерыв. И он не имеет никакого отношения к моей работе.

– Возможно, – сказала она, – мы просто боялись, что это может, так сказать, повлиять на твою работоспособность.

Я покачала головой:

– Не бойтесь. Не может.

Села на свое место, повернулась к компьютеру и увидела их скорбные лица, отразившиеся на мониторе. Они считали меня жалкой.

Так начался мой самый долгий рабочий день. Ничего особенного делать не пришлось, но я побила личный рекорд, ответив на целых два вопроса. Небритый мужчина, от которого за километр несло перегаром, спросил, нет ли у нас вакансий, а шестилетний мальчик настойчиво требовал адрес Микки-Мауса. Очевидно, Бетани и Аманда сочли эти вопросы вполне подходящими для моего уровня развития и не стали тратить на них свое бесценное время. Я окончательно поняла, что первую неделю они меня еще терпели, а теперь просто игнорировали.