Sandra Hartly – Хранительница Хаоса (страница 20)

Мне кажется, после этих слов я готова была его убить, я почувствовала как непроизвольно тяну силу из пространства наполняя резерв. Но пришлось взять себя в руки, с ними я потом разберусь, сначала нужно выяснить что в письме.

Опустив щит, я спрятала письмо в декольте, отчего глаза у мужчин одновременно расширились. “Да да интересно как вы намерены достать его?” я про себя улыбнулась. При этом удерживая выражение лица праведного гнева, плавно я подошла к Себастьяну намеренно игнорируя его друга и прошептала: “Прогуляйтесь со мной к морю Ваше Высочество” — и не дождавшись ответа, пошла в сторону выхода.

До моря мы с Себастьяном шли молча, он не приближался ко мне и с грацией хищника шел немного позади.

Когда мы спустились к берегу, я присела на большое бревно и указала Себастьяну на место рядом. Он осмотрелся и присел на другом конце, соблюдая дистанцию.

Несколько минут я смотрела на море, а Себастьян наблюдал за мной и выжидал, тем самым дав мне возможность совладать с гневом и собраться мыслями.

Наконец, я достала письмо и посмотрела на герб не оборачиваясь к Себастьяну, обретая внутреннюю решимость.

Алекс: "Вам следовало сразу показать мне письмо Сема."

Себастьян взглянул на меня с серьезным выражением и глубоко вздохнул.

Себастьян: "Мы не хотели рисковать, это может быть магическая ловушка."

Так же не оборачиваясь к собеседнику, я приложила палец к печати, снимая защиту: ”Сейчас и проверим” — письмо озарила голубоватая вспышка, показывая что защита снята и на листке начал проявлятся текст.

После первых же строк я вздрогнула, узнав почерк своего отца. Письмо было не от Сема, его написал Роджер де Савояр.

С каждой новой строчкой на листке мои руки все больше дрожали, на лице я почувствовала дорожку от текущих слез. Я и не заметила как начала плакать.

Увидев мою реакцию Себастьян изменился в лице, в глазах появилась тревога он подвинулся ближе и переводил взгляд с листка на меня, ведь текст по прежнему могла видеть только я.

“Алекс?” — в голосе мужчины четко слышалось напряжение.

Я повернула заплаканное лицо к принцу: “Это не письмо Сема, его писал мой отец, Роджер де Савояр. Я уверена, что это его почерк. Дай мне минуту.”

Себастьян кивнул, но продолжал внимательно наблюдать за мной, а я внимательно всматривалась в ровный почерк родного человека.

Дорогая Алесандра,

Если ты читаешь это письмо, значит я уже не с тобой. Мне жаль, что моя смерть наступила так рано и что я не смог попрощаться с тобой лично. Но я должен передать тебе правду, которая привела к моей гибели.

Король Кристоф, предал мое доверие и доверие твоей матери. Не так давно я осознал, что он готов пойти на любые меры, чтобы увеличить свою власть и расширить границы Королевства Морей. Для этого он планирует использовать темные артефакты.

Как мне стало известно, для создания артефактов будут использовать разлом, такая беразсудность может разрушить королевство и не известно или только его. Разлом — это источник могущественных сил, которые могут быть использованы как для добра, так и для зла.

Сам король не сможет использовать разлом, его сила поддасться только хранителю. Каким то образом королю стало известно, что хранители могут вытягивать магию из разлома и направлять ее, в том числе в специально подготовленные артефакты. Сила темных артефактов нам точно не известна, но король планирует с помощью них быстро установить свою власть на всем континенте.

Очевидно я слишком близко подошел к истине и начал раскрывать его зловещие планы. Перед тем, как я смог представить свои доказательства перед Советом, король отправил своих людей, чтобы убить меня. Мой глубочайший страх заключается в том, что он намерен подчинить тебя своей воле и использовать твою силу для своих целей.

Алекс, я прошу тебя быть осторожной и бдительной. Ты — последняя в ком есть сила хранителей. Разлом уснул не случайно и тебе следует обнаружить причину, прежде чем он причинит непоправимый вред.

Я доверяю тебе, моя дорогая Алесандра. Возьми на себя бремя нашего наследия и защити королевство. Я буду наблюдать за тобой из высот, и моя душа всегда будет рядом.

С любовью и надеждой,

Твой отец

P.S. Я оставил некоторые доказательства и информацию о разломе в надежном месте, куда сможешь попасть только ты. Ищи ключ в сердце нашего замка, там найдешь ответы, которые ищешь.

Дочитав последнюю строчку письма, я уже не могла сдержаться. Волна отчаяния накрыла меня, и я скользнула с бревна на колени. Тело сковало горе, и я сжала письмо в кулаке, опускаясь на песок. Рыдания вырывались из груди, и я повторяла одну фразу снова и снова: "Он убил их! Кристоф все-таки убил их. Их больше нет, он убил их. Убил их…"

Меня охватило отчаяние, и я зарывала руки в песок, словно искала в нем спасение. Я не заметила, как Себастьян сел рядом со мной на песке, и не сопротивлялась, когда он притянул меня к себе. Он молча обнял меня и прижал к своей груди. В его объятиях я чувствовала поддержку и тепло.

Я продолжала плакать и повторять ту же фразу, а он нежно гладил меня по спине и голове, словно успокаивал ребенка, утопающего в истерике. Он не пытался меня утешить, а просто давал мне возможность выплакать всю боль и отчаяние.

Не знаю, сколько времени мы так просидели на песке. Возможно, час, а может быть и несколько часов. Мои рыдания стихли, я посмотрела на Себастьяна и произнесла истощенным голосом: "Он убил их, Себастьян. Кристоф все-таки убил их."

Он нежно погладил меня по мокрой от слез щеке и с решительностью произнес: "И он за это ответит!" Себастьян встал и подхватил меня на руки. — "Тебе нужно поспать, моя маленькая принцесса. Обхвати меня руками за шею, я помогу." — Он решительным шагом направился в сторону дома.

Я сделала, как сказал Себастьян, обхватив его за шею, и уткнулась головой в его мокрую от моих слез рубашку. Он что-то шепнул мне на ухо, и я почувствовала, как темнота поглотила меня.

14. Море

После того эмоционального события на берегу моря, Алекс провела следующую неделю в затворничестве. Она изолировалась от внешнего мира, погружаясь в свои мысли и эмоции, пытаясь осмыслить все произошедшее.

Целый день Алекс проводила в своей комнате, запершись на замок. Она читала письмо отца снова и снова, переживая каждое слово и обвинение в адрес короля. Ее разум и сердце были переполнены горечью, гневом и печалью.

В затворничестве Алекс не смогла позволить себе сближение с кем-либо, даже с Рейном или Леди Прайс. Она ощущала себя изолированной от окружающих и не была готова поделиться своими эмоциями и мыслями.

Попытки Леди Прайс и Рейна вытянуть Алекс из комнаты вызывали у нее раздражение. В то время как они старались показать заботу и поддержку, Алекс не была готова открыться и поделиться своими эмоциями с кем-то еще.

Каждый раз, когда Леди Прайс или Рейн стучали в дверь ее комнаты и предлагали выйти или поговорить, Алекс воспринимала это как нарушение личных границ. Она нуждалась во времени и пространстве, чтобы справиться с переполняющими эмоциями и найти ответы самостоятельно.

И хотя Леди Прайс и Рейн действовали из добрых побуждений, их попытки вытянуть герцогиню из комнаты только усиливали ее раздражение и желание сохранить свою неприступность. Она знала, что имеет право на личное пространство и время для заживления своих ран, и ее решение было окончетельным и непоколебимым.

Алекс. Спустя неделю.

Снова прочитав письмо отца, я спрятала его в тумбочку, решив отложить его на время. Следующим утром, после вечера у моря, я чувствовала непреодолимую потребность немедленно отправиться в Савояр. Настоятельно требовала, чтобы меня отвезли домой, но добилась только ссоры с Себастьяном. Громко хлопнув дверью после его жесткого отказа, разрыдалась на кровати. Я даже сняла родовую защиту и позволила Себастьяну и Рейну прочитать письмо, но принц оставался непреклонным.

После его отказа, я потеряла контроль и впала в истерику, крича на Себастьяна и даже бросая в него предметы, пока он не приблизился ко мне и не усыпил. Поскольку меня удерживали как пленницу и не позволяли вернуться домой, я решила объявить бойкот. Я попыталась проявить упрямство и отказалась от еды, но после того, как разъяренный Себастьян ворвался ко мне в комнату с угрозами, что сам лично накормит меня, пришлось через силу под его наблюдением съесть всё, что принесла Леди Прайс. Единственное, с чем пришлось смириться принцу, это с моим категорическим отказом покидать комнату.

Через два дня мне вернули письмо, после тщательного его изучения. Рейн подтвердил, что это не подделка и они внимательно проверили его.

Вот уже больше недели я веду свою войну и с внутренними демонами и моими доброжелателями.

Выходя из ванны, и расчесывая влажные волосы, я никак не ожидала увидеть в своей комнате Себастьяна. Он стоял возле дверей скрестив руки на груди.

“Завтра у нас тренировка на рассвете,” — заявил он окидывая меня взглядом.

Я замерла, немного смутившись. Я стояла перед Себастьяном совершенно голая в одном полотенце, которое едва прикрывало мои бедра.

“Как ты вошел? Я заперла дверь” — стараясь не показывать свое смущение я двинулась к столику и отложила щетку.

Он ухмыльнулся, “Принцесса этот замок при желании, открыть сможет даже леди Прайс. На рассвете я зайду за тобой будь готова.” — Ещё раз пробежав по мне взглядом и ухмыльнувшись он покинул мою комнату и закрыл за собой дверь.