Сана Эванс – Город сгоревшей магии (страница 81)

Иззи воодушевленно кивнула и уже сделала шаг вперед, как я произнесла:

– Иззи, поможешь мне?

Она вздохнула, но согласилась. Андресу пришлось идти вслед за Мануэлем. Не знаю почему, но мне не хотелось сейчас оставаться наедине ни с одним из братьев Паласио.

Мы с Иззи присели на корточки и начали трогать камни.

– Как мы сможем понять, что нашли то, что ищем? – спросила Иззи.

– Говорят, что почувствуешь.

– Нужно было нам разделить братьев. Оставлять их вместе, когда огонь моурос слишком силен, не самая лучшая идея.

Я замерла и уставилась на Иззи.

– Что ты имеешь в виду?

– Мануэль и так еле контролирует свой огонь. А когда рядом огонь Андреса и священные камни, это становится для него настоящей пыткой. Ты что, не знаешь, что у него случаются приступы после аварии?

Было поразительно, что любопытство этой маленькой девочки помогло ей не только изучить историю моурос, но и разузнать тайны братьев.

– Я видела один раз, – сказала я, вспоминая, как Мануэль впал в панику, когда убил Рыцаря мечей. – Андрес еле привел его в чувство.

– Да, он многим обязан Андресу. Но на его месте я бы так не нянчилась с Мануэлем. Как бы он мне ни нравился, но Мануэль тот еще грубиян. Как он может так обращаться с человеком после того, как чуть не лишил его глаза?

Я застыла в недоумении и еле слышно прошептала:

– Что значит… чуть не лишил глаза?

Иззи удивленно взглянула на меня:

– А ты не знаешь? Шрам Андрес получил из-за Мануэля. В ту ночь, когда погибла Мария, они стали бороться. Огонь Мануэля подпалил лицо Андреса. Говорят, это проклятие моурос. Если они обратят свой огонь против своих же, а не в битве с колдовством, то и последствия будут страшны. Благодаря древним знаниям куэлебре еле удалось сохранить Андресу глаз. Но шрам все равно остался.

Мои пальцы до боли впились в камень, сердце глухо забилось. Мануэль винит себя в смерти Марии, но если он узнает, что виноват еще и в случившемся с Андресом, то никогда себе не простит.

Мне часто приходили в голову мысли о необычной травме Андреса. Его глаз был поврежден настолько сильно, что не была видна даже радужка. Обычный человек вряд ли сохранил бы зрение при таком повреждении. А Андрес видел. Слабо, но видел. И теперь стало понятно, что это след, оставленный сверхъестественным воздействием, и его последствия нарушают законы природы.

Я уже открыла рот, чтобы предупредить Иззи держать все в секрете, как позади послышался шум. Я резко повернулась, и паника захлестнула меня с головой.

Мануэль застыл, ошарашенно глядя на Иззи. На его лице плескались смешанные чувства, но я с ужасом поняла, что он все слышал.

Иззи сообразила, что натворила, и посмотрела на меня молящим взглядом.

– Там не удалось ничего найти, – прервал накаляющуюся атмосферу голос Андреса.

Он вышел вслед за Мануэлем, стряхивая с крыльев пыль, и прошел мимо него. Андрес удивленно посмотрел на нас по очереди и не успел открыть рот. Мануэль кинулся на него и, хватая за грудки, вжал в стену.

– Мануэль! – закричала я.

Мы с Иззи вскочили на ноги. Андрес от удивления даже не смог ничего сказать. Он смотрел на разъяренного брата, в плотно сжимавшихся кулаках которого собиралось пламя.

Мануэль перевел глаза на шрам на щеке брата, и по его собственной щеке покатилась слеза.

– Ману…

– Почему ты не сказал? – прервал Андреса Мануэль. – Почему не сказал, черт тебя побери?! Ты же говорил, что в тебя попала чертова деталь, отлетевшая от горящей машины!

Мануэль сжал губы, глубже вдавливая Андреса в стену. От его тела начал исходить такой жар, что я испугалась, что он подпалит все вокруг.

Андрес не пытался вырваться, он перевел свои округлившиеся глаза на нас с Иззи. Иззи опустила голову.

– Прости…

– Благородный Андрес, – грубо выплюнул Мануэль, вновь привлекая внимание брата. – Всегда такой правильный… Хотел казаться добрым мучеником, скрывая от меня, что я чуть не лишил тебя зрения?!

Андрес сглотнул.

– Я сделал это не из-за благородства, – тихо сказал он. – Я сделал это потому, что ты мой брат и я тебя люблю. И если была бы возможность снова стереть тебе память, чтобы ты не страдал еще и из-за вины передо мной, я не задумываясь сделал бы так же.

Глаза Мануэля покраснели. То ли из-за сдерживаемых слез, то ли из-за сдерживаемого огня. А может, из-за всего одновременно.

Через пару томительных секунд Мануэль оттолкнул его от себя и сделал шаг в сторону.

– Как вы стерли мне память? – спросил он, все еще сжимая кулаки. Он держал в себе огонь как мог.

– Эмилиано дал отвар. Поэтому ты не помнишь то, что случилось после того, как Мария погибла.

– Дай угадаю, это тоже было твоей идеей? – двинулся Мануэль к нему.

– Да.

– Что еще ты от меня скрываешь, братик? Какие еще ужасные вещи я успел натворить за свою никчемную жизнь? Мой чертов огонь приносит только страдания, а вы покрываете это!

– Ты делаешь это не специально! – впервые повысил голос Андрес. Я никогда не видела, чтобы на его лице играло столько эмоций. – Да, возможно, ты ведешь себя как придурок большую часть времени и твои эгоистичные поступки ставят под угрозу не только тебя, но и других, но ты, черт тебя побери, не делаешь это специально!

– Ах вот оно что, – ухмыльнулся Мануэль. – Вскрылись твои настоящие мысли о подонке и эгоисте Мануэле. Сразу бы так. Зачем эта показушная двуличность?

Андрес в ярости подскочил к брату и схватил его за грудки.

– Добавь тогда к этим характеристикам еще и неблагодарность, – прорычал он ему в лицо.

– У тебя кишка тонка меня ударить.

– Хочешь посмотреть?

– Господи, как же вы оба достали!

Я подбежала к братьям и встала между ними, отталкивая их друг от друга. Андрес легко отпустил Мануэля, но испепелять взглядом не перестал.

– Ты! – указала я на Андреса. – Если уж взял на себя ответственность быть взрослым и заботиться о брате, будь добр нести это бремя во всем. Не обязательно оправдываться, когда Мануэль манипулирует тобой. Будь умнее. Ты что, не понимаешь, что таким образом он пытается обратить на себя твое внимание, чтобы ты наконец сделал первый шаг к примирению!

– Вовсе я не пытаюсь… – раздраженно начал Мануэль.

Но я перебила его:

– А ты! – ткнула я пальцем в его плечо. – Да, мне не понять, через что ты прошел, но прошлые обиды тянут тебя на дно. Как ты этого не понимаешь? Одна нелепая ошибка не должна заставлять тебя отгородиться от всех. У тебя замечательная семья и самый лучший брат на свете. Попытайся уже перешагнуть через случившееся, чтобы жить дальше. Жизнь продолжается, как бы тебе это ни было трудно осознавать, поэтому найди в себе мужество простить брата за ошибку, которую он не совершал. И самое главное – найди в себе наконец мужество простить самого себя!

Я взглянула на Андреса.

– Вы нужны друг другу. От вас зависит судьба вашего города. Попытайтесь наконец осознать это.

Андрес и Мануэль молча посмотрели друг другу в глаза. Каждый вел войну с гордостью, чтобы наконец сделать первый шаг. И это была самая сложная война, с которой они столкнулись.

– Смотрите! – внезапно раздался голос Иззи.

Она указывала на стену позади нас, из глубины которой сочился яркий свет.

Я двинулась к одной из стен круглой пещеры. Положив на нее руку, я ощутила невидимую энергию, исходящую из недр стены. Вибрация стала еще сильнее, словно кто-то раздалбливал стену с той стороны. Неожиданно под моей ладонью образовалась трещина. Я охнула, когда трещины стали расползаться по стене, отдавая красным свечением. Разломы ответвлялись, показывались другие цвета. В один миг стены засветились настолько ярко, что вибрация под ладонью стала невыносимой. Тогда куски стены начали отламываться. Мы отошли в центр, наблюдая за разваливающейся стеной.

В образовавшемся проеме показался амулет. Его нельзя было ни с чем спутать. Светящийся железный круг с камнями древней породы внутри.

Андрес взял его и посмотрел на нас с Мануэлем. Я коснулась амулета, и Мануэль последовал моему примеру. Голубой, оранжевый и красный огни начали колыхаться вокруг амулета, наполняя его силой и энергией трех моурос. Ссора сейчас не имела значения, о ней все забыли. Ведь перед нашими глазами происходило настоящее волшебство.

Внезапная вспышка, и противоположная стена тоже начала раскалываться. Иззи удивленно ахнула. Я тоже не могла скрыть восхищения. Моурос один за другим начали выходить из стены. Они рушили оставшуюся каменную преграду и освобождались из многовекового плена.

Эти моурос были великолепны. Взрослый мужчина, юноша и девушка примерно моего возраста. На них была простая одежда светлых оттенков из прошлой эпохи. Тела покрывало золотистое свечение. Крылья горели необычайно прекрасным золотистым пламенем, каждое перо блестело и переливалось.

Когда последний моурос выбрался из плена, стена перестала рушиться. В мгновенно наступившей тишине взгляды моурос обратились на нас. Заметив крылья за нашими спинами, они один за другим сменили облик, превращаясь в людей.