Саня Сладкая – Служебный роман. Чувства под запретом (страница 9)

Она, наконец, замолчала, и уставилась на меня в ожидании. Интересно, где Лешка набирал персонал, и как допустил, что все женщины кампании сели ему на шею?

— Нет, Ксения. На этот раз я не дам вам никаких последних шансов. За эту неделю, вы сорвали три тура. Если не ошибаюсь, это — Таиланд, Египет и Турция. Вы же наверняка, уже подсчитали убытки, верно?

— Да, Павел Евгеньевич. — Глаза Ксении опущены, но я уже понимаю, что меня ждет очередной вселенский потоп, — но, не могли бы вы войти в положение? Я вас очень прошу! Я недавно вышла замуж, и мой муж очень требовательный. На самом деле, у меня личные проблемы, и я не хотела об этом говорить. Но…

— А значит, и не стоит начинать. — Чувствую, что еще немного, и взорвусь, — о ваших проблемах давно все в курсе. Но, кажется, на встрече я ясно дал понять, что все «личное» нужно оставлять дома. Ваши проблемы, это только ваши проблемы! В конце концов, у нас здесь не клуб по интересам, а я вам не отец, не брат и даже не муж, чтобы входить в «положение». К тому же, я уверен, что эти ваши проблемы будут происходить на постоянной основе. Мне это совсем неинтересно. И не надо так смотреть, Ксения, взглядом вы меня не сожжете. Увы, я бессмертен, непробиваем и бесконечно жесток. И так будет всегда.

— Но…

— Вы можете прямо сейчас подписать заявление. Держите.

Протягиваю ей бланк и едва заметно улыбаюсь. Ну, и что же ты сейчас будешь делать, моя оскорбленная, несчастная Ксения? Насладиться процессом «увольнения», у меня не получилось — как на зло, зазвонил сотовый. Жестом руки указав Ксении на дверь, я взял трубку.

Глава 11

Черт! Почему мне так плохо? Едва не грохнувшись на прорезиненный коврик у ванны, я хватаюсь за раковину и с трудом сохраняю равновесие. Ноги еле держат. Может, «чудо» врач напичкал меня какими-нибудь таблетками, и теперь я даже ходить нормально не буду?

Под причитания Валентины Ринатовны, я доползла до ванной комнаты и убедила ее, что смогу самостоятельно помыться. Но, естественно, не рассчитала силы, и сейчас стою перед зеркалом, едва живая. Плевать. Все, что мне сейчас нужно — одеться, найти свою сумочку и убраться, наконец, из этого дома.

Кое-как вытерев тело, кутаюсь в полотенце и снова замираю, чтобы перевести дух — кружится голова и мне все время кажется, что я куда-то падаю. Похоже, лучше мне не становится.

Перед тем как открыть дверь — прислушиваюсь. Кто-то настойчиво звонит в дверь. Один раз, второй, третий. Ни минуты покоя. Слышу торопливые шаги Валентины и гадаю, кого сюда принесло так не вовремя. Ну, не будет же Зотов звонить в собственную дверь? Хотя…

— Добрый день, Валентина! Уверен, меня ты здесь точно не ожидала увидеть!

Мужской голос. От неожиданности я даже рот открываю и тупо смотрю на дверь: выходить в коридор резко перехотелось. Лучше подожду, пока этот незнакомец скажет, что ошибся адресом и уйдет в закат.

— Игорь Евгеньевич, не может быть! Как я рада вас видеть! А вы что, навсегда приехали? Чего же заранее не предупредили, я бы подготовилась, налепила ваших любимых вареников с вишней.

— Да, я и сам, застигнут врасплох. Пашка позвонил, сказал, срочное дело. Говорит, приезжай в компанию, а я эту компанию даже не знаю. И когда он успевает здесь работать? Мой брат безумный трудоголик, да, Валентина Ринатовна?

— Не то слово! Сколько лет его знаю, а все такой же. Работа для него всегда была на первом месте.

До меня, наконец, доходит, что Игорь Евгеньевич, это — брат Зотова. Час от часу не легче. Про брата мне Леша точно ничего не рассказывал. В пол-уха слушаю добродушный разговор и пытаюсь натянуть на себя джинсы и футболку — не буду же я теперь сидеть в ванной комнате до вечера. Да, и почему-то кажется, что этот «братец» пришел сюда не на пять минут.

Слышу какую-то возню за дверью, и до меня доносится испуганный голос домохозяйки:

— Игорь Евгеньевич! Стойте, не надо туда идти, руки можно помыть на ку…

Но дверь в ванную резко распахивается, и я вижу перед собой высокого, стройного мужчину. Точнее, я вижу точную копию Зотова, но только лет на десять моложе.

Сходство настолько поразительное, что я не могу оторвать глаз от его лица — смотрю, как завороженная, и только через несколько секунд понимаю, что он тоже не отводит от меня глаз. Вот только смотрит он не на лицо, а на мою оголенную грудь.

Отмираю, и торопливо прижимаю к себе полотенце — из-за плеча выглядывает растерянная Валентина Ринатовна: ее доброе лицо побелело, а губы дрожат:

— Игорь Евгеньевич, эту девушку зовут Вера, Паша привез ее вчера и вызвал меня. Сказал, что девушка упала и плохо себя чувствует. Сказал, что отпускать никуда нельзя, только после того, как он сам позволит.

— Вон оно как. — Игорь хмыкнул и, скрестил руки на груди. Похоже, он вовсе не собирается выпускать меня из ванной, а сама ситуация его забавляет, — впервые вижу в Пашкином доме женщину. Даже не верится. Можно узнать, где вы познакомились?

— На похоронах моего мужа. — Я широко улыбаюсь, довольная произведенным эффектом, — когда ваш братец приедет домой, можете сами у него узнать все детали. А сейчас, мне бы хотелось одеться.

— Ах, да, конечно…

Явно растерянный, брат Зотова разворачивается и идет в сторону кухни. Валентина Ринатовна семенит следом. То-то же! Хоть здесь мне немного повезло: на первый взгляд, этот Игорь не такая кровожадная и бессердечная «акула», как сам Зотов.

Но, какие его годы — еще наверстает, наберется жизненного опыта и все встанет на свои места. Яблоко от яблони недалеко падает. Тем более, они так сильно похожи. Просто как две капли воды.

А если он вдруг решил, что я застеснялась своей наготы, то — зря. В другой раз, прежде чем открыть дверь, может, хоть задумается о том, что за ней может кто-то находиться. Пожалуй, хватит с меня неожиданных встреч и приключений!

Медленно иду вдоль коридора и придерживаюсь за стенку. Даже от самого маленького шажочка мутит и хочется присесть на корточки. Перед глазами пляшут уже привычные черные точки, да и вообще, так плохо мне давно не было. Ощущение, что каждый шаг высасывает жизненные силы, и, явно не по капле.

— Верочка? — видимо, устав ждать, когда я преодолею расстояние от ванной комнаты до кухни, ко мне навстречу выходит Валентина Ринатовна и всплескивает руками, — да ты горишь вся! Боже, что делать⁈ Нужно срочно звонить Павлу, девушка едва стоит на ногах! А может, лучше сразу в скорую⁈

— Не паникуйте, Валентина Ринатовна. С девушкой я разберусь сам, хорошо?

Брат Зотова подхватывает меня на руки, словно пушинку, и мы направляемся в сторону комнаты. Все предметы вокруг, включая стены — мерно покачиваются.

Почувствовав спиной прохладу простыни, я немного расслабляюсь и приоткрываю слезящиеся глаза — от солнечного света, которого тут слишком много из-за огромного панорамного окна, глаза рефлекторно закрываются. Я делаю усилие, чтобы разглядеть мужчину, но вижу только его размытый силуэт.

— У тебя жар. Мы собьем температуру, и все будет в порядке. Ты меня слышишь, Вера?

Я коротко киваю и чувствую, что проваливаюсь в забытье. Жар? Какой еще, к черту, жар⁈

Эти двое сидят на кухне, и, прежде чем обнаружить свое присутствие, я успеваю услышать отрывок разговора:

— Ну, ты даешь, брат! Оставил больную девушку в доме и свалил, как ни в чем не бывало. Что, не мог убедиться, что она нормально себя чувствует?

— Она была совершенно нормальной. — В голосе Зотова звенят стальные нотки, — я бы сказал, даже слишком. И ее осмотрел Леня. Откуда я мог знать, что она с температурой свалится?

— Откуда-откуда. Оттуда! Как я понял, эта Вера не прохожая с улицы, и вы с ней прекрасно знакомы. Мог быть хоть немного вежливее. Но, это же — ты. Ты про Лильку объясни, она что, когда тебя увидела, совсем с катушек полетела?

— Даже думать о ней не хочу. Не напоминай. Ты зачем домой приехал? Я ведь ясно сказал, что нужно сразу — в офис!

— Я…

— П-паша… — я, наконец, вползаю в кухню и застываю столбом, — мне нужна моя сумка.

— О, а вот и наша больная в чувство пришла! — с явно преувеличенным восторгом восклицает брат Зотова и тут же подскакивает на ноги, — садись к столу, Валентина Ринатовна только что испекла рыбный пирог. Ты же голодная, да?

Зотов ничего не отвечает, просто смотрит угрюмо, словно не знает, что теперь со мной делать.

— Спасибо, но, пожалуй, откажусь. Ну, так как, где моя сумка?

— В гардеробной. Вместе с остальными вещами. — Зотов вздыхает и хмурится еще больше, — я тут кое-что узнал, и у меня есть вопрос. Ответишь?

— А ты ответишь, про какие «остальные» вещи ты говоришь?

— Естественно, отвечу. Я только что приехал из Лешкиного дома. Начну с того, что дом, в котором ты жила с мужем — контролируется моим охранным агентством. Когда-то, мы вместе с твоим мужем подключали сигнализацию и подписывали договор. Полтора часа назад мне поступил странный звонок. Какая-то сумасшедшая женщина вызвала охрану и закатила истерику из-за чемоданов. Она нажала тревожную кнопку, и приняла охрану за полицию. И как думаешь, что она хотела сделать? Правильно. Она хотела написать на тебя заявление.

Глава 12

Сказать, что ничего не понимаю — ничего не сказать. Просто стою, и хлопаю глазами, как идиотка. Какое еще заявление? Зачем?