Сандра Бушар – Порочный продюсер (страница 6)

— О. МОЙ. БОГ! — кричу я, пытаясь сорваться места. — Ты совсем придурок? Радуйся, что я сейчас не в состоянии засунуть свою шпильку тебе прямо в за… АААА!

Новый удар. Более резкий, грубый и острый. Мое тело содрогалось под ним. Кожа пружинила… А еще это странное томление между ног. Я не призвалась даже себе в нем. Но, удар за ударом, и скрывать очевидное было наивно.

— Знаешь, я засажу тебя на пожизненное! — кричу я раздраженно. Туфли упали, сжимая пальцы ног. Новый удар и едва судорогу не сводит от возбуждения. С ума сойти! — Хочу посмотреть, как ты там всем мыло будешь подавать, гребанный го… ООО!

— Говори что хочешь, Р-и-т-а… Но сегодня целый вечер ты будешь ходить с пылающей задницей. — голос Беренштейна становится глубоким и утробным. Он сглатывает ком. Откладывает ремень, а я настолько двинулась умом, что едва не вою от разочарования. Ведь еще парочка шлепков и, наверняка, взорвалась бы от напряжения… Мужчина проскальзывает пятерней по коже, что стала особенно чувствительно его усилиями. Словно оценивает свою работу и проделанный труд… Тяжело дышит сквозь стиснутые зубы, когда накручивает на большой палец бабочку со стрингов и… Натягивает так, что из моих глаз вырываются слезы. Дыхание перехватывает, тело напрягается, и я буквально в шаге от оргазма. В одном миллиметре от самой странной развязки в моей жизни! Прогибаюсь дугой, замираю и ощущаю, как ткань трется об пульсирующую горошину. Резко все прекращается. Он отпускает трусики, а я кричать голоса от разочарования. С мужских губ срывается рык. Он раздвигает мои складки и проводит по ним ладонь. Наверняка, ощущает все то, что я так старалась скрывать. Те жуткие, неправильные эмоции… Усмехается, словно победитель и, наклонившись прямо к моему уху, произносит чертовски надменно: — Ты останешься без сладкого, потому что плохо себя вела. Запомнила?

Я не в силах говорить, думать и даже сопротивляться не могу. Просто закрываю глаза и сгораю от стыда. Мечтаю, чтобы все это оказалось просто страшным сном в гребанную овуляцию.

— Что же, хорошего вечера. — он встает, поправляет фрак и, окинув мое тело довольным взглядом, уходит. На прощание бросив: — Я бы на твоем месте дверь запер. Мало ли, кто может к тебе зайти?

Глава 8

Шаг за шагом… И вот я уже благополучно навернула миллионный круг в ожидании Германа и закрыла все круги активности на фитнес часах. Техника на моей руке решила, что я пошла на свой рекорд и, видимо, готовлюсь к олимпиаде… А я всего лишь жутко нервничала, ожидая своего непутевого подельника с ключами от непередаваемо дорогой тачки.

— Нашла кому доверить такое важное задание! — бурчу себе под нос, кутаясь в маленькую белую шубку. — Нужно было все делать самой… Но, нет! Я же решила…

— РИТА! — громкий писк и я замираю, а сердце выпрыгивает из груди. Мокрый, взволнованный, потерянный Герман стоит передо мной с испуганным видом и протягивает заветный ключик. — Это он?

Ключик я тут же взяла себе, и кровь в венах забурлила. Даже ругать Германа за скорость улитки не стала… Плевать, как он это сделал, но уже пять минут спустя мы сидели в новенькой иномарке Беренштейна.

— Эй, — возмутился Герман, обустраиваясь на заднем сидении, — а ты на водительском?

— А ты хочешь за руль? — многозначительно выгнув бровь, я получила его негативное покачивание головой. Пристегнулась и сорвалась с места. — Придется мне отдуваться.

— Но… Ты же пила! — испуганный парень поспешил тоже пристегнутся.

— Зайчик, на час на улице я обновилась до состояния новорожденного ребенка. — выложив телефон на пробирную панель, я возбужденно ждала, когда продюсер получит сообщение от автомобиля. Мол, хозяин, я вас покинул.

— У тебя нет с собой прав! — закричал Герман, совсем как пятилетняя девочка.

— Я тебе больше скажу: у меня их вообще нет. — успокоила я эту неженку. — Но вожу я лучше, чем все твои знакомые. Понял? — клянусь, я видела в глазах Стара слезы. И, кажется, седые волосочки начали проклевываться… Когда продюсер наконец позвонил. Трубку я взяла с третьего раза… Так сказать, ради профилактики его нервной системы. — Борюсик, ты там как? Задница не горит?

— Р-и-т-а… — рычит тот в трубку. — Я живьем закапаю тебя и твоего молокососа! Верни машину!

Слышу, как мой подельник на заднем сидении воет… Толи от страха перед продюсером, толи ему не понравилось, как я опасно пролетела на красный, прямо перед огромной фурой. Кто его поймет?

— Борюсик, дорогой, — жадно сжимая руль, я не могла перестать думать, как мужчина сейчас умирает от злости и волнения за любимую новенькую игрушку, — помнишь я тебе говорила, что мой папочка был механиком?

— Ты мне не говорила… — мертво шепчет мужчина, явно зарываясь лицом в ладони.

— Сейчас говорю! Так что, — мечтательно вздыхая, я коварно провожу кончиком языка по губам, — я решила тебе устроить веселый конкурс! В течении десяти минут я отключу на твоей машине систему отслеживания, а потом оставлю ее в самом криминальном районе города. Где именно? Не скажу. Подключай свои дедуктивные способности.

— Ты не посмеешь, дрянь испорченная! — кричит он так, что явно пена изо рта пошла. — Тебе мало сегодня было? Я добавлю!

— Ах, раз ты так просишь… — сцепив зубы, прибавила газу, — еще вытащу парочку дорогих деталек. И, помни, мой папа был хорошим механиком: в сервисе тебе придется долго искать пропажу.

Секунда, вторая, третья… Я уже тянусь пальцем к кнопке «отбой», как тот сдается:

— Идет. Ты победила.

Усмехаюсь. Стоило ожидать. Больше себя любимого мой продюсер любит только неприлично дорогие машины.

— И?.. — поторапливаю я его.

— И, — сквозь зубы выдает тот, — можешь просить, что хочешь.

С радостью и облегчением я выдаю то, о чем давно задумывалась:

— Квартирка, в которой я живу… Перепишешь на меня.

На том конце провода, кажется, случился микроинсульт. Во всяком случае, звуки были пугающими. Взяв себя в руки, продюсер оскалился:

— Совсем берега попутала?! Да я тебя…

— Борюсик, брось… — перебиваю я его, а сама сворачиваю в сторону неблагоприятного района. Пусть знает, что угрозы мои более чем реальны. — Думаешь, я не знаю, что ты мне копейки платишь? Третий дом уже покупаешь. Бесконечно машины меняешь… Я хочу нормальную зарплату и свое жилье. Так понятно?

— Да никогда ты от меня не… — рычит тот… И тогда я решаюсь разогнаться по максимуму. Проверить, на что способна мощная ласточка. Только навстречу выезжает фура и мне с трудом удается через пешеходный переход уйти от столкновения. Все прошло удачно, лишь немного протрясло. Раздражал крик Германа, от истошных воплей уши закладывало. И тут сдался продюсер:

— Хорошо. Твоя взяла. Прямо сейчас свяжусь с юристом. Оформим сегодня.

Резко ударив по тормозам, я услышала, как весь такой из себя брутальный Герман молится. Обернулась удивленно, а он еще и креститься…

— И, Борюсик, — окликнула я того, перед тем, как нажать «отбой». — Химчистку тебе все же придется провести…

Шикарные штаны Германа Стара были напрочь мокрыми, а коленки дрожали.

Глава 9

«Наше учебное заведение приглашает вас выступить перед школьниками с мотивационной речью»… Странное предложение пришло мне прямо на электронную почту. Обычно спам я отсеивала легко и просто, из головы все лишнее улетучивается так же быстро… Но почему-то это я забыть не могла.

— Не неси чуши, — посмотрев на меня, как на полную идиотку, Беренштейн закатив глаза и покачал головой, — Ты даже школу не закончила… На что собралась школьников мотивировать?

— Да, школу я не закончила. На это были свои причины. — почему от азарта сердце в груди барабанило. До одури хотелось, чтобы продюсер одобрил мою идею. — Но я ведь не спилась, не с наркоманилась. Вполне себе достойная жизнь…

— Без мозгов все кажется проще и легче. — съязвил тот и зарылся лицом в меню ресторана. Всем видом показывая, что тема закрыта.

— По-твоему, — нагло выдернув меню, я заставила мужчину смотреть на меня, — я полная дура?

А в карих глазах Беренштейна вдруг вспыхнул интерес. Знала ведь, что рано или поздно он отомстит мне за угон его любимой ласточки, но не думала, что так грубо.

— Не совсем дура. Как-то же по улице ходишь и умудряешься не врезаться в людей… Но образования тебе явно не хватает. В глазах так и написано: «Девять классов и неблагополучная семья». Радуйся, что глазки красивые и все думаю о другом… — выпалил продюсер. А меня будто кто-то по щеке хлестнул.

Непрошенные слезы возникли перед глазами. Но я сдержалась… Каким-то чудом. Впервые за многие месяцы в памяти всколыхнулась прошлая жизнь. Лицо отчима, пьяного до безобразия. И меня, прячущуюся от него по укромным местам.

— Если бы ты сделал мой график свободнее, — предлагаю я, отворачиваясь к окну. — Я бы поступила в техникум, к примеру.

Тишина была довольной долгой. А потом Он взорвался неприлично громким хохотом. Складываясь по полам, утирая слезы, он шептал:

— Супер-звезда Рита пойдет учится в бурсу на… кого? Повара? Маляра-штукатура?

Вдохнув поглубже кислорода, я едва не вписала меню в его наглую голову.

— А что не так с этими профессиями? Зажрался ты, Борюсик. — друг стало так мерзко сидеть с ним рядом. Захотелось сорваться и убежать прочь. Что я и сделала: встала, отряхнулась, собираясь уйти до заказа. — И, если тебе интересно, я хочу стать дизайнером!