Санна Сью – Как попаданке поднять ребёнка и… курорт (страница 3)
Похоже, я веду себя совершенно для «ягодки Анни» не характерно. Надо исправляться.
– Мне нужен доктор, Прудения, – пустила я слезу в голос. И правда – после моего заявления обе женщины как будто выдохнули, услышав капризный тон хозяйки. Результат стоило закрепить: – Я так много не помню, чувствую себя потерянной. Куда мы едем, зачем? Как зовут мужчину и мальчика, которые нас везут – тоже не помню. А тут ещё и Мюрей мне грубит.
Пришлось захныкать и закрыть лицо ладонями.
Это сработало.
– Ну-ну, аса. Мы едем во владения, оставленные вам в наследство тёткой по матери. Вы в них никогда не были, но имеете грамоту хозяйки. В столице вам с Дали никак нельзя было оставаться, и ваш верный друг ас Рагнар Кьярваль, племянник вашего покойного мужа, организовал наш побег. Скоро он приедет и всё решит…
Ещё чего не хватало! Не нужно мне никаких «верных друзей», особенно родственников бывшего мужа.
– Скоро приедет? А деньги у нас на доктора есть? – продолжила я капризничать.
– Есть! Доктора мы найдём, непременно найдём, и вы всё вспомните, моя ягодка! А там и ас Рагнар к нам присоединится…
Карета остановилась. Послышались удары в ворота, короткие неразборчивые переговоры, скрип, новое движение и окончательная остановка.
Мы прибыли на место.
Глава 3
Первое, что я ощутила, когда дверь нашего транспортного средства только распахнулась – запах моря. А потом услышала шум волн, набегавших на берег, и увидела эту бирюзовую красоту. Неужели?! Как же я люблю море! В тот миг я подумала: может, всё не так уж и плохо? А потом спустилась на землю, огляделась и поняла: всё отстой. Мои владения – настоящие трущобы.
Я ещё прекрасно помнила девяностые годы и разруху, которая в то время царила на постсоветском пространстве. Так вот увиденное было куда хуже.
Мне было примерно лет пятнадцать-шестнадцать, когда родители сняли со сберкнижки всё, что копили долгие годы на автомобиль и дачу, купили три билета в плацкарт, и мы отправились отдыхать в Крым. Мама с папой, потрясённые тем, что заработанные честным трудом деньги, которое они бережно годами откладывали, во многом себе отказывая, обесценились, решили: жизнь – штука непредсказуемая, не стоит больше ждать от неё благ. Нужно брать их самим. Ловить момент и относиться к каждому дню как к последнему. Потом у них это прошло, и они снова занялись накопительством. Но тогда, прикинув все имеющиеся в наличии средства, мы поехали не в какую-нибудь Ялту или Евпаторию, а под Керчь в никому не известный посёлок Героевка.
Так вот, мои владения сейчас живо напомнили мне пансионат «Дружба», в котором мы тогда отдыхали двадцать один день. Как сейчас его помню!
Так и здесь: деревянные одноэтажные облезлые домишки – некоторые без стекол – в два ряда ютились под высокими деревьями.
Вся территория моих владений – запущенная и неухоженная, дикий кустарник рос вдоль забора дополнительной защитой от незваных гостей – ну хоть в чём-то будет от него польза. Забор с облупившейся краской добавлял колорита. А довершал печальный вид покосившийся деревянный стол под дырявым навесом недалеко от площадки, на которой остановилась карета. На столе сидела тощая кошка и лениво намывала острую мордочку.
– Ух ты! Мамочка, смотри, там собачки! – раздавшийся голосок вывел меня из оцепенения.
Это проснувшаяся Далия выскочила из кареты и пришла от увиденного в восторг.
Хорошо ей! Я бы в её возрасте тоже, наверное, всему жутко радовалась, а вот в своём…
Две грязные, большие собаки, свободно гуляющие по владениям, меня совсем не воодушевляли.
– Хозяйка, говоришь? – спросил бородатый загорелый, словно высушенный солнцем мужик у нашего возницы, прервав моё офигение, – грамоты тогда покажи.
Дядька, который нас привёз, уставился на меня вопросительно, я, естественно – на Прудению, а та, вспомнив, что хозяйка немного стукнутая головой, охнула и полезла в карету. Вернулась служанка спустя минуту и протянула мне металлический ящик.
– Прикоснись к замку, Анни. Свой сейф можешь открыть только ты, – тихонько пояснила она, как только поймала мой растерянный взгляд, – там у тебя хранятся все документы и ценности.
Очень интересно, очень! И, судя по всему, не только мне. Вцепилась в ящик, как в родной, отчётливо уловив, что все вокруг затаили дыхание, сверкая на нас с сейфом полными любопытства глазами. Дико, конечно, извиняюсь, уважаемые, но я не дура, чтобы открывать свой тайник при всём честном народе. Взяла коробку и забралась в карету, демонстративно хлопнув дверью, отгораживаясь от любопытных хлипкой преградой.
Так, так, так. Посмотрим, что у меня есть…
Внимательно осмотрела ящик и положила ладонь на крышку в выемку, очень напоминавшую отпечаток пятерни – совпало! Металл под моими пальцами немного нагрелся и замерцал. Не успела испугаться и отдёрнуть руку, как раздался щелчок, и между крышкой и хранилищем появилась щель. В груди ёкнуло, я, преодолев волнение, открыла сейф и наткнулась на пустое днище, из которого торчал рычаг.
Шкатулка была явно волшебной, потому что её первоначальный объём оказался обманчивым. Как только я коснулась маленького рычажка, из недр мгновенно выросло несколько этажей полок. Эдакий маленький комод. С огромным любопытством я погрузилась в изучение его содержимого.
Аса Анниэлла – женщина, судя по всему, состоятельная. На нижней полке волшебного ящика лежали мешочки с украшениями: серьги, кольца, подвески, броши – всё из белого и жёлтого металлов, а камни на них выглядели дорого. Я бы приняла их за рубины, изумруды, сапфиры, бриллианты и прочие известные мне, но совершенно не знала о минералах этого мира.
Отложила цацки и принялась копаться дальше.
На следующей полке лежали мешочки с монетами – тут я тёмный лес. Вообще ни одной мысли об их номинале в голове не возникло. С этим придётся разбираться потом.
На третьей полке обнаружила квадратные, размером с диски, штуковины из непонятного материала с изображениями людей. Всего их было три: на одной красовался улыбающийся светловолосый молодой мужчина в белой, кружевной рубашке и обтягивающих чёрных штанах. На другом – пожилая женщина с крючковатым носом, злыми маленькими глазками, в пышном длинном платье. На третьем – грузный мужчина в мундире с большим носом и богатыми усами.
До блондинчика я дотронулась совершенно случайно, и – о, чудо! – он ожил.
Маленькая фигурка вскочила и засветилась, превращая поверхность «диска» в иллюзию комнаты. И не просто комнаты, а мужской спальни – всё в ее обстановке говорило: здесь живёт активный холостяк. Франт запрыгнул с ногами в высоких сапогах прямо на кровать и расстегнул верхние пуговицы рубашки до пупа.
Ничего себе шоу! Но микропарень на этом не остановился. Он потёр безволосую рельефную грудь рукой и посмотрел на меня, томно облизнув пухлые губы, а потом кокетливо улыбнулся.
Вот это номер! Ничего себе Анни мультики смотрела! Проказница, однако, эта аса, чтоб ей в раю хорошо жилось!
Но не успела я решить, что с этим делать, как игрушечный красавчик размером с палец вдруг заговорил…
– Любимая! – голос его звучал как у большого, знающего цену своей привлекательности мальчика. – Сейчас ты непременно должна скрыться, чтобы потом нам воссоединиться в…
Я прихлопнула парня вместе с его декорациями ладонью – она хоть и прошла сквозь изображение беспрепятственно, но трансляцию шоу прекратила. Отлично! Не до него мне сейчас. Что-то подсказывало: это всё лучше посмотреть и послушать, когда останусь одна.
Перешла к изучению содержимого полки выше и там, наконец, обнаружила искомое: стопка толстых гербовых бумаг порадовала меня открытием – я умею читать! Прекрасно!
Перебрала грамоты и среди удостоверений личности на Анниэллу и Далию Торви обнаружила свидетельство о браке Анниэллы Хакон и Айвара Торви. Свидетельство о смерти Айвара Торви. Завещание Айвара Торви и грамоту, свидетельствующую о том, что Анниэлла Торви является хозяйкой поместья «Гостеприимная ракушка»…
С губ сорвался нервный смешок. Если верить Мюрей, то название весьма подходящее Анниэлле.
Подхватила бумагу, закрыла сейф – позже всё изучу – и вышла из кареты.
Местный мужик внимательно прочёл грамоту, и счастья от встречи с хозяйкой на его лице не появилось. Вернул мне документ и заорал:
– Сельма! Тащи сюда свой зад! Хозяйка приехала, заселяться будет!
Ну точно пансионат «Дружба» в период упадка – анархия и хамоватое разгильдяйство.
Одна из дверей уродливого длинного барака на левой стороне владений распахнулась, и на улицу выкатилась упитанная женщина лет тридцати.
– Та ты чё?! А чем же их кормить? – так же громко завопила она.
– Так хозяйка-то, небось, с деньгами приехала, – мужик выжидающе посмотрел на меня и, дождавшись кивка, продолжил, – сейчас сбегаешь на рынок и купишь продуктов. Вон и пацана тебе в помощники дадут. – Мужик кивнул на прибывшего со мной парнишку.
Так. Что-то мне всё это не нравится. Я прямо чувствую, как у меня из рук утекает власть. Правда, не до конца ясно, была ли она вообще когда-то в руках Анниэллы, но я ведь не она. Меня такое панибратское отношение не устраивает.
Не то чтобы я когда-то имела прислугу и привыкла ею командовать, совсем нет. В последние годы замужества я вообще не работала и по хозяйству управлялась сама, но что такое субординация – я в курсе. Не представляю себе, чтобы сотрудники какой-то фирмы так разговаривали с хозяином, а я тут хозяйка. Все остальные – мои работники, поэтому ставить на место их нужно сразу.