Сандра Бушар – Лезвие ножа (страница 4)

Алкоголь ударил в голову так сильно, что я, вконец обнаглев, развалилась в кресле и пробубнила себе под нос:

– Нет во мне никаких загадок! Кроме имени. Хотите, я вам его скажу, и вы меня отпустите?

– А если я не хочу отпускать? – неожиданно выпалил он, продолжая потягивать коньяк и рассуждать. – Скучно мне живется, цыпленок. Все так обыденно и просто… А тут ты на голову свалилась! Что будем делать?

Варл явно был не в себе. Даже несмотря на то, что я знала этого человека не так долго, сейчас я остро почувствовала, что он разговорчивее обычного. Решив воспользоваться моментом, я с надеждой придвинулась к мужчине и взмолилась:

– Послушайте, мне все равно, чем вы занимаетесь. Конечно, я не могу это одобрить, но… В мире всякое происходит, и каждый должен думать только о себе. Так вот, я думаю! И хочу предложить сделку: вы меня отпускаете, а я уезжаю из города. Вы никогда меня больше не увидите, клянусь!

– Ты. Не уедешь, – поправил меня Варл и откинулся на спинку кресла. Явно мои унижения доставляли ему удовольствие.

Видимо, я выглядела слишком сконфуженно, потому что мужчина дерзко усмехнулся и объяснил очевидное, как пятилетнему ребенку:

– Хватит "выкать"! И запомни:  ты никуда не уедешь. Я не собираюсь отпускать тебя. Ты будешь жить тут. В этой квартире. Со мной. Кончай уже выносить мозг! Еще один разговор на эту тему – и я заставлю тебя молчать по-другому.

На секунду я ему поверила. Нет, от человека, сидевшего напротив, можно было ожидать всего, и играть с ним я бы никогда не решилась, но… куда бы я дела свою детскую наивность и глупость? Особенно когда алкоголь развязал язык и расслабил нервы… Я больше не боялась Максима и воспринимала его как равного. Определенно это не закончится ничем хорошим…

– Но… Так нельзя! Понимаете? Рабство давно отменили. Я хочу домой. В свою жизнь. Мне было там… нормально.

– Думаю, тебе лет двадцать . Это милое личико и фигура делают тебя похожей на подростка, но взгляд взрослый не по годам… – задумчиво протянул Максим, словно и не слышал моих слов. Его глаза горели, как у маленьких мальчиков, собирающих "Лего", когда он спросил: – Ты на каком курсе? Голос у тебя красивый… В каком-нибудь театральном учишься, да?

Сперва я хотела устроить маленькую истерику, которую затевала каждый раз, когда родители делали вид, будто меня не существует, а затем замерла… Какого черта? Как он узнал?! Моя едва затянувшаяся ранка была болезненно разодрана. И кем?! Каким-то бандитом из переулка!

– Нет! Я не певица, не танцовщица, не балерина, не актриса… Я обычный взрослый человек! Хватит разговаривать со мной как с душевнобольной! У вас нет на это никаких прав. Как нет прав и на меня. Ясно?! Вы вообще никто, и ваше слово для меня ничего не значит.

Да, я закричала. А после совершила более страшный поступок, который нельзя повторять в отношении всех властных придурков: безразлично и неуважительно посмотрела на него. Это, увы, я умела делать ну очень выразительно. Жизнь научила меня заставлять людей чувствовать себя бессмысленным дерьмом силой взгляда. Даже на Варла подействовало…

Глаза мужчины стали как у палача перед любимой работой: заблестели коварством… Казалось, даже скулы заострились, губы утончились, брови потемнели, а само лицо помрачнело. Я думала, он меня ударит, но Максим просто до хруста сжал в руке бокал и обманчиво спокойно сказал:

– Ты надела вещи Саши. Хм… Кто тебе разрешал? – Я смутилась. И правда, кто? Но дальнейшие слова обескуражили еще больше: – Сними их. И больше никогда не бери. У тебя будут новые завтра, а эти унесут.

На секунду я испугалась, а затем вспомнила свой первый обморок и его абсурдные причины. Спокойно стянув дубленку, я подумала, что действительно было жарковато и верхнюю одежду стоило снять…

Тем не менее, отложив ее в сторону, я все еще ощущала на себе выжидающий взгляд Варла. Что ему еще было нужно? Обувь я взять не успела…

– Дальше, цыпленок. Я не просил тебя останавливаться… – немного хрипло прошептал он и, раздвинув ноги, поудобнее устроился в кресле. – Я хочу, чтобы ты сняла с себя все. Сейчас.

Не знаю почему, но эти слова мозг расценил эти слова как приказ. Некий пункт, который я не могу обойти или слукавить. Словно домашнее задание: обязана выучить – и точка. Поэтому я восприняла их не со стонами: "Никогда", а с безмолвными криками: "Прошу, не здесь".

– Я… не могу. Зачем ты это делаешь?

Голубые озера сверкнули. Против воли с губ сорвался всхлип, но я не была напугана – скорее обескуражена. И даже немного возбуждена. Видимо, вот для чего был нужен алкоголь. Он вышибает из головы страх и превращает тебя в животное. Глупое. Наивное. Безмолвное.

– Цыпленок, не устраивай шоу. Терпеть не могу женские слезы. Просто сделай что сказано и не заставляй тебе помогать.

Лишь на одну гребаную секунду – одну! – в моем сознании мелькнула мысль, что, если выбирать из двух зол, это был бы лучший вариант. И Максим уловил это, низко прорычав:

– Хорошо. Сегодня я тебе подыграю! – с этими словами он поставил бокал обратно на стол, а затем приглашающе протянул мне руку: – Иди ко мне.

– Но…

– Встань. Я говорю – ты делаешь. Не буди во мне зверя. Он тебе не понравится.

И я встала… Я как никогда была благодарна алкоголю за помутненное сознание и с радостью допила остатки в бокале залпом. Пусть так. По крайней мере, я ничего не чувствовала. Не было омерзения. Ненависти. Скорее, гормоны разыгрались… Должно же было быть хоть что-то хорошее в девятнадцать лет!

Став напротив Варла, я замерла, не зная, что делать дальше. С одной стороны, было интересно: что же он там задумал? А с другой… какого черта? Что тут вообще творилось? Куда подевались мои инстинкты самосохранения? Паника? Отчаянье? Почему было так спокойно?! И… горячо?!

– Развернись… – после долгих минуты рассматривания моего тела как товара хрипло прорычал он. Выполнив приказ, я услышала, как мужчина поднялся с места и прижался ко мне всем телом. Я было хотела отстраниться, но его рука легла мне на живот, а сам Максим тихо заурчал прямо в ухо: – Тс-с-с… Не порти момент…

Это было странно – ощущать, как мужское тело плотно прижимается к твоей спине. Хриплое дыхание Максима в ушко усугубляло действие алкоголя. Но все мое внимание переключилось на ладонь, которая двинулась вверх от пупка, проводя черту до груди, задирая свитер.

Попой я чувствовала его возбуждение. Каменный торс служил опорой спине, а пальцы… Они беззастенчиво добрались до сосков и сжали их. Я тихо застонала.

– Ух, как сладенько… А цыпленок, оказывается, с горячей кровью… – Варл нагнулся к моей шее и шумно втянул запах, прежде чем на одном выдохе прошептать: – Господь всемогущий, ты пахнешь, как новорожденный ребенок: молоком и смесями…

Что?! Откуда ему было знать о том, как пахнут младенцы и детские смеси?!

Но я уже слишком растаяла, чтобы думать об этом всерьез… Не могу себя оправдывать, а главное – не хочу. Мне было просто хорошо. Приятно. Свободно, что и это казалось абсурдом.

Тем временем мужчина вернулся к свитеру, выпуская из рук мою грудь. Только вот не прошло и секунды, как лишний элемент одежды был стянут через голову и отброшен в сторону.

– Хм… Что мне делать дальше, девочка? – заигрывающе прорычал Максим и до боли закусил мочку уха, томительно медленно опуская руку к штанам. – Что тебе нравится в сексе? Сегодня я добрый.

Но я не могла думать. В этом мире существовала только рука мужчины и горячая дорожка вслед за ней. Было стыдно за то, какой чертовски мокрой я стала от его слов. А всему виной было дурацкое порно, воспитавшее из меня настоящую нимфоманку!

– Сверху, снизу, сбоку? Ты принимаешь контрацептивы? – тем временем продолжал терроризировать меня вопросами Черт, уже добравшись до верхней пуговички.

– Нет, я ничего не принимаю… – только и смогла выдохнуть я, полностью опираясь на мужчину, когда тот, едва запустив пальцы под тугие джинсы, задел болезненно пульсирующую горошину. – Ох, черт…

– Цыпленок, как меня только не называли… – самодовольно констатировал он, запустив два пальца в мое лоно, – у тебя какие-то личные предубеждения против нижнего белья? Ох, такая узкая… Нет. У меня не настолько титаническое терпение, дорогая! Придется ускориться.

Двумя резкими движениями оставшаяся одежда была отброшена в сторону. Теперь я оказалась абсолютно голой и надеялась, что получу то, чего так жаждала каждая фибра моего пьяного тела, но Варл умел нагнетать…

Осторожно повернув меня к себе, он жадно прошелся по мне взглядом. Боги, ради этих глаз стоило бросаться под поезд! Сколько же в них было похоти, желания обладать, вожделения, крышеносного влечения… Не верилось, что это было направлено на меня. Как же это заводило и раскрепощало!

– Персик, а не тело… – до боли сжав грудь, он жадно прошептал мне прямо в губы и накрыл их своими.

Если раньше я наивно считала, что имела некий скудный опыт в этом незамысловатом деле, то с Варлом поняла: нет, я новичок. Невозможно… Просто нереально вызвать столько эмоций простыми поглаживаниями языка… Терпкий вкус алкоголя и табака превратился в мой личный афродизиак. Тело отзывалось, заставляя все сильнее и сильнее прижиматься к мужчине, ощущая пульсацию у него в паху, не падая в обморок только благодаря хватке сильных рук…