Саммер Холланд – Без любви здесь не выжить (страница 23)

Только теперь я заметила, что сердце билось сильнее, чем если бы мы с ним пробежали марафон. Пока остальные обменивались стандартными фразами для классического смол-тока, я использовала это время, чтобы успокоиться. Кажется, все развивалось по плану, и, если Чарльз действительно так заинтересован во мне, каким выглядел у бара, миссия могла закончиться уже сегодня.

– Выпрями спину, – приказал Эрик в ухе. Дождавшись, когда я послушаюсь, задумчиво хмыкнул. – Вроде правильно сидишь, за этим ушлепком не видно.

«Этим ушлепком» был Гаурав. К сегодняшнему ужину он готовился едва ли не меньше, чем к Рождеству. Густые черные волосы – мечта, а не шевелюра – были безупречно уложены, обычная небритость устранена, и даже одежда оказалась полностью отглажена. Каждый день бы так.

– На три часа от тебя должен быть стол Чарльза, – продолжил Эрик. – Проверь незаметно.

Господи, к этому невозможно было привыкнуть. Нам стоило потренироваться заранее, чтобы я не вздрагивала каждый раз, когда он говорил. Делая вид, будто внимательно изучаю меню, я немного скосила глаза вправо, но ничего не заметила.

Пришлось еще и повернуться, и… Незаметно не получилось. Чарльз не скрывал своего интереса и сел за свой стол так, чтобы видеть меня без каких-либо сложностей. Я поймала его взгляд, пока он подносил ко рту чертов рокс с виски.

– Если он на месте, скажи что-нибудь вроде…

Я схватила свой коктейль и сделала большой обжигающий горло глоток.

– Понял. Не нервничай, кроха, мы идем по плану. И у тебя получается фантастически. Сразу видно настоящую аферистку.

– Уна? – позвал меня Хэмиш. – Ты в порядке? На себя не похожа.

– Отстань от нее, – покачала головой Фелисити. – Пусть отойдет от стресса.

Дальнейшие вопросы она остановила поднятой рукой, и я была ей за это благодарна. Правда, теперь пришлось бы придумывать еще одну ложь на тему «что я делаю наедине с очередным подозрительным мужиком», но с этим можно было справиться.

Когда к нам подошел официант, я быстро выпалила заказ, Фелисити тоже поторопилась озвучить свой. И пока Гаурав и Хэмиш донимали его по поводу вина, у меня могло получиться еще раз, теперь действительно незаметно, посмотреть в сторону Чарльза.

Я не успела. Фелисити наклонилась к моему уху и яростно зашептала:

– Ты понимаешь, кто это?

Вот черт, уже сейчас придумывать отмазку? Я надеялась оттянуть до понедельника.

– Его зовут Чарли, и сегодня я уеду с ним.

– Что?

Фелисити отстранилась, заглядывая мне в глаза. По ее лицу разлилась смесь ужаса и беспокойства.

– Что «что»? – насупилась я. – Понимаю, он мне в отцы годится. Но честное слово, так надоели мальчики, которые не знают, чего хотят.

– А ты понимаешь, чего хочет он?

– Он раздевает меня глазами и смеется над шутками про Бисмарка, – пожала плечами я. – Мне кажется, мотивация кристально ясна.

– Ты собираешься переспать с Чарльзом Уотерби, – неверяще произнесла Фелисити. – Сегодня.

– Мне плевать, если он очередная финансовая шишка. Нужно развеяться и снять всю эту драму с Блэком.

– Л-ладно. Но будь с ним осторожна.

В ответ я молча нарисовала крестик поверх сердца и снова взялась за стакан.

– Мы с Рэем сошлись во мнении, что ты гений, – ворвался в эфир Эрик. – Это тебе для информации.

– Мы выбрали самое дорогое вино, – довольно произнес Хэмиш. – И сегодня за всех платит Фелисити.

– Ничего страшного. Вы дали мне одну спокойную неделю за год, и это стоит того.

– За такие ужины мы готовы весь год быть паиньками, – усмехнулся Гаурав.

– Поверь, вы не готовы, – вздохнула Фелисити. – Вы самое шумное трио в кабинете, и если до появления Уны еще был шанс, что вы утихнете, то теперь я даже не надеюсь на чудо.

– Мы ничего такого не делаем, – возразила я.

– Вы кричали на весь этаж, когда вырос индийский сахар.

– Это было важно, ты не понимаешь, – поджал губы Хэмиш. – Ходила бы с нами делать ставки, знала бы.

– От тебя точно ожидала большей сдержанности.

– Не когда на кону двенадцать тысяч, – отрезал он.

Ужин потек своим чередом. Коллеги, приятели, друзья – кем бы ни были, сейчас все это смешивалось, и впервые за долгое время мы могли болтать о чем угодно. Я отказалась от вина и взяла очередной «Негрони», Гав и Хэм наслаждались своими стейками и бесконечно шутили друг над другом.

Фелисити выглядела счастливой. Она вдыхала аромат дорогого вина, смеялась и добавляла небольшую щепотку унижений в перепалки Гава и Хэма.

Буду по ним скучать, когда все закончится. Что-то больно кольнуло внутри: после миссии с Чарльзом я могла быть свободна. Эрик предлагал устроить меня на другую работу. Рэй – остаться в компании. Можно было выбрать любого из них или вовсе организовать перерыв на деньги, которые мне заплатят за соблазнение Чарльза.

Какая-то часть меня отказывалась выбирать, уверенная, что каждый из вариантов был бы проигрышным. А другая требовала вернуть все назад, остановить время на том моменте, когда Рэй посадил меня в мою же машину и увез к Эрику.

– Прошло полчаса, кроха, пора присматривать за нашим пациентом.

Вспомни солнце – вот и лучик. Эрик ожил в моем ухе, заставив исподтишка повернуть голову, вроде как смеясь над очередной шуткой от Фелисити.

Чарльз переходил к основному блюду. Он сидел слишком далеко, чтобы я могла разглядеть, что именно он заказал, но еще минут десять у меня точно оставалось. Вскоре и рядом с нашим столом вырос официант с горячим. Мне не стоило задерживаться с ним. Чутье подсказывало, что перед пудингом, который здесь обязательно входил в курс, Чарльз выйдет на перекур.

Остальные могли сколько угодно сетовать на мои манеры – я жевала молча и со скоростью гоночного болида. Когда от блюда оставалось совсем немного, снова повернулась на три часа и застыла. Чарльз закончил. Он сидел с неизменным роксом виски в руке и наблюдал за мной, словно ждал, когда теперь доем я.

Под его пристальным взглядом я значительно замедлила движение челюстей. Фелисити обеспокоенно коснулась моей руки, но сейчас мне было не до нее.

– Он смотрит на тебя, – тихо произнесла она. – Ты уверена, что это… безопасно?

Я проглотила последний кусочек трески, так и не почувствовав ее вкуса, и аккуратно промокнула губы салфеткой.

– Фел, милая, – вздохнула я, – меня сложно удивить сексуальными перверсиями. Я буду в порядке.

После недолгой паузы Фелисити закусила губу, скрывая смех, и мило покраснела. В ее глазах промелькнула веселая искорка.

– В понедельник идем на ланч вдвоем, – склонилась к моему уху она, – умоляю, подкинь подробностей.

– Договорились, – кивнула я.

Вот оно! Маска невинности на лице Фелисити дала глубокую трещину, и за ней появилась нормальная девчонка. Я едва не рассмеялась от того, как по-лисьи вытянулся любопытный нос.

Бросив короткий взгляд в сторону Чарльза, я поняла, что его за столом больше не было. Черт, наступало мое время входить в игру по-крупному.

– Схожу на перекур, – объявила я и поднялась, захватив сумочку.

Рэй пожертвовал для этого вечера свою пачку сигарет – я не собиралась тратить деньги еще и на это. Проходя по ресторану, я украдкой проверила, как выгляжу: вкус у обоих моих мужчин был отменный. Не Синнабонер из Нориджа, а настоящая лондонская детка. Стиль, шик, обаяние, класс. Все сегодня было при мне.

В Англии уже много лет никто не курил в помещениях, и закрадывалось подозрение, что Чарльз в этом ресторане стал постоянным гостем из-за того, что здесь элегантно обошли государственный запрет. Терраса, которая выходила во внутренний двор, должна была быть открытой, чтобы стать местом для курения, но оказалась частично застекленной со всех сторон. Наверху, видимо, для соблюдения правил, стекла отсутствовали.

Удивительно, но здесь было тепло, откуда-то сверху шел жар, который нагревал холодный зимний воздух.

Мы были здесь вдвоем. Я осознанно не поворачивала головы в сторону Чарльза и вообще не оглядывалась, отмечая все детали лишь краем глаза. У стены справа стояли два кресла с пледами – туда я и зашагала.

Пачка сигарет прыгнула мне в руки, как только я открыла сумочку. Достав одну и зажав ее между пальцами, потянулась за зажигалкой, но не успела.

Огонек возник у меня перед лицом из ниоткуда. План работал на сто, нет, на все двести процентов! Я поднесла к нему сигарету и склонилась, чтобы затянуться, а потом привычным и отработанным за столько ночей движением подняла глаза наверх.

Самая уязвимая позиция. Немного удивленный, но предвкушающий взгляд. Может, мой тип лица и называли «оленьим», но разрез глаз у меня точно был от лисицы. Если у него от этого не сорвет крышу, пусть сразу бежит к сексологу.

– Чарльз, – нежно выдохнула я его имя.

Никаких «мистеров Уотерби». Посреди шумного ресторана мы оказались в самой интимной атмосфере из возможных, и мне нужно было сразу задать тон.

– Уна, – пророкотал он.

Помните, я отказывалась спать с дедушками? Забудьте к чертовой матери. Этот голос один, без физического присутствия мужчины, мог стащить с меня белье. А когда я увидела в тусклом свете его лицо, окончательно поняла: мне будет что рассказать Фелисити в понедельник.