Сандра Браун – Непримиримые разногласия (страница 18)

Ему потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с духом и посмотреть на лицо мертвеца.

— Вторая тоже была бы смертельной, — продолжил доктор Андерсон.— Она прошла через шею сзади, перебила позвоночник и вышла здесь,— он указал на место, где должен был быть кадык.

У Кроуфорда зазвенело в ушах. Он заставил себя дышать спокойно, через нос.

— Третья вошла в туловище сзади, с нижней правой стороны, вышла через кишечник слева. Пока не загляну внутрь, не узнаю, какой ущерб она нанесла, но предполагаю, что обширный. Эти парни из спецназа не валяют дурака, когда дело доходит до спасения товарища-офицера.

Стоя рядом с Кроуфордом, Нил сохранял стоический профессионализм, а Мэтт Ньюджент шумно сглотнул.

— Хорошо, что никто из них не выстрелил в голову, иначе его лицо превратилось бы в мессиво, — Андерсон посмотрел на них через стол. — Никто не пришел, чтобы опознать его?

— Еще нет, — ответил за всех Нил.

— Вскрытие может пролить свет на его последние несколько часов, — сказал доктор, раскачиваясь взад-вперед на ногах, которые были до смешного маленькими по сравнению с туловищем. — Содержимое желудка. Наркотики и алкоголь в его организме. Я еще не нашел следов от уколов, но наркоманы со стажем могут быть осторожными. Я буду внимателен.

— Мы рассчитываем на это,— Нил сделал шаг назад и жестом пригласил Кроуфорда занять свое место.

Кроуфорд склонился над Хорхе Родригесом, чтобы внимательно рассмотреть его лицо. Хотя в этом не было необходимости. Он уже увидел все, что нужно.

Он выпрямился и отошел от стола.

— Я его не знаю.

Младший детектив замер ненадолго, чтобы спросить:

— Уверены?

— Абсолютно. Я никогда не видел этого человека до вчерашнего дня.

***

Кроуфорд расхаживал у машины Нила, когда два детектива вышли из больницы несколько минут спустя. Нил сказал Ньюдженту, что встретится с ним в полицейском участке после того, как отвезет Кроуфорда домой.

Несколько кварталов они ехали молча. Наконец Нил сказал:

— Попытаться стоило.

Кроуфорд уставился в пассажирское окно. Он направил вентиляционные отверстия кондиционера прямо на себя, и они выпускали холодный воздух, но этого было недостаточно. Он чувствовал жар и зуд изнутри.

— Уходя, я слышал, как медэксперт спросил, во сколько ты вернешься.

— Я попросил судью Спенсер тоже взглянуть на стрелка.

— Это так необходимо?

Нил пожал плечами.

— Его имя ей незнакомо, но она может узнать его в лицо. Попробовать стоит.

— Ты повторяешься.

— Не думай, что мне доставило удовольствие уговаривать тебя, а потом вести в морг, — проворчал Ник.

— Но тебе маячил нагоняй от шефа.

— Потому что главы города на его стороне. Департамент уже был поставлен в известность о том, что латиноамериканское сообщество готовится к полномасштабному протесту, крича о расовой дискриминации, хотя двое наших парней из спецназа сами латиноамериканцы. И еще это письмо от вдовы Чета Баркера.

— Это единственная причина, по которой я согласился пойти с тобой.

— Миссис Баркер хочет получить ответы, как и мы. Все надеялись, что когда ты увидишь Родригеса вблизи, то скажешь: «О, теперь все понятно. Я знаю, почему он это сделал». Но ты этого не сделал, так что твои услуги больше не нужны. Ты оказал миссис Баркер личную услугу. Твоя совесть чиста. Так что же тебя гложет? — Нил остановился на светофоре и повернулся к нему.

— Ничего, — пробормотал Кроуфорд себе под нос.

Нил продолжал пристально разглядывать его, пока не загорелся зеленый свет, а потом молчал всю дорогу.

— Удачи. — Кроуфорд закрыл дверцу машины и дважды постучал по крыше, надеясь, что Нил уедет. Если начнет снова доставать вопросами, то он просто взорвется. .

***

Холли прибыла в офис позже обычного. По дороге она зашла в дом Баркеров, чтобы вручить открытку с соболезнованиями. Она намеревалась просто отдать ее тому, кто откроет дверь, и быстро уйти, но дочь Чета пригласила ее зайти внутрь. Следующий час она делилась воспоминаниями о Чете с членами его семьи, включая миссис Баркер, и была тронута, учитывая их личную трагедию, тем, что они выразили озабоченность ее безопасностью и благополучием.

В офисе двое полицейских, присланных сержантом Лестером, сидели за переносным столом, просматривая ее судебные протоколы и материалы дел, ища любые упоминания о Хорхе Родригесе.

— Пока ничего, — доложила Дебра. — И я сама провела поиск по его имени еще до того, как они начали.

— Судья Уотерс перенес все свои записи на флешки. Нужно, чтобы они и их посмотрели.

— Уже передала. Я также поговорила кое с кем в далласской фирме и ввела их в курс дела. Все там беспокоятся о тебе. Честно говоря, я тоже. Прости, но ты плохо выглядишь.

Холли знала, что ее глаза, должно быть, все еще красные от слез.

— Я заходила к миссис Баркер.

— Почему бы тебе не пойти домой? Зачем ты вообще пришла сегодня?

— Лучше уж я побуду здесь и займусь делами, чем буду сидеть дома и думать. Я в порядке.

Дебра посмотрела скептически, но спорить не стала.

— Пресса названивает постоянно. Как и было приказано, я направила их к сержанту Лестеру.

— Спасибо тебе. За все.

— И мисс Видаль звонила три раза.

— Она оставила сообщения. Я ей перезвоню.

Холли вошла в свой кабинет и закрыла дверь. Усевшись за стол, она подкрепилась несколькими глотками воды прямо из бутылки, достала мобильник и нашла номер Мэрилин Видаль.

Она ответила сразу же.

— Почему ты не отвечала на звонки?

— Я звоню сейчас.

— Местные теле и радиостанции Далласа с утра трубят об этой истории. Со всеми подробностями. Ты о многом мне не сказала, когда позвонила вчера. Ради бога, Холли, этот маньяк мог убить тебя!

— Не хотела, чтобы ты волновалась. Честно говоря, мне очень повезло вчера. Не могу передать, как это было страшно. Моего судебного пристава застрелили прямо у меня на глазах…

— Мне так жаль. Хочешь поговорить об этом?

Она не хотела, но Мэрилин все-таки выведала у нее все подробности. Может, это и к лучшему. Холли надо было выговориться. Она, конечно, умолчала о визите Кроуфорда Ханта к ней домой, запретив себе даже думать об этом.

— Хорхе Родригес никогда не был участником судебного процесса, во всяком случае, когда я председательствовала. По крайней мере, в моих делах его имени нет.

Мэрилин, всегда меткая в выражениях, ответила:

— Это и хорошо, и плохо.

Холли прекрасно понимала, к чему она клонит.

— Никакой прямой связи между нами нет, поэтому на меня никто не указывает пальцем.

— Это то, что хорошо, — согласилась Мэрилин, — а плохо, что, пока его мотивы неизвестны, появится масса самых диких предположений. Придется пораскинуть мозгами, как решить эту проблему. Как ты держишься?

— Со мной все в порядке.

— Как твои руки, Холли?