Сара Блэдэль – Забытые (страница 30)

– Как это вообще возможно – размахивать над головой такой тушей? – спросил Эйк, немного оправившись. Рик пожала плечами. Это был кобель, весивший около сорока кило.

– Значит, возможно, если силы так много, – сказала женщина.

– Но собака же наверняка пыталась кусаться!

Луиза подумала о своём отце, который однажды застиг в курятнике крупную лису. Он сумел избежать укусов, держа лису за хвост и крутя ею над головой, так что она не могла достать его зубами.

Они сидели молча, пока Рик не подвинула отчёт назад к Нордстрёму.

– Собака на него напала, – сказала она.

Эйк кивнул:

– И тогда он её убил.

Женщина ощутила неприятное давящее чувство в животе. Если близнецы имели какой-то контакт с этим человеком, каким же только издевательствам они могли подвергнуться?

– И его так и не поймали, – пробормотала Луиза, начав складывать папки с делами в стопку на письменном столе. Диана Сёренсен сумела после нападения сама добраться до дома. Врачи, осматривавшие её, считали, что она какое-то время пролежала в лесу, пока не пришла в сознание, и, возможно, насильник, покидая её, думал, что она мертва. Последним документом в этой папке была карта, на которой школьница обвела в кружок то место, где на неё напали.

Луиза нашла на карте Авнсё и повернула её той стороной, откуда было легче уяснить взаимное расположение объектов.

– Это изнасилование произошло рядом с Заколдованным дубом, только с другой стороны от него, – сказала она, посмотрев на Эйка. – Оттуда не больше пары сотен метров до Провала, где, как считает Ким, напали на бегунью.

С этими словами Рик вынула карту из папки со следующим делом. В конце лета ещё одна женщина была изнасилована и убита невдалеке от этих мест.

– Все остальные нападения произошли на том же самом участке леса, – сказал Нордстрём, показывая на то место, где была обнаружена собака.

– Но чёрт побери, там же поблизости нет никакого жилья! – в отчаянии воскликнула Луиза.

– Должно быть, нападавший прекрасно знает все закоулки леса, – предположил Эйк, посмотрев на неё. – Все лесные тропинки знакомы ему так хорошо, что он легко срезает путь и, выследив свои жертвы, подбирается к ним вплотную. Кто же может так хорошо знать лес?

Рик собиралась было запротестовать, когда он, закурив, подошёл к окну и распахнул его, но передумала и только пожала плечами.

– Да масса людей умеют ориентироваться в лесу, – ответила Луиза после паузы. Она и сама изучила этот лес вдоль и поперёк, объехала верхом все дорожки и знала все лазейки, где можно проскочить между деревьями, чтобы поскорее добраться до нужного места. – Те, кто занимается конным спортом, ориентированием на местности или бегом, лесники, скауты… – не задумываясь, перечислила женщина.

Когда Нордстрём докурил свою сигарету и закрыл окно, они сложили все папки с делами в хронологическом порядке.

– Первое нападение случилось в мае, – подвёл итог Эйк. – Последнее – в августе. И все они происходили по утрам в субботу или воскресенье, насколько я вижу.

Луиза кивнула.

– Есть ли в этом какая-то определённая закономерность? – спросила она. – Какая-то регулярность? Давай-ка попробуем разобраться в этом.

Рик начала записывать даты в блокнот.

– Между первым и вторым нападением прошёл месяц. – Эйк наклонился вперёд, заглядывая в следующие папки.

– Но потом последовали два нападения с промежутком между ними в две недели.

– Так ведь и тогда тоже пропали две женщины! – вспомнила вдруг Луиза. – И это случилось в то же лето.

Через год после того, как сама она уехала из города. Она читала старые обращения полиции в связи с теми исчезновениями, когда занималась установлением личности Лисе Андерсен.

– Одну из них звали Лотте Свенсен, и произошло это сразу после праздника Троицы. – Рик подошла к компьютеру и попробовала поискать данные за тот год. – Ага, опять совпадение! Восемнадцатое мая. Это случилось на выходных перед тем, как изнасиловали Диану Сёренсен. Так, может, всё-таки она была не первой его жертвой?

– А что вторая женщина? – спросил Эйк. – Она когда пропала?

– Я точно не помню дату, но данные на них обеих хранятся у нас в отделе.

В дверь легонько постучали, и вошёл Ким.

– Пришёл ответ из судебно-медицинской экспертизы, и он положительный, – сказал он и попросил своих коллег собрать папки с делами и пройти с ними в его кабинет. – Прежние профили ДНК совпадают с тем, который фигурирует в нашем деле. Тот же преступник орудовал в лесу и в то время.

– Ты где? – спросила Камилла, когда Луиза сняла наконец трубку.

Последний час она звонила ей чуть не каждые десять минут, хотя и поняла, конечно, что её подруга, должно быть, убрала звук в своём телефоне. Возмущение всё ещё кипело у неё в крови, а горло побаливало из-за того, что она так наоралась. Линд даже не могла вспомнить, что именно она кричала. Помнила только, что отменила свадьбу.

– Можно, я у тебя поживу? – попросила Камилла.

Она собрала вещи в большую дорожную сумку и уже захлопнула за собой дверь.

В самый разгар разборки вернулся из школы Маркус, и когда она развернулась к Фредерику спиной и отправилась паковаться, то по пути завернула в комнату к сыну и велела ему собрать учебники, которые понадобятся ему до конца недели, и что-нибудь из одежды.

Но Маркус не хотел никуда ехать. Он хотел остаться у Фредерика, пока она не помирится с ним, а у Камиллы не было сил, чтобы пререкаться ещё и с сыном.

Так что теперь она смылась от них обоих и раздумывала о том, не вычеркнула ли она этим себя из той главы своей жизни, которая должна была ещё только начаться.

– Я всего на пару дней, пока не найду другого жилья, – сказала Линд, добавив, что та пара, которой она сдала свою квартиру, имела по договору право жить там ещё месяц после того, как она их предупредит об окончании срока аренды.

– Ну разумеется, – ответила Луиза, а её подруга вдруг поняла, что не может себе даже вообразить, как она опять начнёт всё сначала. Всю её жизнь можно было представить в виде ряда перезагрузок. Когда Камилла встретила Тобиаса и забеременела, она думала, что это навсегда, но не успела женщина оглянуться, как оказалась одна с полуторагодовалым малышом на руках, и с тех пор не успевала она завязать с кем-либо отношения, как они вскоре заходили в тупик.

– Мы ещё только выехали из Хольбека и едем назад в отделение, так что я дома буду ещё не скоро, – услышала Линд, высморкавшись, голос Луизы.

– Не торопись из-за меня. У меня же есть ключ от твоей квартиры, – сказала она и пообещала приготовить ужин.

Убирая мобильный в сумку и услышав, что он снова звонит, Луиза подумала, что это опять Камилла. Но теперь в трубке она услышала голос отца Лисеметте.

– Сегодня мы похоронили Лисе, – сказал он. – Церемония была очень красивая, и к тому же нам повезло с погодой.

Вот это уж точно, подумала Рик. На тёплом майском солнышке народ поторопился облачиться в шорты и рубашки с коротким рукавом.

– Теперь она покоится рядом со своей матерью, и пастор произнёс очень тёплую речь, хотя он и не был с ней знаком, – рассказал Андерсен. – Да мои дети и матери-то своей не знали.

– Я рада, что всё прошло хорошо, – сказала Луиза.

– И вот мы сидим сейчас с моей женой и разговариваем о Метте. Она становилась очень беспокойной, если боялась чего-нибудь или чувствовала себя в опасности. Я не могу не думать о том, что теперь она полностью предоставлена сама себе и живёт где-то, несчастная и напуганная. Вот я и хотел узнать, нет ли у вас чего нового мне рассказать?

Откинувшись головой на мягкий подголовник американского автомобиля, Луиза стала взвешивать, что можно сказать отцу близняшек, а что нет.

– Нет, – честно ответила она. – Мы ещё ничего не знаем. Как раз сейчас мы работаем над тем, чтобы выяснить, где же ваши дочери находились все прошедшие годы.

– Я тут ещё подумал, нельзя ли найти кого-нибудь, кто бы помнил что-нибудь о тех временах, – продолжал Вигго, – но я даже никак не могу вспомнить, как звали заведующего интернатом. Помню только, что это был мужчина.

– Я вам обещаю, что, как только у нас появится хоть малейшая зацепка в её поисках, вы будете первым, кого мы известим.

– Значит, вы думаете, что она жива! – воскликнул Андерсен с надеждой в голосе, и Луиза вся сжалась. Она подумала о забитой насмерть собаке и только что прочитанных делах о давних убийствах и не смогла заставить себя рассказать ему о том чудовище, за которым они охотились в лесу.

– Если она ещё жива, мы её найдём, – бодро произнесла женщина, удержавшись от того, чтобы высказать собственное мнение о вероятности такого исхода.

Вигго так горячо благодарил её, что Рик просто сгорала от стыда за то, что скорее всего наобещала больше, чем была в состоянии выполнить.

Камилла выставила на стол хумус, ветчину, колбасу и сыр. Можно было подумать, что она скупила целый гастрономический магазин, показалось Луизе.

– Хлеб в духовке, – сказала её гостья, опустившись на кухонный стул и сделав хороший глоток вина из своего бокала.

Рик погладила Дину, насыпала ей в миску порцию собачьего корма, а потом уже села за стол напротив подруги.

У неё болела голова. Таблетки парацетомола, которые она выпила перед тем, как отправиться домой на велосипеде, ещё не подействовали. Луиза взяла из рук гостьи бокал с красным вином, который та ей протягивала, и подумала, что для дела полезнее будет на время залить вином мысли о Клаусе и о чудовище, которое всё ещё бродит на свободе.