Самигуллин Руслан – Гонка героев (страница 33)

– Разумеется, разумеется, – с заговорщической улыбкой пробормотал Тарас, – к сожалению, оружия не столько, сколько хотелось, но у меня есть план…

– План? – вдруг резко, закашляв от дыма, спросил Милен.

– Да, я уже давно вынашивал одну идею, но раньше она казалась чистой воды самоубийством, но сейчас…

– Звучит очень мило и многообещающе, – с ехидством заметила Ким.

– Склады вооружения в старой воинской части, она как раз находится в двадцати километрах от нашей следующей остановки. Если мне не изменяет память, там ещё должны храниться запасы вооружения для резервистов на случай новых боевых действий или чего хуже нового восстания. Конечно, там не будет крутых пушек и подобной дребедени, – он указал на рукоять плазменного пистолета, торчащего из-под ремня Ким, – но зато старых добрых автоматов бессмертного Михаила Калашникова там хватит, чтобы вооружить целую дивизию.

– Это слишком опасно, – заявил Артур, – на кону жизнь моей жены, я не могу так рисковать.

– Опасно! – взвизгнул Милен, – да тут всё опасно, как ты не поймёшь? – С этим арсеналом мы сможем победить, понимаешь?!

– Победить кого? – раздражённо рявкнул Артур, – ты правда думаешь, что горстка таких как мы сможет прорваться в город, убить президента, победить в гонке и создать рай на земле?

– Убить президента? – задумчиво повторил Тарас.

– Я по крайней мере верю в то, что мы можем попытаться, а не бегать словно зашуганные крысы в ожидании смерти! – Милен с несвойственной ему серьёзностью бросил пылающий взгляд на Артура, – и я не отступлю, даже ради твоей жены.

– Не трогай её! – грубо ответил Артур и встал на ноги.

– Тогда не будь трусом! – не менее грубо парировал Милен и тоже вскочил на ноги.

– Один человек не решает, мы будем голосовать, – вмешалась Ким, понимая, что назревает драка.

– Я за склады! – демонстративно громко высказался Милен.

– Мы тоже, – буркнули сидящие рядом мужики из команды Тараса, – в любом случает терять уже нечего, так что зададим им жару.

– А вы? – она обратилась к трём героям гонки, до этого молча сидевшим в противоположном углу, – вы так и будете сидеть тут, пока не сдохните от яда или вас не загонят в угол кровожадные любители лёгкой наживы?

– Да, я смотрю, вы уже и так всё за нас решили, – поднимаясь, произнёс мужчина вороватой наружности, – нахера вам наше мнение, если от него ничего не зависит?

Его глаза сверкнули в такт пронёсшемуся за окном фонарному столбу, тускло освещающему полотно железнодорожных путей.

– Мы ищем соратников, а не врагов, – ответила ему Ким, – и мнение каждого из нашей команды важно.

– Нашей команды? – прохрипел мужчина и, выйдя наконец из тени, медленно подошёл к Ким, – с каких это пор мы стали командой, девочка?

Он положил руку ей на шею. Неприятный запах изо рта, сразу же ударил в нос девушке. Развитая мускулатура, пронзительный похотливый взгляд и наколотые на пальцах перстни всецело подчёркивали происхождение и образ жизни этого человека. Сказать, что он не понравился Ким, было бы слишком просто. Она ненавидела таких как он, именно они в своё время и сделали из неё то, кем она сейчас является.

– Если уж мы так быстро сблизились, дорогуша, тогда может сделаешь мне приятное, мой сладкий командир, – он без колебаний сунул руку Ким себе в штаны.

Однако вместо приятных ощущений почувствовал такую боль, которая в буквальном смысле скрутила его пополам. Там, где должна была быть нежная бархатная рука девушки, виднелся носок её ботинка, с неимоверной силой остановившийся о гендерное различие между ними.

– Никто и никогда не заставит меня больше этого делать, – сквозь зубы зло прошипела девушка и со всего размаха вновь ударила его в пах.

– Ах ты, сука, – катаясь по полу и брызжа слюнями, хрипел мужчина.

– Знаешь чё, а я, наверное, с вами пойду, – вдруг заявил молодой татуированный парень, – кстати, я Кирилл, он протянул Ким свою ладонь.

Улыбнувшись, она пожала её.

– Оксана, ты с нами? – спросил Кирилл, обращаясь к молодой девушке, продолжавшей сидеть в углу.

Она молча кивнула, скорее, от безысходности, нежели от разумного согласия. Кирилл беззаботно улыбнулся. Несмотря на свой внешний вид закоренелого хулигана, он оказался здравым парнем, по крайней мере так показалось Ким, хотя симпатия к мужчинам откровенно не её конёк.

– Это лучше, чем быть просто скотом, готовящимся на убой, правда? – иронично подметил Кирилл, обратившись к лежащему на полу товарищу, – а так мы хоть заберём с собой побольше этих гадов!

– Вот и отлично, – подытожила Ким, – значит мы всё решили, – она скользнула взглядом по недовольному лицу Артура.

– Ну, сука, теперь ходи оглядывайся, – держась за пах и еле как поднимаясь на ноги, бурчал мужчина.

– Тебя как звать–то? – обратился к нему Милен.

– Пошёл ты, – огрызнулся тот и вновь ушёл в дальний край вагона.

– У него нет имени, – тихо прошептал на ухо Кирилл, – мы зовём его Бык.

– Бык, говоришь, – нахмурив брови, повторил Милен, словно пытаясь вспомнить, где мог раньше видеть этого парня, – ну, Бык так Бык.

– Сколько до прибытия? – спросил Артур, сверяясь со своими часами.

– Если всё будет хорошо и на пути не возникнет каких–либо препятствий, если сами пути до сих пор в нормальном состоянии, то при скорости в девяносто километров в час нам понадобится около двух с половиной часов.

– Но они же будут нас там ждать! – заметил один из людей Тараса, – за нами же следует эта херовина, – он указал в сторону беспилотника.

– Это всего лишь шоу, пусть смотрят, вот удивятся эти сволочи, когда в экранах своих же телевизоров увидят, как я перерезаю им глотки! – буркнул Тарас и направился в кабину локомотива.

_______________________

Вагон покачивался из стороны в сторону, а стук металлических колёс поезда убаюкивал не хуже колыбельной, которую вряд ли кто-нибудь из пассажиров поезда слышал в давно забытом детстве. Сон нахлынул столь стремительно, что незаметно разрушил границу реальности и внутреннего мира. Артуру казалось, что он идёт по пустым улицам в самом центре Новой Москвы. Всё выглядело абсолютно естественно и натурально. Те же свинцовые тучи, висящие над шпилями огромных небоскрёбов, те же грязные улицы, ведущие во все стороны на обоих берегах Москвы-реки. Мерзкий дождь, даже он был абсолютно настоящим. Тело пронзал холодный ветер, чьи порывы многократно усиливались, попадая в бесконечные устья зданий, раскинутых по бокам магистралей и проспектов. Вокруг не было ни единой живой души, никого, кто бы мог ответить Артуру на его вопросы. Как он сюда попал? Почему и, главное, как ему удалось выжить? Где все?

До слуха донёсся звонкий детский смех. Он был удивительно знаком и от этого пугал ещё больше, пробираясь до глубины души. Конечно же, это был его собственный смех. Он почувствовал, будто бы его взяли за руки. Оглядевшись, он увидел своих родителей. Именно их ладони удерживали его по обоим сторонам, ведя по солнечной улице, заполненной счастливыми людьми. Счастливы ли они были, на самом деле Артур не знал, но того чувства спокойствия и своего внутреннего счастья хватало на то, чтобы весь мир заблестел ярчайшими красками. Вместо серой пелены небо сверкало бездонной синевой, свойственной лишь короткому периоду летнего зноя. Ни малейшего ветерка, ни капли дождя не чувствовалось, наоборот, тепло окружило сердце, а за ним и весь мир.

Родители молча вели его навстречу чему-то прекрасному. В этом Артур не сомневался ни на мгновение. Папа и мама были точно такими же, какими он их запомнил. Неряшливые оправы очков свисали с носа его отца, а у мамы на шее, как всегда, был завязан её любимый сиреневый платок, прекрасно сочетающийся с платьем, которое она надевала по праздникам или когда они ходили к кому-нибудь в гости. Широченные проспекты были до отказа забиты гудящими и постоянно торопящимися по своим делам автомобилями. Справа от них виднелась детская площадка. Та самая, на которой Артур веселился и играл в почти забытом детстве, с друзьями, которые давно ушли из его памяти.

Мир был совершенно иным, по-своему прекрасным, но в тоже время чувствовалось нечто пугающее. Безусловно, детские страхи являются совершенно обыкновенным и свойственным каждому человеку. Но сейчас это чувство было иным, во всех отношениях чуждым детскому восприятию.

Безмятежность улицы вдруг перестала быть такой спокойной. Вдалеке послышались крики людей. Отголоски далёких выстрелов. Артур почувствовал, что его ладони уже не сжимают заботливые руки родителей. Страх и паника овладели детским разумом. Но был ли он таким детским? Или же это всё не более, чем дымка томительного забытья, в которое окунулось воспалённое сознание?

Вместо небесной синевы и яркого солнца над головой вновь сгустились хмурые тучи, изрыгающие бесконечный осенний дождь. На удивление вместо холода пришло обжигающее тепло. Оно не грело, а выжигало всё вокруг. Тело обволакивал адский жар. Дождевые капли не успевали долетать до земли, превращаясь в пар.

Проспект вновь опустел. Лишь только плавящиеся остовы автомобилей навсегда остались тлеть на улицах бесконечного мегаполиса. Игрушечных лошадок, что стояли на детской площадке, поглотил огонь. Ярко-алые языки беспощадного пламени перекинулись и поглотили качели, на которых ещё мгновение назад радостно играли дети. Адское пламя, раздуваемое сильными порывами ветра, пожирало всё вокруг. Весь мир вокруг Артура утопал в огне преисподней.