Сана Эванс – Город сгоревшей магии (страница 20)

– Возможно, это потому, что я из рода ведьм.

Реакции присутствующих можно было сфотографировать и демонстрировать в научной работе о всех видах удивления, которые может испытать человек. Карла тихо охнула и, округлив глаза, забыла закрыть рот. Боковым зрением я уловила нервную дробь пальцев Андреса, которую он отбивал по столу. Мануэль насмешливо ухмыльнулся и перевел взгляд в окно, словно наиглупейший спектакль, который разворачивался перед ним, окончательно потерял надежду на спасение.

– Откуда ты это узнала? – наконец спросил Андрес.

Осмелившись взглянуть ему в глаза, я заметила, что он совершенно спокоен.

– Нашла вещи прабабушки дома. И бабушке все пришлось мне рассказать.

– Я думала, что в Кастильмо не осталось потомков ведьм, – произнесла Карла.

Я пожала плечами и откинулась на спинку дивана, почувствовав, что немного расслабилась.

– Как видишь, один перед тобой.

Бабушка сказала, что я не должна об этом распространяться. Но ее наставление потеряло смысл, как только на меня напала адская гончая. И те, кто мог рассказать мне об этом мифическом существе, уж точно заслужили право знать обо мне правду.

– Дипы подчиняются ведьмам, – увел разговор в сторону от моей семьи Андрес, за что я была ему безгранично благодарна. – Я никогда не слышал, чтобы они нападали на ведьм. Дипом кто-то управляет, но кто?

– А есть вероятность, что его может отправить брукса? – спросила я и добавила: – И я не ведьма.

– Не ведьма, но чтобы ты ею стала, никому не придется прилагать особенных усилий, поверь. Магия уже искушает тебя, и с этим нелегко справиться.

– Откуда ты знаешь? – удивилась я.

– Слышал кое-что об этом. Разве это не правда?

– Правда. Но бабушка говорит, что ведьмой можно стать лишь до семнадцати лет. А мне уже исполнилось семнадцать.

– Семнадцать по летоисчислению Башахауна, – усталым голосом произнес молчавший до этого Мануэль. – Если верить его религии, первый год жизни младенец все еще связан с матерью энергией и только с года становится полноценным человеком. Поэтому у тебя еще год, чтобы превратиться в истеричную фанатку самопровозглашенного боженьки и резать для него всех подряд.

– У меня очень плохие новости для мамы и бабушки, – присвистнула я.

Теперь все встало на места. Появилось объяснение тому, почему меня все еще посещают сны и видения. Магия отчаянно пыталась навязать мне себя, понимая, что мой срок истекает. По словам бабушки, последний год был для нее мучительным.

– На твоем месте я бы не доверял женщине, которая хранит в доме колдовские вещи, – сказал Мануэль.

– Еще одно слово про мою бабушку, и я отрежу твой слишком болтливый язык, красавчик, – усмехнулась я. – И поверь, для этого мне даже не придется становиться ведьмой.

– Так, давайте к делу, – встрял Андрес. – Бруксы сами марионетки. Они не могут управлять еще кем-то, – ответил он на мой последний вопрос, – а призвать адскую гончую могут лишь очень сильные ведьмы. Живые.

– Тогда это означает, что где-то есть настоящая ведьма? – спросила Карла. – Но зачем ей понадобилось натравливать дипа на Эстелу?

– Карла! – донесся мужской голос из-за стойки. – Скоро прибудут посетители, а зал все еще грязный!

Карла мигом вскочила.

– Я принимаю заказ, сеньор Домингес! – Она виновато взглянула на нас: – Простите, я отойду на минутку.

– Все в порядке, – успокоила я ее. – Обещаю, расскажу тебе все, что ты пропустила.

– Раз ты принимаешь заказ, принеси мне что-нибудь выпить, – подал голос Мануэль, который все это время изучал меню. – У вас тут есть что-нибудь нормальное?

– Да, конечно, – улыбнулась Карла. – Сок? Кофе?..

– Тинто де верано[19].

Карла перевела на нас с Андресом свои оленьи глаза.

– Здесь все в курсе, сколько тебе лет, Мануэль, – недовольно произнес Андрес.

– И также в курсе, сколько тебе, братик, – ухмыльнулся он ему, – надеюсь, не забыл удостоверение личности дома? Ты ведь так любишь у нас постоянно подчеркивать свой возраст, так что, будь добр, используй это иногда во благо.

Андрес закатил глаза и, тяжело выдохнув, кивнул Карле.

– Ладно… – неуверенно сказала она, – а вам что-нибудь?

– Нет, спасибо, у тебя и так полно работы. Мы пришли сюда не есть, – выпалила я, укоризненно глядя на Мануэля.

– А я пришел именно за этим, так что поторопись, пожалуйста, – обратился он к Карле.

– Да, сейчас. Что-нибудь еще хочешь? У нас есть фирменный чуррос с шоколадной стружкой. Он очень…

– Я не ем сладкое, – слишком резко выпалил Мануэль, взглядом заставив Карлу чуть ли не проглотить язык. – Терпеть его не могу, – кинул он меню на стол.

Карла мгновенно залилась краской. Изменение ее состояния можно было ощутить физически. Она тут же скрылась, словно ее ошпарили кипятком. Слишком странная реакция, но Мануэль мог вывести на любые эмоции. Я зло покосилась на него.

– Как же ты любишь на меня пялиться, новенькая, – наклонился он вперед, встречаясь со мной глазами. – Извини, но не могу ответить на твою симпатию. Меня не заводят девушки, которые в любой момент могут захотеть пустить из меня кровь для какого-нибудь ритуала.

– Лучше держи рот закрытым, Мануэль, когда в голове нет ничего умного, чтобы сказать, – спокойно произнес Андрес.

– Спасибо за очередной ненужный в моей жизни совет, братик, – усмехнулся тот, откидываясь назад.

Сейчас я в полной мере осознала ту неприязнь между братьями Паласио, о которой рассказала мне в первый день Карла. Со стороны эти безобидные споры могли показаться просто обычными перепалками, но лишь так близко сидя рядом с обоими братьями, можно было ощутить напряжение между ними. Оно сквозило в их жестах и молчаливой войне, которую они вели, каждый раз встречаясь взглядами.

Я повернулась к Андресу:

– Ты думаешь, что в Кастильмо есть настоящая ведьма?

– Не знаю, – признался тот, – но очень хочу выяснить. И весьма странно, что тебе удалось убежать от дипа.

– У нее ведьминский амулет, – кивнул Мануэль в мою сторону.

Поняв, на что указывает Мануэль, я достала из-за воротника черное кольцо. Так вот почему он не удивился, когда я рассказала правду о себе. Он думал, что я специально надела его на себя.

Я поторопилась отвести подозрения:

– Он не мой. Точнее, теперь он мой. Мне его подарили.

– Кто? – спросил Андрес, изучая кольцо на моей шее.

– Помнишь утро, когда я заблудилась и ты приехал за мной? На самом деле в тот день за мной впервые гнался дип. Тогда я спаслась, вбежав в дом одной женщины. Она знала мою бабушку. Мы с ней разговаривали, а затем она подарила мне это кольцо. – Я задумалась. – Она сказала, что бабушка должна была дать мне амулет. Получается, эта женщина знала, из какой я семьи.

– Но судя по амулету, она сама является ведьмой.

– А если тогда это она натравила на меня дипа?

– Натравила, затем дала амулет, чтобы защититься от него? Не вяжется.

– Где это было? – прищурился Мануэль.

– Переулок рядом с мельницей, – ответил Андрес, – но там нет…

Он резко осекся и посмотрел на брата. Вновь этот безмолвный обмен мыслями.

– Как выглядел дом, в который ты зашла? – спросил Андрес.

– Маленький, из серого камня.

– Хозяйка как-то представилась?

– Да. Жозефина. У нее еще маленькая дочка.

Парни вновь переглянулись.

– Что такое? – спросила я Андреса.

– Жозефина и ее дочка Кармен умерли больше сорока лет назад. В их доме давно никто не живет, Эстела.