Санти И – Легенда о солнце (страница 3)

– Что-то не так? – спокойно спросила Алана, убирая книгу.

– Я хотел, это… – он стоял на месте, опустив глаза и наблюдая за её рукой. – Ну…

– Накричать на меня?

– Нет.

– Рассказать, что именно тебя раздражает во мне?

– Нет же.

– А, знаю, – она взяла со стола кружку и протянула ему. – Брось в меня.

– Да что ты несёшь! Я просто, – он отнял у неё кружку и, сев рядом, взял её за руку. – Я хотел извиниться.

– Извиниться? За что?

– Ты правда ничего не понимаешь или притворяешься?

Ее лицо выражало откровенное непонимание. Итан на секунду замер, оказавшись настолько близко.

– Какие у тебя блестящие глаза…

После секундного молчания продолжил.

– Я хотел извиниться за то, что назвал тебя некрасивой. А ещё, за руку. У меня не было намерений делать тебе больно.

– Ну, у каждого свой вкус. Что касается руки, я сама виновата, что пришла к тебе.

– Ты сейчас снова начнешь раздражать меня.

– Значит, на данный момент я тебя не раздражаю? Звучит многообещающе. Слушай, я знаю, что ты все это делаешь только из-за нашего договора. Я не дурочка, сама понимаю, что приперлась из ниоткуда со своими условиями и хотелками. Но я действительно хочу, чтоб ты стал моим братом, – она на секунду задумалась. – Хочешь узнать, почему? После этого ты больше не будешь себя винить.

– И?

– Я тебе говорила, что у меня был брат, по которому я скучаю сильно, но я тебе о нем ничего так и не рассказала. Когда я была маленькой, мы жили с мамой, насколько я помню, и со мной возился брат. Я была маленькой, поэтому четко ничего не помню. Запомнилась мне его улыбка. Каждый раз, когда я плакала, он улыбался и обнимал меня… Ты подумаешь, что я слишком эгоистична и не имею права решать за других, но… За все эти годы мне не хватало моего старшего брата.

– Ты неправильного человека выбрала. Я даже не помню, улыбался я вообще в своей жизни.

– Итан, – она устроилась поудобней, полностью повернувшись к нему. – Расскажи мне свою историю.

– Она слишком скучная.

– Обожаю скучные истории.

Итан на минуту промолчал, еще раз заглянув ей в глаза. Что-то с ними было не так. Он впервые не просто смотрел в ее сторону, он посмотрел ей в глаза. Итан не был готов к тому, что он прочитал в них. Возникло сильное желание еще раз попытать судьбу.

– Ты сама напросилась… До того, как попасть в детдом, я тоже жил с мамой и сестрой. Мама постоянно куда-то уходила. Иногда к ней приходили люди и она нас с сестрой запирала в комнате. Моя сестра была маленькой, около 3-4 годика. Она постоянно плакала. Я не знал, что с ней делать, и пеленки научился менять, и играл с ней, и ухаживал часами, и еду давал, по возможности самую свежую, которая была в доме. Короче, делал все, что могло прийти в голову семилетнему мальчику. Но она никак не успокаивалась. Каждый раз, когда я просил помощи у мамы, она кричала на меня и била сестрёнку. Поэтому я старался забывать о ней. Иногда приходилось запирать дверь изнутри, чтобы мама не добралась до сестры. В это время мне тоже доставалось из-за выходки… – он промолчал.

– А что стало с сестрой? Где она?

– Она… – он глотнул воздуха, сделав глубокий вдох. – Однажды мама как-то слишком странно себя вела. Она вдруг вспомнила обо мне и решила пойти со мной прогуляться по парку. Сестру, как она сама сказала, оставила у соседки. Когда мы вернулись домой, перед нашим домом стояли скорая и полицейская машины. Оказалось, что ни у кого она сестру не оставляла. Нам сказали, что дома была утечка газа… и сестра… отравилась. Я сразу понял, что это все дело рук мамы. Она ненавидела мою сестру. Сестру я больше не видел. Мама сказала, что она… умерла.

Итан опустил глаза, избегая взгляда Аланы. Он почувствовал теплоту маленьких рук, которые окутали его с обеих сторон.

– Это не твоя вина.

Он покачал головой, ничего не ответив.

– А в детдоме я оказался, потому что убил маму.

После этого заявления в комнате настала тишина. Он почувствовал, как ослабел захват. Как же ему не хотелось, чтобы она его отпустила.

– Я боялся. Передо мной был выбор: либо я, либо меня, – ничего не получив в ответ, он продолжил. – Я, просто, не хотел умирать.

Алана почувствовала, как в ее объятии дрожит тело Итана. Захват снова стал сильнее.

– Ты все сделал правильно.

Непереносимость сильных запахов

На следующий день Итан попросил прощения у родителей и был принят обратно к столу. Еда казалась вкуснее обычной.

После этого случая Итан открыл для себя, что Алана его больше не раздражает. Он боялся, что она расскажет родителям о его признании, о котором знали только он и директриса. Почему-то не хотелось, чтобы они об этом узнали. Часть его хотела вернуться в детдом, другая – хотела завтракать по утрам в этой семье и молча сидеть с ними по вечерам, просматривая фильмы. Ему было страшно, однако, каждый раз, встречаясь взглядами с Аланой, он понимал: единственное, чего он должен бояться это то, что он может привязаться к ней. Поэтому, несмотря на то, что они спокойно общались дома, в школе он сохранил свои личные границы. Алану устроил и такой вариант.

Однажды, прогуливая урок, Итан заметил девушку, которая выбежала из кабинета химии и побежала в уборную. Сперва он не обратил на это никакого внимания, но через несколько секунд до него дошло: это была Алана. Заметив, что она долго не выходит, он постучался в дверь уборной. В это же время оттуда вышла девушка.

– Чего тебе? Это вообще-то женская уборная.

– Сделаешь мне одолжение? Скажи, кроме девушки, которая зашла несколько минут назад, никого больше нет?

– Кажется, нет.

– Вот и славненько.

Он пробрался в уборную и на всякий случай запер за собой дверь. Никого не оказалось. Он позвал, но никто не ответил. Тогда подошёл к одной из кабинок и прислушался. Вибрация телефона слышалась оттуда. Он вышиб дверь. Алана сидела на унитазе, обняв ноги, и дрожала.

– С тобой все хорошо?

– Ты не чувствуешь запаха? Повсюду этот запах, – она говорила тихо, еле перебирая дыхание.

– Нет тут никакого запаха, успокойся.

– Есть. Ты не знаешь. Меня опять увезут.

Итан был затерян. Он впервые видел ее в таком состоянии и не понимал, как ей помочь.

– У меня предложение: давай ка я тебе помогу, и тебя никуда не увезут.

 Вместо ответа она покачала головой. Он взял ее на руки и вынес из уборной. Итан поднял ее на крышу, чтобы она подышала  чистым воздухом. Алана обняла его, облокотившись о шею. Итан чувствовал, как в его руках дрожит тело Аланы. Она успокоилась только после того, как они оказались на крыше. Через некоторое время дрожь прошла. Она сидела рядом с ним, положив голову ему на плечо. Тот спокойно сидел, держа в руках её руки. Подождав некоторое время, помог ей встать, заказал такси и поехал с ней домой.

Когда они вернулись, дома никого не было. Алана поднялась к себе и не вышла из комнаты до вечера. Вернувшись домой, мама поднялась к ней.

Итан сидел на диване и смотрел фильм. Когда она спустилась из комнаты, он остановил фильм и пошел за ней на кухню.

– Можно с вами поговорить?

– О чем?

– Об Алане. С ней все хорошо?

Она повернулась к нему, подошла и взяла его лицо в свои  руки.

– Ты хороший мальчик. Я уверена. Прошу тебя, присмотри за ней. Ей не хватает твоей поддержки.

– Я не понимаю о чем вы.

– Просто поговори с ней. Думаю, она будет рада видеть тебя.

Итан ничего не понимал, однако, ему самому хотелось увидеть Алану. Он взял протянутую ему тарелку с фруктами и поднялся к ней. Он сперва постучался, потом тихо открыл дверь. Она лежала на кровати, укутавшись в одеяло. Увидев его, села на кровать и жестом позвала его к себе.

– Я это, фрукты тебе принес, – сказал Итан, присев рядом и протянув ей тарелку.

– Спасибо.

– Как ты себя чувствуешь? – ему было слишком неловко. Не хотелось как-то задеть ее.

– Уже хорошо. Спасибо за помощь, – она облокотилась на него и начала есть виноград.