Самигуллин Руслан – Гонка героев (страница 44)

– Оно самое, и Милен был нашим идейным лидером, можно даже сказать вдохновителем, ровно до того, как такие как вы упекли его за решётку.

– Уроды, – чуть слышно согласился один из охранников.

Монах поведал Артуру о том, что у них уже на протяжении нескольких лет готовился план по свержению режима. Вначале это было простой идей развития и организации оппозиции, высказывающей своё мнение и участвующей в выборах. Вскоре начались гонения и преследования всех лидеров движения. Выборы на все уровни вертикали власти оказались куплены и нагло фальсифицировались. Верхушка подчинялась только самим себе и своим алчным желаниям. Бесконечные обещания, доносившиеся с голубых экранов, поначалу приносили плоды, а когда закончилось их влияние, на смену пришёл жёсткий диктаторский режим и волна насилия.

– Но мы не сдались, – продолжал Монах, – несмотря на страх, остались ещё те, кто разделял наши взгляды. Десятки, а потом и сотни людей, уверовавших в победу, помогали разносить информацию. Люди выходили на демонстрации, выставляли пикеты. Многих задерживали. Без суда и следствия бросали гнить в тюрьме на долгие годы. Спустя ещё какое-то время начались убийства верхушки, составляющей костяк сопротивления. Именно тогда мы и поняли, что это уже самая настоящая война, а на войне все средства хороши. Тогда Милен ушёл в подполье, забрав часть людей.

– Кстати, этот бункер нашёл именно он, – подчеркнул Монах.

Артур до сих пор не мог поверить, что этот чернокожий парень, напоминающий с виду обычного потрёпанного жизнью бродягу, в действительности является лидером целого подполья сепаратистов и фанатиков. Только сейчас Артур смог сопоставить не дюжие способности и навыки, не раз демонстрируемые им.

– Когда закончились все законные способы, – продолжил Монах, – мы перешли к более радикальным методам. По всему городу мы старались взламывать вышки мобильных сетей и интернета. Проникали всюду, куда только могли дотянуться. Рано или поздно это должно было нам помочь. Мы будем транслировать правду об убийствах наших братьев, о чудовищных преступлениях, направленных против своего же народа. А гонка нам в этом поможет. Как раз в финале, когда миллионы людей будут сидеть перед своими головизорами и пялиться в коммуникаторы, мы запустим вирус, а сами возьмём штурмом Кремль.

– И, разумеется, вы хотите, чтобы я помог вам? А что тогда делать с моим прошлым? – поинтересовался Артур, – как мне доказать свою невиновность?

– Ха-ха, дорогой друг, – усмехнулся Монах, – неужели ты думаешь, что мы кучка оборванцев и обывателей? Мы всё предусмотрели. Считай, это аванс за твои услуги, – он взял со стола небольшой кусочек пластика, напоминающий миниатюрный накопитель данных, и протянул его Артуру.

– Что это?

– Одному из моих людей всё же удалось восстановить кое–какую информацию о тебе. Именно благодаря этому ты и находишься сейчас тут. Я не повторю ошибку полицейского департамента и не откажусь от услуг столь ценного сотрудника. Можешь забрать её, но взамен ты должен будешь сделать кое-что для меня.

– Помочь разнести Кремль в труху? – усмехнулся Артур, – или как обычно пообещать убить Президента? Или у вас есть для меня ещё более грандиозные задания?

– Я знал, ты парень не промах, – захохотал Монах, – именно этого я и хочу…

Его план был сродни бредовой идеи Ким, но он хоть как-то уточнял детали предстоящего самоубийства. По крайней мере, с этими ребятами шансы немного возрастали.

– Но зачем вам я?

– Ты герой гонки, пока жив ты, гонка будет продолжаться, к тому же, с помощью тебя мы сможем наконец-то найти Милена.

Монах пристально уставился на Артура в ожидании ответа.

– Ну и что ты решил?

– А что, если мне просто удастся победить в гонке? Что, если мне заплатят, и я просто уеду отсюда навсегда, забрав жену и деньги? Почему вы решили, что я захочу вам помочь вместо того, чтобы нежится на пляжах на каком–нибудь тропическом острове?

– А с чего ты решил, что тебе заплатят, не говоря о том, что сможешь выиграть саму гонку?

– Это уже удавалось тем, кто был до меня. Вдруг и мне улыбнётся удача.

– Ты серьёзно думаешь, что кому-то удалось выиграть гонку и уйти живым? – в голос захохотал Монах, и все охранники поддержали его своим басом.

Монах жестом махнул одному из своих людей, и тот передал ему несколько фотографий.

– Вот, взгляни, что скажешь?

В начале Артур не мог даже примерно разобрать, что на фото были изображены люди. Точнее, то, что осталось от них. Фотографии морга и изуродованных тел были настолько отвратительны, что он уже было хотел вернуть их обратно, пока взгляд не скользнул на таблички, висевшие рядом с телами. На жестяных кусочках металла были выгравированы всем знакомые имена и фамилии: «Сапсковская Алина (Беатрис Сапсковская)» и «Иван Радаев (Дикий Иван)».

Уловив непонимание в глазах Артура, Монах тут же прокомментировал очевидное:

– Да-да это именно то, что ты думаешь, можешь не сомневаться, фото настоящие.

– Какого чёрта? – вновь и вновь перечитывая упрямые буквы, произнёс Артур.

– В этом шоу нет победителей, так что, либо ты присоединяешься к нам, либо можешь идти подыхать. Выбор, как говориться, за тобой.

– Чем же вы лучше, если сами идёте убивать?

– Клин можно выбить только клином, к сожалению, иных вариантов больше не осталось. Так что решать тебе.

Артур колебался. Обе чаши весов были ниже того человеческого минимума, за который невозможно было переступить. По крайней мере, ровно до того момента, пока он не оказался облачён в этот костюм участника гонки.

– Ваше предложение не хуже и не лучше смерти от пули охотника, но, если я соглашусь, взамен вы должны помочь спасти мою жену, – твёрдо произнёс Артур, – пусть и бывшую, пусть и не любившую меня, но я не брошу её.

– Хм, думаю, если нам всё удастся, то это будет самый великий день в истории Новой России, – он протянул руку.

Артур молча пожал её своей металлической рукой. Речи этого человека были, безусловно, правильные. Цели абсолютно ясны и понятны, однако нечто в нём продолжало отталкивать и настораживать. С другой стороны, не воспользоваться подобным шансом было бы верхом глупости.

_______________________

Накал страстей на улицах города возрастал с каждым часом. Несколько пикетчиков были хладнокровно застрелены прямо у главных ворот Кремля. К центру города продолжали стягиваться силы полиции и национальной гвардии. А тем временем шоу продолжалось. Кельт как ни в чём не бывало вещал со цены своей студии новости последнего этапа грандиозного шоу.

– Вы только посмотрите на них, – звонко голосил Кельт, пока на экране мелькали повторы самых зрелищных моментов гонки, – сколько в них страсти, эмоций, желания жить. Сколько погубленных душ на их совести, и взгляните, какова цена расплаты. Сколько ещё людей погибнет, не знает никто, – словно сопереживая негодование, вещал ведущий, – сколько ещё тяжб выльется на плечи несчастных? – на фоне одного из прожекторов на лице Кельта заблестела слезинка.

Давно отработанный приём был сыгран на ура, и публика вновь немного ожила, а кое-где даже раздались жидкие аплодисменты.

– Только все вместе, взявшись за руки, – Кельт поднял вверх свои руки, – мы сможем довести наших героев к искуплению за все грехи.

– Где они? Что за херню вы нам тут лечите? – раздавались крики в зале, и людей, осмелившихся выразить недовольство, тут-же выводила охрана, которой стало значительно больше.

Огромные мониторы вновь вывели картинку с дронов, что на всех парах следовали за одиноким флаером, пытающимся прорваться сквозь заслоны. Все подступы на подъездах к новой Москве были перекрыты вооружёнными патрулями. Тяжёлая техника вглядывалась в небо стволами своих орудий, дабы не пропустить нужного момента.

За флаером неслись несколько перехватчиков, изо всех сил старающихся не отставать от юркой машины. Всполохи одиночных выстрелов раздавались позади. Яркие заряды, похожие на крошечные салюты тут и там разрывались смертоносными вспышками. Мастерству водителя можно было только позавидовать. Ни один из существующих автопилотов не был способен на подобные манёвры и молниеносную реакцию. Даже плотный зенитный обстрел приближающейся машины не мог её остановить. Она рвалась к Москве, она рвалась к жизни. На свете нет ничего сильнее тяги человека к выживанию.

Зенитный огонь был настолько плотный, что вскоре машины преследователей охватило пламя, и они подобно горящим фениксам понеслись к земле, не оставляя экипажам шансов на выживание. На горизонте уже начали возникать чёрные туши огромных зданий спальных районов. Казалось, вот-вот удастся прорваться, но, к сожалению, ни одна сила не способна тягаться с прямыми попаданиями тяжёлых снарядов. Вскоре флаер героев тоже оказался окутан ярким пламенем. Системы контроля полёта отказывали одна за другой. Машина потеряла скорость и со всего размаха снесла небольшую рощу хаотично растущих берёз.

Судя по переломанным стволам деревьев, сила удара была высока, однако именно они позволили хоть немного смягчить падение. Двери машины поползли вверх. Огонь уже охватил половину салона. С низколетящего дрона было видно, как оставшийся невредимым пассажир с трудом достаёт раненного водителя. Выбравшись наружу, они вместе бросились бежать.