Саня Сладкая – Служебный роман. Чувства под запретом (страница 24)

— Что⁈ — я хватаюсь за переднее сиденье и пытаюсь справиться с внезапной волной паники, — а ты спросил меня, хочу ли я к ней ехать⁈ Мне было достаточно первого раза! Останови машину!

— Ты обещала, что поможешь мне. — Зотов усмехается, — или уже забыла?

— Мало ли, что я обещала. В тот вечер, я вообще была не в себе, понятно? Все, чего я хочу, чтобы меня оставили в покое!

— Я оставлю тебя в покое, но только после того, как мы съездим к моей матери. Нас уже ждут. Если после разговора, ты по-прежнему не захочешь меня видеть, то я исчезну из твоей жизни навсегда. Такой ответ тебя устроит?

Я киваю, и мрачно смотрю на дорогу — странно надеяться на то, что я смогу изменить свое мнение обо всем, что между нами произошло: одно то, что Зотов ждет ребенка, ставит жирную точку в наших отношениях.

Да и о каких отношениях вообще речь? Одна ночь — ничего не значит, а быть любовницей, хоть и постоянной, я точно не собираюсь. Единственное, правильное решение, которое я вижу — забыть о существовании Зотова и завершить работу в «Туристик компас». Я безжалостно вычеркну из своей жизни все, что связано с этим мужчиной, и я знаю, что у меня это получится.

Глава 30

Раиса Витальевна встретила меня чуть ли не с объятиями. Мы прошли в уютную гостиную и я, смущаясь под ее взглядом, усаживаюсь на диван. Для чаепития уже все было готово, и от искреннего гостеприимства становится совсем неловко. Интересно, что подумает эта женщина, когда узнает, что ее обманули? И почему ее совсем не удивляет, что я приехала сюда с Пашей, а не с Игорем?

Зотов сидит рядом и загадочно улыбается — так и хочется дать ему по лбу: ощущение, что меня где-то провели, не отпускает. Уже хочу напрямую задать вопрос о том, что происходит, как слышу звук открываемой двери и бодрый голос:

— А вот и мы, принимайте гостей!

Игорь. И почему я сразу не догадалась, что он тоже сюда заявится? Похоже, эта семейка решила собраться в полном составе для публичного линчевания. Разве можно упустить момент грандиозного унижения, когда я буду оправдываться и запинаться? Украдкой сморю на Зотова, он ловит мой взгляд, и вдруг утешающе приобнимает за плечи. Это происходит так неожиданно, что я даже не успеваю отпрянуть. Так и сижу, выпрямив спину и вытаращив глаза.

— Ну, наконец-то, я вижу нашу неприступную Верочку! — Игорь заходит в гостиную и широко улыбается. В его глазах плещется откровенный смех. — Ну, а мою девушку, думаю, представлять никому не надо.

Я едва не теряю дар речи. Да куда там, если бы не сидела на диване, упала бы на пол. В комнату заходит Ленка! Подруга даже принарядилась к этому случаю: шелковое платье персикового цвета, которое мы когда-то вместе выбирали, сидит на ней великолепно. Длинные волосы красиво струятся по плечам, на лице — минимум косметики. В руках Ленка сжимает маленькую лакированную сумочку. Я вижу, как сильно она волнуется, и не знает, куда деть глаза. Но… когда? Когда эти двое спелись? И что теперь говорить Раисе Витальевне?

— Вер, я потом все объясню. Все так быстро закрутилось… — Ленкин голос дрожит, и она садится рядом со мной.

— А что тут еще объяснять? По-моему, все и так понятно. — Игорь весело подмигивает, и поворачивается к Раисе Витальевне, чтобы взять у нее из рук тарелку с выпечкой. По гостиной поплыл сладкий аромат малины, — спасибо мамуль за малиновый пирог. Я его просто обожаю! Пока вы тут воды в рот набрали, я могу сам все объяснить. Про то, что Вера не моя девушка, я давно уже рассказал. Поэтому, можно выдохнуть и расслабиться.

— Да, Игорь рассказал мне об этом почти сразу. — Раиса Витальевна с укором смотрит на сына, — ну, что взять с этого шалопая? Весь в покойного отца. Хлебом не корми, дай что-нибудь выдумать. Уж поверьте, за всю жизнь мне пришлось много разных небылиц выслушать! А то, что Вера никогда не встречалась с моим сыном, я и так поняла.

На этот раз я не скрываю удивления и смотрю на женщину во все глаза. Неужели, все было настолько явным?

— Да, Верочка, вы совершенно не похожи на влюбленную пару. Это было видно всем, кто был на вечере. Я сразу поняла, что Игорь придумал очередную забавную шутку, и решила не портить его план. Ну, что сделаешь, раз мой сын такой несерьезный молодой человек? Придется терпеть его таким, какой есть.

— Мама! — Игорь поводит бровью и поворачивается к Лене, — перестань говорить такие вещи при моей девушке. Надеюсь, сейчас ты не скажешь, что это очередная шутка? На этот раз у меня очень серьезные намерения.

— О серьезности твоих намерений я буду судить по поступкам. Вы оба прекрасно знаете, что нужно делать. Особенно, это касается Павла. Извини, сынок, я признаю, что совершила большую ошибку, когда навязывала тебе Лилю. Но мне казалось, что девушка из хорошей семьи будет тебе преданна. Она так умело притворялась, каждый раз приезжала и плакала на моем плече. Говорила, что не может без тебя жить, что ты единственный, кто ей нужен. Ты же знаешь, что с матерью Лили я дружу с детства, и мне казалось естественным, если вы породнитесь.

— Она окончательно съехала с катушек. Я это понял, когда она увезла меня из бара в свою квартиру. Думаю, в тот вечер она и придумала свой хитрый план. — Паша достает из кармана документ в файле, и протягивает мне, — мне пришлось пропасть на некоторое время, чтобы вытрясти из нее всю правду. В этом файле заключение УЗИ, срок беременности пять месяцев. На момент зачатия ребенка меня еще не было в России. У Лили до сих пор не видно живота, и она решила этим воспользоваться. Хотя, — Зотов задумчиво трет затылок, — не представляю, как бы она выкрутилась после родов. Я утащил ее в больницу силой, и теперь все ее надежды рухнули. Вот и получается, что я для нее — вовсе не единственный.

Смотрю на белый листок в руках, и мне кажется, что я попала в какой-то дурной сон. Но, нет, это не сон, я ясно вижу, как мелко дрожат мои пальцы. Получается, Паша не врал, а я, как глупая девчонка поверила одному единственному сообщению на телефон… Вот так и выходит, что для того, чтобы разрушить отношения, женщине достаточно любой, даже незначительной мелочи. Внезапно, понимаю, что не могу прочитать ни слова из документа — чувствую, как по щекам текут слезы. Вокруг меня люди, а я — плачу. Боже! Прячу лицо в ладонях, и все равно всхлипываю, как маленький ребенок.

— Вер, ты чего? — до ушей, словно сквозь вату доносится испуганный голос Зотова, и он прижимает меня к себе, — если бы знал, что ты так отреагируешь, я бы рассказал обо всем еще в машине!

Я киваю, и зарываюсь носом ему в рубашку. Вдыхаю запах одеколона, и, кажется, млею в крепких объятиях. От тела Паши исходит жар, а я, как маленькая, ощущаю себя, словно за каменной стеной. Возле нас суетится Раиса Витальевна, и, кажется, что-то взволнованно тараторит Ленка, но в эту минуту меня ничего не волнует.

Копившееся несколько недель напряжение — вырвалось из меня потоком слез. И пусть сейчас я выгляжу по-дурацки, но теперь я знаю, что никому не сделала плохого. Я не разрушила чужие отношения, не влезла в семью. И, самое главное — я вдруг поняла, что Пашка многое для меня значит.

Я упорно игнорировала сигналы тела и избегала его, но разве можно обмануть саму себя? Возможно, я ошибаюсь, и это не любовь. Да, скорее всего, это совсем не любовь. Но, как бы я не скрывала, я хочу быть рядом с этим мужчиной. Я хочу просыпаться с ним в одной постели, хочу встречать с ним каждый день. Не знаю, что ждет нас впереди, но главное, не потерять то, что есть сейчас. А еще, у меня есть надежда. Надежда на то, что с этим мужчиной все будет иначе.

СПУСТЯ МЕСЯЦ

— Ты — предательница. Тебе кто-нибудь об этом говорил? — жую булочку и смотрю на Ленку с укором, — столько времени молчала о том, что встречаешься с Игорем! И ведь скрывала как партизан, я даже ничего не заметила.

Мы сидим в лаунж-зоне аэропорта: Паша пошел уносить чемоданы на ленту, а Игорь за очередной порцией экспрессо с шоколадом. Вот уж не знала, что он такой кофеман, да еще и любитель сладкого. В большом зале много народу — большинство собрались в долгожданный отпуск: сейчас начало сентября, бархатный сезон для тех, кто любит нежиться на море.

От детского смеха и шума, нам приходится повышать голос. Подруга склонилась над столиком и хитро прищурилась:

— Ты тоже хороша, взяла, и втюрилась в своего начальника. Забыла, как соловьем заливалась «выскочка», «хам», «терпеть его не могу». Ну-ну, теперь-то я вижу, к чему все шло. А Игорь… — Лена смущенно опускает глаза, и теребит в пальцах салфетку, — он такой настойчивый. Ты не представляешь. Он ведь мне проходу не давал с момента, как я бывшего застукала. Я сначала подумала, что грех не воспользоваться — клин клином вышибают. А потом, все как-то закрутилось, даже не заметила, что скучаю без него. Но только пусть попробует обмануть, три шкуры с него спущу, вот увидишь. Не позволю на стороне с бабами шуры-муры устраивать! Мне одного мудака хватило. Я ему сразу все сказала, расставила все точки над «и», я ведь молчать не умею. Пусть знает, что если со мной связываться, то только в обмен на свою верность. А не готов — уматывай сразу!

— Уверена, все будет хорошо. — Я не сдерживаюсь, и смеюсь, — тем более, вы теперь в одной упряжке. Игорь начальник «Туистик компас», а ты у него под боком, правая рука, так сказать. Под твоим присмотром, он вряд ли кого-то заведет на стороне.