Самина Шумякова – Клан Холост 3. Адалинда-Роуз Лаусанская (страница 13)

– Куда? – спросила я, догоняя её.

***

Мы подъехали к особняку Лаберт. За всё время нашего пути Софи и словом не обмолвилась, сколько бы я её не спрашивала.

– Ну и зачем мы здесь? – без особой надежды я решила в очередной раз попытать удачу.

– Как сказала Сабина, – наконец соизволила она ответить. – Реелика находится не просто в коме, а в магической коме, из которой её не могут вытащить.

– Ты... – попыталась догадаться я. – Хочешь попробовать привести её в сознание?

– Нет, – ответила женщина. – Я хочу связаться с ней.

– Как? – ошарашенно спросила я.

– С помощью ритуала я попытаюсь проникнуть в её сознание, – уверенно промолвила Софи. – Реелика – единственный выживший свидетель. Она могла видеть лицо нападавшего.

Стоило нам только подойти к двери особняка, как она распахнулась и представила нам ничуть не удивлённого молодого человека.

– Софи, – радостно воскликнул мужчина. – Рад тебя видеть.

– Калол, – улыбнулась мама. – Маленький негодник.

– Почему это я негодник? – искренне удивился вампир.

А я удивилась, почему мама назвала его «маленьким»? Ведь Калол значительно старше её по возрасту.

– А кто в честь рождения моей дорогой Адалинды устроил кровавый пир из людей? – усмехнулась женщина, скрестив руки на груди.

– Что устроил? – ошарашенно воскликнула я.

– Да ладно тебе, – легкомысленно отмахнулся он, любезно проигнорировав моё, мягко говоря, удивление. – Всё же хорошо. Никто не пострадал. Ну... Кроме самих смертных.

– Ага, и то, потому что ведьмы за тобой хорошо прибрались, – Софи отодвинула его в сторону и вошла в особняк.

Осматривая помещение, словно углубляясь в какие-то собственные воспоминания, она улыбнулась и вздохнула.

– Софи? – удивленно воскликнул сбоку мужской голос.

Мы обе обернулись и увидели опирающегося на дверной косяк гостиной Джозефа.

– Какими судьбами? – спросил гибрид.

– Я к твоей сестре, – ответила ему мама.

– Боюсь, не получится, – он грустно покачал головой. – Реелика сейчас без сознания.

– Я знаю, – Софи сложила руки за спину. – Поэтому мне к ней и нужно.

– Что ты задумала? – насторожился мужчина, и мне даже показалось, что на мгновение в его глазах мелькнула надежда, но увы, ей не суждено было сбыться.

– Мама хочет с ней связаться, – ответила я ему. – Войти в её сознание.

– Где она? – спросила женщина у ошарашенного от моих слов гибрида.

– Здесь, – промолвил он, мгновенно придя в себя, и первым направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

Проследовав за ним, мы вышли в небольшую светлую спальню, на двуспальной кровати которой мирно лежала светловолосая девушка.

Без лишних слов Софи подошла к ней и, опустившись на колени, положила одну руку ей на голову, а вторую на солнечное сплетение. Женщина закрыла глаза, и наступила тишина, которую, что я, что Джозеф, боялись нарушить даже дыханием, чтобы не сбить с концентрации мою мать.

***

Софи Кастелл

Открыв глаза, я оказалась в незнакомой комнате с белыми стенами и множеством дверей синего цвета. Я сразу поняла, что это, и где я нахожусь. Нечто подобное я изучала, обучаясь в магической академии. Эти двери – воспоминания Реелики. И найти её саму я смогу в одной из этих дверей, но что-то мне подсказывает, что это будет то ещё испытание.

Сделав глубокий вдох, я вошла в одну из дверей и оказалась в каком-то доме. Пятеро детей, светловолосая женщина и мужчина сидели за столом и молились. Они благодарили богов за пищу и кров, за мирную жизнь и спокойный сон. На столе находился кувшин с водой, большой глиняный горшок с едой и наполненные миски.

– Мальчики, – обратился к ним глава семейства. – Завтра вместе со мной пойдете на охоту.

– А не слишком ли им рано, Себастьян? – обеспокоенно спросила женщина. – Они же ещё дети.

– Не сегодня, так завтра, наши дети станут мужчинами, – строго промолвил Себастьян. – Они должны уметь обеспечивать свою семьюпищей.

– А можно и мне с вами? – вопросил звонкий голос девчушки.

– Нет, Реелика, – строго посмотрел на неё мужчина, но, увидев расстроенный взгляд девочки, мгновенно смягчился и промолвил: – Завтра побудешь с матерью. Поможешь ей по хозяйству. А в следующий раз я возьму тебя с собой.

– Обещаешь? – в её глазах тут же загорелся огонек.

– Обещаю, – промолвил он.

Следующая дверь вывела меня в лесную чащу. Вновь стояла ночь, только на этот раз ярко светила полная луна. Внезапно я услышала полный ужаса мужской крик. Побежав на звук, я увидела погрызенный труп подростка, от которого с окровавленной пастью отходил волк. Через несколько секунд я услышала быстрые шаги, после которых увидела Джозефа с Рееликой. Мужчина склонился над телом своего брата и отчаянно зарыдал, переходя на крик.

– Помогите, – сквозь слёзы кричал Джозеф. – Пожалуйста, кто-нибудь, помогите! Брат, открой глаза. Не умирай, брат. Пожалуйста...

Реелика же стояла, оцепенев от увиденного. Из её глаз тоже лились слёзы, но беззвучно. Она словно не могла поверить в то, что видит.

Очередная синяя дверь вывела меня к новым воспоминаниям девушки. На этот раз они всей семьёй сидели около огромного костра. Их мать плясала вокруг огня с чашей в руках, произнося неизвестное мне заклинание на древней латыни. Затем, внезапно остановившись, она подошла к каждому из своих детей и заставила тех выпить содержимое, влив жидкость им в рот. Они затряслись в жутких судорогах, после чего упали замертво.

Вновь выйдя в общий коридор, я присматривала следующую дверь, в которую войду. Но я не могу здесь бродить вечно. Чем скорее мы найдём убийцу, тем лучше. Куда же могла спрятаться Реелика? В своих самых хороших воспоминаниях? Или тех, от которых хочется сбежать?

Проходя мимо каждой двери, но не заглядывая внутрь, я внезапно наткнулась на одну дверь, непохожую на других. Её ручка была в золотой оправе, а цвет самой двери был белым с кроваво-красными кляксами. Может, это она и есть? То воспоминание, в котором застряла Реелика?

Решив не гадать, а проверить лично, я нажала на ручку и толкнула дверь.

Я вновь оказалась возле дома Реелики, и вновь стояла ночь. Но на этот раз всё было иначе. Женщина, являющаяся их матерью, оставляла глубокие раны на лбу Джозефа изогнутым ножом. Но острие ножа было не металлическим, оно было сделано будто из слоновой кости. Женщина выводила им неизвестные знаки и шептала какое-то заклинание. Джозеф кричал от боли, пытался пошевелиться, но не мог. Его словно магией прижали к земле.

– Чудовище, созданное мной, канет во тьму. Сущность, захватившее его бренное тело, сгорит в адских мучениях... – продолжала шептать женщина.

Тем временем я заметила приближающегося к ним мужчину – это был Себастьян, отец Джозефа. В руках он держал как раз тот кол, который я видела несколько лет назад. Это был именно тот самый артефакт, который украла Леа.

Мужчина уже замахнулся на Джозефа, нацеливаясь всадить кол ему в сердце, как неожиданно возле него оказалась Реелика. Она схватила мужчину за шиворот и клыками разорвала его глотку. Противное хлюпанье заполняло, казалось, всё вокруг до тех пор, пока мужчина не упал замертво. Затем Реелика отшвырнула и свою мать. Та ударилась головой о дерево и отключилась.

– Брат, – обратилась она к Джозефу. – Брат, ты как? Скажи что-нибудь.

Но гибрид ей не ответил. Он был без сознания.

– Реелика, – попыталась я позвать её.

И девушка даже услышала меня, но как-то странно. Словно дуновение ветерка. Она огляделась, но никого не заметив, вновь обратила свой взор на Джозефа.

– Реелика, – позвала я её снова. – Посмотри на меня.

На этот раз девушка подняла голову и посмотрела на меня в упор.

– Ты меня видишь? – спросила я, осторожно приблизившись к ней. – Ты помнишь меня?

Я ожидала какой угодно реакции – что девушка отшатнётся, не обратит на меня внимания, что-то спросит или скажет... Но вместо этого Реелика набросилась на меня. Она схватила меня за горло и прижала к одному из деревьев. Её взгляд мгновенно потемнел, а клыки вылезли наружу, собираясь впиться в меня.

– Реелика, – прохрипела я. – Приди в себя. Это я – Софи...

Но девушка меня словно не слышала. Всё её внимание было устремлено на бешено бьющуюся жилку на моей шее. И чтобы выжить, и попробовать вновь привести её в чувство, я схватила её за руку, удерживающую меня и, скрутив, развернула девушку, прижав лицом к дереву.

– Слушай меня, – говорила я ей в ухо. – Слушай мой голос. Всё это – не реально. Это всего лишь твои воспоминания.

Реелика дёрнулась, пытаясь высвободиться, но я продолжала её удерживать и говорить: