Саммер Холланд – Парни из Манчестера. Пригнись, я танцую (страница 13)

– Все будет хорошо, – Том невольно тянется и накрывает ее руку, – обещаю.

Если понадобится, он сменит больницу. Это не так сложно, но Кэтрин не будет его врачом. Ее чертова профессиональная этика не встанет между ними.

– Я заплачу за наш завтрак, – произносит он, поднимаясь, – спасибо, что рассказала мне о себе.

– Ты же не сделаешь ничего… такого?

– Ничего, что может навредить, – кивает Том. – Кейт, разговор между нами не закончен, понимаешь?

– Это и пугает.

– Я же сказал, – он аккуратно приникает губами к ее руке, – все будет хорошо.

Глава 9. Зануда

Настоящая катастрофа.

Кэтрин готова разрыдаться, глядя на неумолимо ползущую стрелку часов. Она плохо понимает, как дожила до среды, помнит только непрекращающуюся тревогу, которая будит даже посреди ночи.

Она позвала Тома Гибсона поговорить за завтраком, потому что чувствовала: недомолвки между ними помешают работе. К тому же после того, как он ушел с той болью во взгляде, Кэтрин не могла оставить все как есть. Необходимо было что-то сделать, даже речь сама собой выстроилась в голове, и вот подарок судьбы – Том появляется на пороге кафе.

Но когда она поняла, что все же произнесла это проклятое «да», просто потому что это было единственной мыслью в голове, ее прошиб пот. А Том засиял, все для себя решил и почему-то начал повторять «все будет хорошо».

Третий день Кэтрин боится, что он откажется от лечения или просто не придет на прием. Она до сих пор не призналась Жасмин, а стоило бы. Но непрекращающаяся тревога не дает, поедая изнутри, подкидывая все новые варианты исхода событий. И ни один из них не приводит ни к чему хорошему.

Не нужно было признаваться. Но Том оказался таким… невозможно найти этому определение. Он по-настоящему интересовался ею. Даже узнав, что она любит немецкий рок, не поморщился и не назвал это детским увлечением, как когда-то сделал Брайан. Кэтрин не знала, что ее так легко купить – не деньгами, а искренним восторгом в глазах.

И как же он загорелся, когда начал рассказывать о своих изобретениях. Вместо неловкого и странноватого пациента перед Кэтрин сидел парень, влюбленный в то, что он делает. И так хотелось, чтобы это его чувство распространялось и на нее, хоть немного. Чтобы и ее зацепила эта сумасшедшая энергия.

– Пойдем на ланч? – Хейли останавливает ее в коридоре, оглядывает с тревогой. – У тебя что-то произошло.

– Прости?

– Наблюдаю за тобой с понедельника. Что-то случилось, – не спрашивает, а утверждает она.

Значит, маска, за которой она пытается спрятаться, не слишком эффективна. По крайней мере, Хейли заметила, а это уже о многом говорит.

– Ладно, – соглашается Кэтрин. – Пойдем, объясню. Я кое-куда влипла.

Стоит довериться хоть кому-нибудь – в конце концов, Хейли видела их вдвоем. Может, если рассказать ей о том, как облажалась, станет не так тревожно.

Они усаживаются за столик в кафе, но еда все еще не лезет в рот – через два часа Том должен прийти на прием.

– Помнишь пациента, с которым я танцевала в субботу?

– Такое не забывается, – довольно расплывается в улыбке Хейли. – Ты ему нравишься.

– И это моя проблема, – кивает Кэтрин. – Я завтракала с ним в воскресенье и наговорила лишнего.

– Как это завтракала? – удивленно выпучивает глаза Хейли. – Я думала, ты ушла к себе домой.

– Мы не спали, – быстро отвечает она. – Просто живем недалеко друг от друга и встретились в одном кафе. Я проверила документы – его дом в трех кварталах от меня.

– Так, – Хейли набирает на вилку горошек, – и ты ему сказала?..

– Что он мне тоже нравится.

– Разве соврала? Вроде между вами пробежала искра.

– Это не важно, – вздыхает Кэтрин. – Он же мой пациент.

– И что? Он молодой и вполне симпатичный, – беспечно отвечает Хейли. – Он же не паллиативный?

– Нет, – она мотает головой, – но я все еще его врач.

И у него сложная ситуация. Третья стадия, отсутствие селезенки – вот на чем стоит сконцентрироваться, а не на его горящих глазах.

– Так, – кивает та. – Теперь он ждет от тебя продолжения?

– Хуже. Он пообещал, что все решит.

– Как именно?

– Не знаю, – с тяжелым сердцем отвечает Кэтрин. – И меня это пугает. Он может придумать все что угодно.

– У тебя же есть его номер, – замечает Хейли. – Просто позвони.

– Поздно, через два часа у него прием.

– Не понимаю тебя. – Она спокойно накалывает на вилку кусочек курицы. – Если ты так боишься того, что он сделает, почему сразу не спросила?

– Сначала была в шоке. А потом подумала: как это будет выглядеть? Я даже говорила ему не делать ничего такого, а он просто улыбнулся, поцеловал мне руку и сказал, что все будет хорошо.

– Англичанин, – давится смехом Хейли. – Угораздило же тебя. Ладно, что самое худшее он может сделать?

– Отказаться от лечения.

– Если он так поступит, ты не пойдешь с ним на свидание. Это и скажи.

– Вот только шантажа в моей жизни не хватало.

– Именно его, – уверенно кивает Хейли.

Кэтрин начинает понимать, о чем та говорит: и действительно, почему это она жертва? Пока не обещала Тому ничего такого, и если он вздумает натворить глупостей, у нее есть козырь в рукаве и даже власть над ситуацией.

Точно, нужно намекнуть ему об этом на приеме. Или вообще сказать прямо – сам ведь заявил, что не понимает намеков.

Успокоившись, Кэтрин принимается за еду. Вот для чего людям нужны друзья: когда в собственной голове перестает работать логика, всегда можно получить сторонний взгляд на ситуацию. Здорово, что у нее есть Хейли.

– Спасибо, – улыбается Кэтрин, и та только кивает в ответ.

Вчера пришли результаты молекулярно-генетического исследования. То лечение, о котором она думала изначально, отлично подходит, так что можно начинать уже завтра. Жасмин тоже одобрила: они успели обсудить результаты анализов.

Поднимаясь к себе в кабинет, Кэтрин не может выбросить из головы его улыбку. Как бы еще убедить Тома, что помимо таблеток ему нужно исправить свой образ жизни? Выпивка в барах, курение и то, как он поморщился, когда принесли зеленый боул… Стоило бы помогать лечению, а не мешать ему.

Ровно в назначенное время она слышит стук в дверь: Том. В душе что-то расцветает, заставляя губы растягиваться в улыбке, а дыхание – учащаться. Кэтрин с трудом берет себя в руки: да, это самый сумасшедший из всех мужчин, что за ней ухаживали, – из всех троих. Да, он заполнил ее мысли своими сияющими глазами так, что невозможно выгнать. Но она все еще его лечащий врач.

– Входите.

– Доктор Ким, – на пороге появляется серьезный и даже как-то по-новому одетый Том, – добрый день.

Что это на нем, рубашка? Да, поверх футболки, но это точно меняет образ. И джинсы сменились на… черные. Но все еще джинсы.

Том проходит внутрь и опускается на стул напротив. Кэтрин пытается найти в его глазах ответ на все вопросы, которые мучали ее несколько дней, но он непроницаем.

– Как у вас дела? – с неожиданной вежливостью спрашивает он.

Во взгляде – ни тени того интереса, который он проявлял на выходных. Даже… обидно, что ли. Он передумал? С профессиональной точки зрения было бы неплохо, но Кэтрин почему-то все равно неприятно.

– Отлично, спасибо. Как у вас?

– Готов бороться, – спокойно кивает Том на бумаги перед ней, – как обещал.

– Да… пришли результаты анализов, и мы готовы начинать лечение. В вашем случае это таргетная терапия: препарат, который вы будете принимать, точечно атакует клетки опухоли и не дает им расти.

– Так.

– Я выпишу рецепт. – Кэтрин не удается собраться, хотя Том совершенно спокоен. – Вам нужно понимать: таргетная терапия менее травматична для организма, чем химиотерапия, но она также может повреждать здоровые клетки.