Сандра Бушар – Порочный продюсер (страница 2)

— Хотите посмотреть на мои данные? — наивно предполагаю я. Ведь в модельном агентство тоже просят раздеться до гола, проверяя твое тело на изъяны.

Он смеется. Тихо, бархатно. А потом спускает с плеч верх и обнажает мою грудь. Я осознаю себя голой перед мужчиной, которого вижу впервые. И пока пытаюсь понять, что вообще происходит, он сжимает мой сосок, и оттягивает. Вызывает легкую боль, смешанную с приятным мазохизмом.

— Можно и так сказать. — он опускает взгляд и кивает на свою ширинку. — Хочу, чтобы ты отсосала мне, Р-и-т-а. А я уже решу, достаточно ли ты умелая. Пока из явного лишь слишком длинный язык.

Делаю резкий шаг назад. В этот момент где-то на затворках проскальзывает разочарование… Ведь мне, что странно, понравилось, как этот странный тип лапал меня! И, в какой-то другой реальности, я бы даже продолжила…

— Да ты кто вообще такой? В себя поверил? — размахиваюсь и хочу оставить на его щеке мощную пощечину. Обо мне мужчина долго не забудет. Огромное кольцо с печаткой этому доказательство.

— Я тот, кто создал всю эту богадельню. Тот, кто создает из подобных тебе звезд сети! — он ловит мою руку. Сжимает кисть так, что искры из глаз. Сжимаю зубы и не показываю чувств. Но глаза все равно расширяются, когда он озвучивает свое имя. — Борис Беренштейн.

Глава 2

Сердце в груди забилось с утроенной силой. Вот он, тот самый продюсер, что сделает меня звездой. Казалось бы, должна радоваться — меня заметили. Только почему-то злость накрывает огромной лавиной.

— Мне плевать, кто ты! Хоть президент мира! Больше ты меня и пальцем не тронешь! Понял? — чеканю я каждое слово. А перед глазами стоит портрет отчима. И то, как я, беззащитная и юная, позволяла издеваться над собой в детстве.

«Больше никогда!» — обещаю я себе, а дальше… Все как-то само происходит. Откуда-то берутся неведомые мне силы… Замахиваюсь со всей дури и оставляю на сексуальном личике продюсера огромную вмятину кулаком.

— Черт! — он удивленно хватается за щеку. Могу покляться, хук слева его буквально к жизни вернул. Даже взгляд перестал казаться таким надменным. — Ты еще и боксируешь?

— С сегодняшнего дня — да. — быстро застегиваю молнию, привожу себя в приличный вид. От адреналина внутри пульс зашкаливает. Кровь бурлит, как сумасшедшая. Меня прямо трясет! Смотрю ему прямо в глаза, когда давлю из себя подобие улыбки: — Помни об этом, когда еще раз решишь распускать руки.

А потом убегаю, словно за мной кто-то гонится. Несусь по коридору, мечтая выбраться на свежий воздух и вздохнуть полной грудью. И лишь когда морозная свежесть окутывает мое тело начинаю ощущать, как сильно болит рука.

— Ай, — пытаюсь пошевелить пальцами, но любое движение приносит невыносимую боль. — Вот же черт!

— Кажется, все же не боксер. — вздрагивая, слыша за спиной Его голос. Испуганно оборачиваюсь и пячусь в сторону. Вдруг пришел поквитаться? Но вместо этого Борис берет мою руку за запястье, словно кусок дерьма, и кривится. — Сломала. Нужно к врачу.

— Как это «сломала»?! — судорожно пытаюсь согнуть пальцы и меня пронизывает от жуткой боли. Буквально слезы из глаз брызгают. А еще начинает накрывает тошнота и головокружения. Испуганно опираясь о стеночку павильона, я отчаянно говорю сама с собой: — И, что мне теперь делать? Полиса и денег на бесплатную медицину нет… Вот это я влипла… А может оно само как-то затянется, а?

Голос Бориса заставляет вернуться в реальность:

— Ты откуда взялась такая… странная? — тяжело вздыхает, закатывает глаза и сквозь зубы выдает: — Ладно. Сдаюсь. Ты уломала меня на доктора. Идем, отвезу.

И тут в моей голове начинаются жуткие баталии! Беренштейн подгоняет ко мне авто, безумно навороченное и явно дорогое… Но могу ли я сесть внутрь после всего, что он вытворил? Довериться тому, кто откровенно предлагал интим взамен на работу!

«Рита, — одерну меня внутренний голос. — у тебя буквально нет выбора!»

Раздраженный продюсер многозначительно сигналил. На его перекошенной от недовольства физиономии было черным по белому написано: «Я тут ради непойми кого в лепешку расшибаюсь, а она не ценит!»

А машину я все же села. Но на всякий случай предупредила:

— Если что — у меня вторая рука вполне рабочая.

И вдруг этот индивидуум решил, что вправе пошутит. Поиграл бровями и даже подмигнул:

— Правда? Готова продемонстрировать?

— Готова. — ласково улыбнулась я, а потом показала тому на бедре, как кусается лошадка. Мы едва не влетели в столб, но крик Бориса того стоил.

****

— Девушка ваша вполне здорова. Гипс некоторое время поносит, но это ничего страшного… — выпалил врач, когда выпроваживал меня из кабинета.

И нет, чтобы тактично промолчать, Беренштейн высокомерно закатывает глаза и саркастично выдает:

— «Моя девушка»?? Эта малолетка? Доктор, не смешите мои Ролексы.

«Вот бы я могла испепелить его одним взглядом!» — мечтаю я, но ничего не выходит. Попытки проглядеть в мужчине дыру не оставляю.

Уже на улице я планировала разойтись с Ним навсегда. Но тот вдруг хватает меня за рукав и тянет к себе, словно собачку на поводке:

— Куда тебя подвезти, Р-и-т-а? Где твой дом?

Дом… Тяжко вздыхаю… Постоянного убежища у меня не было. То кантовалась у старых подруг матери. Но у друзей отца… Последнюю неделю жила у малознакомой девочки. И уж точно не хотела, чтобы весь такой из себя продюсер видел эти жуткие жилищные условия.

— Сама доберусь. — холодно бросаю и ухожу.

Но как только покидаю территорию элитной платной больницы, осматриваюсь в панике. Ведь совершенно не знаю, где нахожусь. И пока безрезультатно пытаюсь простроить маршрут, Беренштейн догоняет меня на своем темно-синем спорт каре. Открывает окно, пафосно приспускает очки и выдает то, что меня буквально ошарашивает:

— Знаешь, возможно я готов дать тебе шанс.

— После всего?.. — нервно моргаю и ищу подвох.

— Сними одно видео. Одно, Р-и-т-а… Оно должно залететь на миллион просмотров. — выдает он, а после улыбается так, словно уже выиграл. — Справишься? Возьмусь за тебя.

Складываю руки на груди, успокаивая внутреннюю дрожь. Сглатываю ком и уточняю:

— Официально по договору? С зарплатой и проживанием?

И снова надо мной смеются. Пусть. Протягиваю ему руку:

— Мне нужен твой телефон.

Он дает спокойно, даже интерес в глазах мелькает. Навожу камеру на мужчину, включаю запись и говорю Борису:

— Знаешь, если честно, я вообще понятия не имеют, кто ты такой. То же мне, «известный продюсер». Таких в столице триста человек на один квадратный метр. — он кривится, зеленеет, злится. Буквально до скрежета зубы сжимает. От злости лицо краснее. Именно такой реакции для кадра я и хотела! Мне требуется еще парочка минут… А потом я отдаю мужчине телефон: — Готово.

— Что ты сделала? — Он напряженно пытается найти в галереи следы моего творчество. — Рита??

«Один… Два… Три…» Медленно считаю я про себя, а потом слышу оглушительный рык. Удар по рулю и дикий, отборный мат.

А что такого? Он просил видео — получил. Свою же кривую физиономию с подписью: «Лицо моего тайного бойфренда, после того, как я сообщила ему о беременности». Буквально за секунды новость об известном продюсере растиражировалась по публикам. Уже к утру ролик набрал заветный миллион просмотров… А удалить ролик «крутой» продюсер так и не мог.

На следующий день мы подписали контракт о сотрудничестве, а я получила в пользования свою первую корпоративную квартиру.

Глава 3

Полгода спустя…

Огромная клумба цветов на моем пороге. Ее загружает три здоровенных мужчины. Ставят композицию на каменную столешницу и та буквально прогибается.

— Свободны, мальчики. — игриво машу работникам ручкой. Кокетливо выставляю ножку из розового халатика. — Мамочке нужно поработать.

С удовольствием наблюдаю за тем, как мужчины врезаются в стены, засматриваясь на меня. Но улыбка с губ тут же спадает, когда на пороге моей квартиры появляется Беренштейн. Как всегда, с недовольным лицом. Пробегает по мне карими глазами и зубы сцепляет.

— О, Борюсик! — тяну я, как можно более противно. Ведь знаю, как его бесят мои сюсюканья. — Зацени, какой мне букетик фанат подарил… Мелковато, конечно. Мог бы и потратиться ради такой звездочки.

— Тоже мне «звездочка». Твои рейтинги падают. Снимай больше виде в день! Не меньше пятнадцати роликов. Поняла меня?! — барин по-хозяйски вторгается в мою квартиру и барски падает на диван прямо в обуви. Пренебрежительно смотрит на будет так, будто вот-вот выбросит его из окна.

Глубокий вдох и тяжелый выдох… Складываю руки на груди и снова начинаю злиться. Сперва продюсер приходил в гости раз в неделю; потом раз в три дня… А теперь заваливаться каждый день! Сидит до обеда, нервы мне треплет.

— Рейтинги так сильно упали, что ты купил себе очередную тачку? — ехидно скалюсь, саркастично приподнимаю бровь.

— Не твое дело, где я беру деньги. Я тебе сказал — рабой, значит работай. А нет? Вещички собирай и вали на все четыре стороны. — чеканил от так, что хочется схватить парочку тяжелых предметов и припечатать урода к стенке. Но я молчу… Ведь, как бы не хотелось это признавать, Борис сделал меня звездой. А еще отлично платит. Поэтому, проглатывая гордость, я молчу и терплю… Пока. А Беренштейн же радостно скалится и издевается: — Остаешься? Отлично. У тебя сегодня пятнадцать рекламных интеграций. Начни с рекламы столичного шоурума.