Самина Шумякова – Клан Холост 3. Адалинда-Роуз Лаусанская (страница 2)

– Теперь придется кучу отчётов писать, – вздохнув, укоризненно покачала я головой.

***

– Задержание прошло не очень? – сквозь небольшое окошко высунулся Гаред – постовой, принимающий заявления от граждан, и по совместительству мой давний знакомый.

– Ага, – пробубнила я, проходя мимо него и направляясь в свой кабинет.

– Адалинда, – окликнул он меня. – Саруман пришёл. Он в твоём кабинете.

– Вот чёрт, – выругалась я.

Только его не хватало. Что он здесь забыл? Неужели ему так не терпится дождаться отчёта, и он так страстно желает поклевать мой мозг?

Если большинство магов более-менее нормально восприняли меня в своей «компании», то Саруман Лафатер, пожалуй, был единственным, кто открыто меня недолюбливал. И это даже мягко сказано.

Я вошла в свой кабинет и увидела вальяжно приземлившего свою пятую точку на мой рабочий стол темнокожего мужчину. В руках он с отвращением во взгляде держал мою бутыль с кровью, которую я оставила на столе, прежде чем поехала на задержание.

– Мы гонялись за Чарльзом более полугода, – не поднимая на меня взгляда, промолвил он. – А ты за одну секунду сумела добиться того, чтобы все наши усилия пошли насмарку, завалив задание.

– А что, мне надо было позволить ему угробить себя и своих коллег, лишь бы он остался жив? – огрызнулась я.

– Да, – жёстко ответил он, поставив бутыль на место и посмотрев на меня. – Его жизнь была гораздо важнее твоей и твоих коллег вместе взятых.

– Не вам судить чья жизнь важнее, – парировала я.

– А кому? Тебе? – мужчина издевательски изогнул бровь дожидаясь ответа, которого не последовало. – У него были важные для нас сведения. А теперь благодаряисключительнотебе вся важная информация канула в могилу вместе с ним, – Саруман обошёл меня и, приоткрыв дверь кабинета, собираясь выйти, промолвил напоследок: – Завтра утром жду полный отчёт.

Устало вздохнув, я плюхнулась в своё рабочее кресло и от собственного бессилия сжала руки в кулаки. Эх, управы на него нет! Даже Сабина не влезает в его дела, ведь: «они не противоречат нашим законам» – процитировала я у себя в голове её слова. Как же бесит!

***

С отчётом я провозилась практически до вечера, периодически попивая бутыль свежей крови и утоляя свою жажду. Неожиданно в кабинет зашёл Гаред.

– Фу, Лаусанская, – сморщился мужчина, брезгливо глядя на бутыль крови у моего рта.

– Ты хочешь мне предложить что-то получше? – выгнула я бровь, переводя взгляд с бутылки на него.

– Труп в парке, – ответил он.

– Это не лучше, – устало вздохнула я и, поднявшись, выехала на место преступления.

Уже подъезжая, я заметила, что почти треть парка ограждена специальной лентой, а на месте работают мои коллеги. Показав патрульным удостоверение сотрудника полиции, я прошла за ограждение и приблизилась к трупу, возле которого крутился фотограф, делая снимки.

– Что нам известно? – спросила я у подошедшего ко мне криминалиста.

– Лилит Фанинг, – ответил мужчина, назвав имя погибшей. – Двадцать четыре года. Живет в нескольких кварталах отсюда. Умерла от многочисленных насильственных ран примерно час назад.

Посмотрев на жертву, я напрягла вампирское зрение и увидела на её обнаженном теле странные символы, профессионально вырезанные явно чем-то острым, и выколотые глазницы. Её руки и ноги были в ссадинах, словно девушку прежде, чем заживо зарезать, сначала крепко связали.

– Свидетели есть?

– Да, – ответил он, указав рукой в противоположную сторону, где стояла молодая пара.

Подойдя к ним, я представилась, показав удостоверение.

– Расскажите, что вы видели.

– На самом деле ничего, – ответила девушка, держась под руку за своего молодого человека. – Мы гуляли по парку, и услышали женский крик. Я предложила проверить, вдруг кому-то нужна наша помощь. А когда мы пришли, она была уже мертва.

– В каком часу это было? – задала я следующий дежурный вопрос, записывая показания в свой блокнот.

– Примерно в одиннадцать ночи, – ответил юноша. – Плюс-минус.

– Вы кого-то ещё видели? Или может что-то ещё слышали?

– Нет, – ответил он, покачав головой.

– Хорошо, – я подозвала ближайшего патрульного, махнув ему рукой, и протянула паре свою визитку. – Если что-то ещё вспомните, позвоните.

Я вновь подошла к криминалисту и спросила о сущности погибшей:

– Кто она?

– Маг, – ответил он.

– Орудие убийства не нашли?

– Нет. Только верёвки, которыми, вероятно, связывали жертву.

– Странно, что она не могла отбиться магией, – я нахмурилась. – И наши свидетели не видели никаких необычных всплесков. Хотя, может, они нам не всё договаривают? Скажи Джейкобу, чтобы завтра вызвал их на допрос.

– Зачем? – не понял мужчина.

– Зададим им пару наводящих вопросов. Может узнаем побольше.

Ещё раз осмотрев место преступления, я нашла несколько волос недалеко от жертвы, зацепившихся за ближайшее дерево. Взяв образцы пинцетом, я положила их в полиэтиленовый пакетик и, когда, наконец, закончила с осмотром, передала найденное на экспертизу, а труп увезли в Отдел Исследований, чтобы получше осмотреть, без посторонних глаз, а затем наложить магию сохранения и похоронить как принято.

Я же, позвонив Сабине, чтобы сообщить о том, что еду со смены, узнала, что она сейчас находится на кладбище и, изменив маршрут, направилась к ней.

Пройдясь по кладбищу, где захоронена каждая погибшая ведьма со времен зарождения Нового Орлеана, я направилась в ритуальное место – это было небольшое каменное сооружение с вырезанными магическими символами. При входе меня встретило множество свечей, среди которых находилась моя бабушка. Просто так она сюда никогда не приходила. Обычно это случалось, когда ей нужна была помощь предков. Неужели произошло ещё что-то?

– Что-то случилось? – обеспокоенно спросила я.

– Сегодня погибла одна из наших ведьм, – опустив голову, растерянно ответила женщина.

– Как ты узнала? – удивилась я, понимая, что она имеет в виду погибшую Лилит Фанинг, чьё тело мы обнаружили буквально несколько часов назад. – Мы же ещё даже никому не сообщали об этом.

– Я это почувствовала, – ответила она. – После преступлений Чарльза Фишера я связала всех ведьм и колдунов с собой, чтобы в случае чего, они смогли мне послать импульс опасности, и я успела прийти к ним на помощь. До сих пор не понимаю, почему Лилит не связалась со мной...

– Мы найдем убийцу, бабушка Сабина, – я подошла к ней и успокаивающе положила руку на её плечо. – Даю тебе слово, он ответит за свои преступления.

– Я пыталась связаться с предками, – вытерев рукой слёзы, промолвила она. – Пыталась найти среди них Лилит, но её не было. Понимаешь? Её не было среди них.

Я понимала. Прекрасно понимала, что это означает. Ведь после смерти каждая ведьма и каждый колдун отправляется к предкам, а их сила и энергия подпитывают Новый Орлеан.

– Как это возможно? – удивилась я.

– Не знаю, – в отчаянии покачала головой ведьма. – Либо она до сих пор жива, либо её силу, её магию кто-то украл, уничтожив душу.

Я так и осталась стоять, шокированная словами ведьмы. Кто может быть настолько силён, чтобы насильно украсть магию ведьмы и уничтожить её душу? И символы, что я видела на её теле – они мне не были знакомы, хоть в магии я разбираюсь не хуже любой ведьмы. Либо кто-то создал новый, неизвестный доселе ритуал, либо в наш мир нечто проникло. Но второй вариант мало вероятен, ведьмы бы почувствовали проникновение существа не из нашего мира.

Я еще немного поспрашивала у Сабины о её связи с предками – думала, быть может она через них что-нибудь выяснила о нашем неизвестном преступнике, но нет. Даже предки его не видели и не чувствовали его энергию – словно человека вовсе не существует и никогда не было. Но ведь это невозможно, так?

***

Рано утром, вернувшись на работу, я отправила Саруману отчёт по Чарльзу Фишеру. Сразу после этого ко мне в кабинет, постучавшись, вошёл сотрудник, первым выезжавшим на место преступления, и сообщил, что свидетели уже ожидают в допросной.

– Доброе утро, – поприветствовала я молодых людей, войдя в допросную.

– Зачем нас вызвали? – возмущённым тоном спросил юноша. – Мы вчера вам всё рассказали.

– Мне нужно задать вам ещё пару вопросов, и затем можете быть свободны, – нарочито дружелюбно улыбнувшись, ответила я, расположившись напротив них. – Не переживайте.

Я включила диктофона на запись и, положив руки перед собой, сложив их в замок, промолвила:

– Расскажите, пожалуйста, ещё раз о том, что вчера произошло. Что вы видели, слышали. Может почувствовали какой-нибудь странный запах.

– Мы уже вчера всё рассказали, – повторился юноша, тогда как девушка молчала. – Мы услышали крики и поспешили на помощь. Когда пришли – девушка была уже мертва. Ничего кроме криков о помощи и никаких запахов гари мы не слышали...