Самина Шумякова – Клан Холост 1. Трибрид (страница 16)

Я ела, совершенно не чувствуя вкуса, как вдруг до меня дошло – это и был план Лауры. Только благодаря Элифасу, он не сработал. Нужно бы его за это поблагодарить. Хотя довольно странно, что он вступился за меня. У меня хоть и был небольшой опыт с мужчинами, в плане общения, но вот этот парень для меня загадка.

– Чего она на тебя так взъелась? – спросил Кай, отвлекая меня от собственных мыслей. Хм, я даже не заметила, как он подсел к нам. Или он давно уже тут сидит?

– Она опозорилась перед ректором и винит в этом меня, – объяснила я.

– М-да уж, Деккер тебе этого не простит.

– Больно нужно, – фыркнула я, осознав ещё одну вещь: Лаура-то, оказывается, применила магию, чем нарушила одно из правил академии – запрет на применение магии без присутствия преподавателей и не для выполнения домашнего задания. Хищно улыбнувшись, я уже продумывала план мести, в случае которого в свою защиту смогу использовать эту её глупость против неё самой же.

Посмотрев на своих друзей, улыбка сползла с моего лица: Кай смотрел на меня настороженно, а во взгляде Хены я заметила лёгкий испуг.

– Что? – в недоумении спросила я.

– Ты сейчас была похожа на волка, который нашел свою добычу, – задумчиво произнёс он.

– Или на кошку, готовую атаковать, – добавила Хена. – В любом случае это было жутко.

К подтверждению своих слов она даже передёрнула плечами.

– Но и одновременно с этим прекрасно, – с лёгкой ухмылкой сказал парень, чем, судя по тому, как нахмурилась Хена – обидел её.

***

Остаток учебного дня прошел вполне спокойно. На основах зельеварения мы изучали свойства различные зелий, настоек, сывороток и других жидких магических субстанций, а также способы их приготовлений и различные особенности входящие в их состав. Однако нас предупредили, что этот предмет очень опасен, ведь любая ошибка может стоить нам жизни или здоровья. Как говорил магистр Хекри Менсон — преподаватель данного предмета: «наука приготовления волшебных зелий и снадобий — это очень точная и очень тонкая наука. Зельеварение очень тесно связано с такими науками, как Целительство и Магические Существа».

Так я узнала, что многие древние травники передавали свои знания устно, из поколения в поколение, поэтому магические историки упоминают о них вскользь. Так, например, нет данных, какие именно зелья варили древние пифии. Известно лишь только то, что они были достаточно сведущими в области целительства и вызывания определенного вида транса с помощью зелий. Также магические историки выяснили, что многие из используемых жрицами растений были ядовиты, что нередко вызывало смерть жриц и, как следствие, опять-таки утрату магических знаний в этой области.

Помимо этого мы изучали, что в составы различных зелий могут входить не только магические животные и редкие травы, но и минералы, семян и части птиц и животных. И зелья могут быть разные. Могут быть жидкими, твердыми, порошкообразными, астральными и на жировой основе.

И всё это мы записывали в свои пергаменты. Довольно познавательная была пара, а кабинет не такой, как другие — он был затемнённым и без парт. Там стояли котлы, а рядом с ними стулья. Так что, всё это нам приходилось записывать, положив пергаменты себе на колени. Позади котлов, кстати, стояли шкафы с разными травами и склянками, в которых находилась какая-то жидкость. Единственное, что не отличалось от других учебных кабинетов — это рабочий стол преподавателя и доска за ним.

Затем наступила последняя пара — по тёмной магии. Там уже магистр Логан Ройал — преподаватель тёмной магии и по совместительству декан академии, вещал о том, какие бывают оборотни, вампиры, и об истории их существования. Оказывается, оборотни произошли от древнего проклятия на крови, которое невозможно снять, а вампиры породились с помощью темного колдовства бессмертия. Однако, на так хорошо знакомый мне клан Лаусан, такое колдовство повлияло несколько иначе. У вампиров из моего клана кожа тёплая, они могут гореть на солнце, и убить их можно либо засадив осиновый кол в грудь, либо вырвав сердце. Тогда как кожа вампиров клана Лаусан холодна, и на солнце они не горят, а сверкают в самом прямом смысле. А убить их ещё сложнее. Ведь, чтобы убить одного из таких вампиров, нужно разорвать его тело на части и предать огню. Так же нам нужно самостоятельно изучить более подробную информацию о таких вампирах. В учебнике этой информации нет, поэтому нужно будет искать её в библиотеке.

Магистр хоть и не называл клан, к которому принадлежат такие вампиры, однако, что-то мне подсказывало, что это ему известно.

Придя на ужин, я надеялась выловить Элифаса, но его не было. Ни в академии я его не видела, ни в столовой, ни на улице. Он словно сквозь землю провалился.

В итоге поужинав, я отправилась в свою комнату, собрала учебные предметы на завтра и легла в постель. Нужно бы на выходных съездить в город, прикупить в магической лавке некоторые предметы, чтобы осуществить свою маленькую месть этой рыжей стерве.

Глава 11

Сегодня я чуть не проспала. Сама удивляюсь, как умудрилась не услышать такой громкий утренний звук, похожий на рёв сирены. Так что, не успев позавтракать, я всем возможным человеческим бегом помчалась на пару по основам артефакторики.

Пробежав по лестнице на второй этаж, я резко врезалась во что-то твердое, не успев вовремя остановится. Подняв глаза, я поняла, что это «что-то» на самом деле был магистр Логан – наш декан и, наверное, единственный взрослый мужчина, по которому сохнет девяносто восемь процентов девушек нашей академии – широкоплечий, высокий мужчина лет тридцати, с длинными до плеч черными волосами, завязанными в хвостик, такого же цвета глазами, тонкими губами и острыми скулами. Вчера практически вся женская часть нашего курса влюбленно восхищалась магистром. Почему практически? Потому что я и Хена в эту часть не входили. Хена, потому что она влюблена в Кайуса. А я… ну, наверное, потому что это я. Нет, мужчина он, конечно, довольно симпатичный, но не мой типаж.

– Куда-то торопитесь, леди? – словно с издёвкой спросил он, ухмыляясь одним уголком губ.

– Простите, магистр, – я покорно опустила голову. – Я на пару опаздываю.

– У Сабины, насколько я знаю, никогда не было родственников, – он всё ещё смотрел на меня и сжимал своими большими руками мои узкие плечи. Я подняла голову, и от его взгляда сделалось жутко. Было такое ощущение, словно этот мужчина смотрел в самую суть меня. – Да и внешне вы не похожи, но вот магия у вас схожая.

– На что вы намекаете, магистр Логан? – я свела брови от недовольства.

– Я не намекаю, адептка Кожушко, – сладким тоном пропел он. – Я говорю прямо – что-то в этой истории нечисто, и я обязательно узнаю что.

– Узнавайте, – я резко стряхнула с себя его руки. – А я на пару опаздываю.

Влетела в кабинет я вместе со звонком. Найдя глазами Хену, я села рядом с ней, и сразу началась лекция.

– Доброе утро, первокурсники, – огласил кабинет мужской голос. Молодой паренёк, на вид лет двадцати пяти, стоял за рабочим столом преподавателя. Он был худым, но одновременно с этим подтянутым. Его пепельного цвета волосы были слегка растрепаны, а бирюзового оттенка глаза обрамляли очки с роговыми оправами. – Меня зовут магистр Андрэс Уэльс, и я буду у вас вести артефакторику.

– Такой молодой, и уже магистр, – удивлённо прошептала мне Хена. – Кстати, почему тебя не было на завтраке?

– Я проспала, – так же шепотом ответила я.

– Кто мне скажет, что такое артефакторика? – тем временем продолжал магистр. – Адептка Кожушко, может вы?

– Артефакторика – это магическая наука создания артефактов, – уверенно ответила я.

– Верно, – удовлетворённо улыбнулся преподаватель и продолжил лекцию, меряя шагами кабинет. – Артефакторы используют заклинания для добавления предмету новых, не имеющихся в нем ранее, магических свойств. Важно помнить – артефактом может быть только неживой объект. По-настоящему умелые артефакторы ценятся в нашем мире так же высоко, как и талантливые целители. Только с той разницей, что зарабатывают они, зачастую, больше. Важным правилом также является наличие нужного умения артефактора для зачарования предмета. Любое зачарование выглядит следующим образом, которое мы с вами сейчас запишем: «Уровень артефакторики (отвечающий за, так называемое, «открытие ядра») + уровень того раздела умений, к которому причислено необходимое заклинание».

– А что такое ядро, магистр Андрэс? – подняв руку, спросила Хена.

– Хороший вопрос, адептка Янг, – Хена аж раскраснелась от такой похвалы. – У каждого неживого объекта есть ядро. Если просто наложить заклинание левитации на книгу, она взлетит ровно на то время, пока заклинание будет поддерживаться магом, который его использует. Однако, если артефактор вложит чары левитации в само ядро книги, определив левитацию как её новое свойство, книга будет летать постоянно или будет действовать в соответствии с той моделью поведения, которую задаст ему артефактор. Вне зависимости от того, кто являлся поставщиком основных сил, модель поведения артефакта задается тем, кто открывает ядро объекта. То есть, если артефактор хочет создать, к примеру, портключ, ему понадобится не только высокий уровень в артефакторике, но и уровень магии пространства. По этой причине артефакторы часто объединяются в коллегии между собой или с отдельными специалистами-колдунами, чтобы создавать поистине легендарные артефакты…