Саманта Тоул – Жажда скорости (страница 83)
– Скажите, что это не он! – кричу я снова.
– Энди, все в порядке. – Это Бен. Он идет ко мне. – Это не Каррик. С ним все в порядке.
Я практически падаю от облегчения. Оно колоссальное. Никогда прежде не чувствовала ничего похожего.
– Не он? – Я не дышу. Прижимаю руку к груди в попытке угомонить колотящееся сердце.
– Нет. Он в порядке. В полном порядке. – Бен кладет свои руки мне на плечи, даря поддержку.
– Слава богу. – Я поднимаю глаза на него. – Тогда кто?
Его взгляд мутнеет, и внутри меня все опадает.
– Леандро Сильва.
– О боже, нет. Как… он?
Бен медленно качает головой.
– Пока еще никто не знает. Они пытаются вытащить его из болида. Медики с ним… но все выглядит паршиво.
Я ненавижу его за то, что он отбирает у нас великолепных мужчин, но люблю мужчину, который обожает это занятие до невозможности.
Я поднимаю взгляд, чтобы увидеть идущего к нам Оуэна.
– Они остановили гонку, – говорит Оуэн Бену.
На лице Бена я вижу шок, который затем отражается и на моем лице.
Все должно быть действительно плохо, чтобы гонку остановили.
– Им нужно очистить трассу от обломков. Они вызывают вертолет, чтобы госпитализировать Леандро. Ему придется лежать на трассе, потому что они боятся рисковать, передвигая его.
– Гонка… когда ее перезапустят? – спрашиваю я Оуэна.
Он бросает на меня быстрый взгляд и снова смотрит на Бена.
– Гонки не будет. Они ее остановили, принося дань уважения. Это родная страна Леандро. Было бы неправильно начинать ее… пока не будет понятно, выживет ли он.
В желудке образовывается пустота. Прекращение гонки – довольно редкое событие.
Я знаю только пару таких случаев, и один из них произошел в день смерти моего отца.
Я знаю, через что они проходят, потому что пережила то же самое. Мое сердце начинает болеть за них.
Но еще чувствую себя паршиво из-за чувства вины. Потому что, несмотря на переживания за Леандро и его семью, я испытала облегчение, узнав, что это не Каррика забирают на вертолете.
– Каррик скоро будет, так что подготовь команду, – обращается Оуэн к Бену.
– Будет сделано. – Бен идет на другую сторону бокса, выглядя мрачным.
Когда случается что-то вроде этого… даже если не с тобой, ты чувствуешь это.
– Итак, ты приехала.
Я обращаю взгляд на Оуэна.
– Вы не думали, что я смогу?
– Надеялся, ради Каррика. Веришь ты или нет, Энди, но я не знаю всего.
Прежде чем отправиться к столу, за которым сидит дядя Джон, я посылаю Оуэну полуулыбку. Он говорит в микрофон, вероятно, с Карриком, но смотрит на меня и мягко улыбается. В его глазах тень грусти, и я знаю, что сейчас он, должно быть, думает о моем отце.
Когда я слышу рев мотора подъезжающего к пит-стопу болида Каррика, мои ноги начинают трястись, а сердце колотится с двойной силой. Не уверена, почему я все еще стою.
Я чувствую отдачу сердца в руках, словно оно готово вручить себя ему сейчас же. Надеюсь, он не выбросит его… меня. Потому что после того, как я обращалась с ним, я не заслуживаю и меньшего.
Я наблюдаю за тем, как Бен снимает блокировку с руля и вытаскивает его из болида. Затем, когда Каррик вылезает из кокпита, я почти уверена, что меня вот-вот вырвет. Желудок бунтует. Руки дрожат. Я прижимаю их к телу.
Каррик стоит ко мне спиной. Он еще не видит меня. Я не могу пошевелиться. Застыла на месте.
Он снимает шлем, потом балаклаву, рукой проводит по влажным волосам и взъерошивает их. От этого я изнываю от желания прикоснуться к нему.
Затем он поворачивается, и наши взгляды встречаются. В его глазах я вижу отражение шока.
Я томлюсь целую вечность – в реальности всего одну секунду – в ожидании его реакции.
И не получаю ничего.
Когда первоначальный шок проходит, в его глазах исчезает любое проявление чувств. Он просто стоит, смотрит на меня и ждет.
Как только я начинаю идти к нему, всё и все вокруг исчезают, остается только он. Всегда был только он. С того самого момента, как я увидела его в «Райбелл», перед моим взором и в голове был только он. Не отрывая взгляда от меня, он кладет шлем в болид.
Я не останавливаюсь до тех пор, пока не оставляю между нами расстояние с один шаг. Теперь я стою перед ним. От нервов тело трясет и колотит, а мысли путаются так, словно я нахожусь в блендере.
– Привет. – Мой голос тихий, а оттого, что я вижу его так близко, но понимаю, что он от меня так далеко, меня подавляет эмоциональный груз. Глаза наполняются слезами. Я моргаю, и одна слезинка выкатывается из уголка моего глаза. Я быстро вытираю ее пальцем.
Я вижу, как он следит за моими движениями, прежде чем вернуть свой взгляд к моим глазам, но по-прежнему не говорит ни слова.
Смотрит на меня настороженно. А потом за всей этой осторожностью я вижу крошечную искру, заставляющую меня почувствовать себя немного лучше.
Делаю вдох, набираясь уверенности, и разлепляю пересохшие губы.
– Ты в порядке? – Я хочу убедиться, что он нормально себя чувствует после того, что случилось на трассе с Леандро. Это на первом месте, и только потом уже наши проблемы.
– Не уверен.
– Почему?
– Потому что не знаю, почему ты здесь.
Я выдыхаю, готовя себя.
– Я здесь, потому что… я хотела… нет, мне было
Отводя взгляд, я делаю очередной глубокий вдох, снова смотрю на него, глазами пытаясь обрисовать все, что чувствую к нему.
– Я пришла потому, что мне нужно было сказать тебе, что… я люблю тебя. И я жалею. И люблю тебя.
На его лице непроницаемое выражение.
– Жалеешь о чем? Что любишь меня?
– Нет! – тороплюсь я сказать. – Жалею обо всем… что оставила тебя. Я бы никогда не пожалела о том, что люблю тебя. Ты лучшее, что со мной случалось.
Его глаза и лицо по-прежнему не выражают абсолютно ничего, и я знаю, что моих слов недостаточно. Мне нужно дать ему больше, сказать больше. Вот только я не знаю, что говорить.
В горле растет ком, когда отчаяние охватывает большую часть меня, и я разражаюсь слезами. Плевать, что сейчас вокруг нас люди. Меня волнует только то, что я разрушаю последнюю возможность быть с ним.