Саманта Тоул – Жажда скорости (страница 75)

Он пересекает расстояние между нами. Теплыми руками скользит по моим предплечьям и сжимает плечи.

– Беспокоишься из-за завтрашней гонки?

– Немного.

Так сильно, что едва могу дышать. Я не могу посмотреть ему в лицо, опасаясь, что он увидит правду в моих глазах.

Беря мое лицо в свои руки, он отклоняет мою голову назад, вынуждая посмотреть на него.

– Все будет в порядке. – Он доносит смысл фразы решительным взглядом. – Со мной все будет в порядке. – И прижимается к моим губам утешающим поцелуем.

Я чувствую выступающие слезы. Останавливая их, я обнимаю его за шею и крепко держу.

– Прости, что разбудила тебя, – бормочу я напротив его рта.

Он отклоняется.

– Не разбудила. Меня разбудило холодное пустое место в постели, где должна была лежать ты. Мне не нравится тянуться к тебе и не находить тебя.

– Прости. Возвращайся в кровать. Тебе нужно отдохнуть перед завтрашним днем. Я приду через пару минут.

– Нет, мне нужна ты. – Его руки скользят на мою спину. Сдвигая трусики грубыми пальцами, ладонями он хватает мои голые ягодицы и снова завладевает моим ртом, но в этот раз напористее.

Я знаю, чего он хочет. Я тоже этого хочу. Я всегда хочу его. И в последнее время даже сильнее и отчаяннее из страха, что каждый раз может быть последним.

Тело Каррика прижимает меня к стеклу. Когда поцелуй становится глубже, я чувствую упирающуюся в мой живот эрекцию, посылающую пронизывающие меня сверкающие молнии желания.

Он отрывается от моего рта и стягивает с меня трусики. Прижимает меня спиной к беспощадно холодящему кожу окну. Большим пальцем трет мой сосок, заставляя меня задыхаться и стонать ему в рот.

Затем поцелуями он движется ниже, к подбородку, шее, груди; прежде, чем опуститься на колени, он запечатлевает поцелуи на каждой вершине. Смотря на меня в темноте, он рукой скользит под мое бедро. Приподнимая мою ногу, он располагает ее на своем плече. Разделяя мои складки пальцами, он прижимается ко мне ртом.

Когда его горячий язык упивается мной, я с тяжелым вдохом погружаюсь в его волосы пальцами. Я смотрю вниз, на его голову между моих ног, на него, ублажающего меня, и теснее прижимаюсь к его рту.

Я люблю его. До боли. И не могу сказать ему. Потому что если скажу, то все станет реальным, и если я потеряю его…

Все становится слишком сложным, чтобы выносить это.

Я закрываю глаза на страх, любовь и смятение и фокусируюсь на ощущениях, что он дарит мне прямо сейчас. Он предлагает мне бегство на небеса.

Затем его язык касается меня в нужном месте, и я разлетаюсь на кусочки у его рта.

Он поднимается на ноги без единого слова. Пальцами я вцепляюсь в резинку его пижамных штанов. Я тяну их вниз по бедрам, давая им упасть на пол.

Он делает шаг, переступая через штаны, и пинает их в сторону. Приподнимая мои ноги, он оборачивает их вокруг своих бедер. Затем скользит вперед, толкаясь в меня.

– Каррик… – бормочу я, сдавливая его плечи руками, когда откидываю голову назад, к стеклу.

Не отрывая взгляда, он целует меня практически отчаянно, переплетая свой язык с моим, и берет меня прямо там, где каждый может увидеть нас.

Сам секс чувственный и проникновенный… невообразимо проникновенный. Мы не разговариваем. В окружающей нас тьме слышится лишь наше прерывистое дыхание.

Я дрожу, когда достигаю своего второго оргазма, и мое тело тесно сжимается вокруг его.

Когда он вдалбливается в меня и наполняет всем, чем обладает, с его губ рычанием срывается мое имя.

Запыхавшись, своим лбом он прижимается к моему, и его дыхание смешивается с моим.

– В моем будущем нет ни единого мгновения, в котором я не видел бы тебя. – Он произносит эти слова шепотом, пальцами запутываясь в моих волосах.

Я душу свои эмоции, неспособная говорить.

А даже если бы могла говорить, что бы я сказала? «Не планируй свою жизнь со мной. Да, я хочу этого, но не вижу ее так, как ты. Я борюсь изо дня в день, но не знаю, окажусь ли в конце концов достаточно сильной, чтобы остаться».

Я не могу.

И тогда, как истинная трусиха, я ничего не говорю и молчу о своей слабости. Обнимая его за шею, я прижимаюсь к нему лицом.

Приподнимая мои ноги, Каррик оборачивает их вокруг своей талии и относит меня обратно в постель.

Все еще находясь во мне, он нежно кладет меня на кровать и располагает свою голову у меня на груди, где и лежит всю оставшуюся ночь.

Глава двадцать пятая

Марина Бей, Сингапур

– Я должна быть там, проводить последние проверки.

– Малышка, расслабься, Бен и Робби уже сделали это. Болид в порядке. Он более чем готов. Здесь ты полезнее. – Он со спины обнимает меня за талию. Его подбородок покоится на моем плече, и он смотрит в окно перед нами. – Мне нравится перед гонкой быть с тобой. Ты мой новый предгоночный ритуал.

Его слова должны были подарить ощущение тепла и безопасности, но не вышло. Ничто не может пройти сквозь выстраивающуюся внутри меня стену страха.

Я пытаюсь скрыть от Каррика, что весь день вся на нервах. Не хочу сбить его концентрацию. Не хочу, чтобы он беспокоился обо мне. Я хочу, чтобы он сфокусировался на гонке.

Я весь день не могу есть. К тому же еле заснула ночью. Когда Каррик отнес меня в постель, я просто лежала и наблюдала за тем, как он спит на мне. Пока я пальцами зарывалась в его волосы, мое тело деревенело под его весом, но я не смела пошевелиться просто потому, что не хотела. Я боялась, что это могла быть моя последняя ночь с ним, и мне нужно было быть к нему близко настолько, насколько это возможно. Мне было необходимо обнимать его.

Я так страшилась того, что эта гонка отберет его у меня.

Я знаю, что нелогична. Но ничего не могу поделать. Это не поддается контролю.

Хотела бы я быть другой. Быть сильной ради него.

Когда все стало настолько плохо?

Когда я влюбилась в него.

Мои страхи возрастают, увеличиваются, словно монстр. И я еле сдерживаю порыв сказать ему, чтобы он не уходил. А оставался со мной навечно. И никогда не покидал меня.

Каждая следующая гонка переносится мной хуже предыдущей, и мне интересно, когда я достигну апогея, и если достигну, то смогу ли справиться с ситуацией. Сейчас она кажется едва терпимой.

Мне кажется, я на краю обрыва, смотрю вниз на скалистое дно и у меня нет другого выхода, кроме как упасть.

– Малышка… поговори со мной.

Мои мысли возвращаются к нему.

– О чем? – Я пытаюсь сделать голос ровным и спокойным.

– Почему ты замкнутая и твое тело напряжено, несмотря на то что я тебя обнимаю?

Я поворачиваю голову и смотрю на него.

– Просто я немного нервничаю… из-за гонки.

– Я уже говорил, что тебе не о чем беспокоиться. Ты сотни раз видела мои гонки.

– Вообще-то не сотни. И тогда ты не был самым важным человеком в моей жизни, – слова сами срываются с моих губ. Неправильно было говорить это, но по многим другим причинам именно эта фраза и была правильной.

Его глаза наполняются теплом и чувством ко мне, которое, я знаю, сильно. Только не знаю насколько.

Каррик не говорил, что любит меня.

И несмотря на то, что я хочу, чтобы он любил меня, часть меня – коротая трусит – не хочет этого. Если он любит, то это только усложнит все.

– Ты же знаешь, что это взаимно? Ты на первом месте моего списка… не то чтобы он был длинным. Ну, вообще-то, в нем только ты и мой отец.

Он улыбается, поворачивая меня в своих руках лицом к себе. Большим пальцем я провожу по уголку его улыбки, и он игриво ловит его зубами.

– Мне нравится, что ты переживаешь за меня, но ты же помнишь, кто я, верно? Я Каррик Райан, лучший гонщик в мире. Все эти гоночные передряги я знаю от и до, малышка. Я приду первым, и мы отпразднуем мою победу в постели, где я оттрахаю тебя всеми возможными способами.