Саманта Тоул – Жажда скорости (ЛП) (страница 69)
‒ Тебе не за что извиняться. Это мне нужно извиниться.
Он качает головой.
‒ Думаю, в последнее время мы оба, так или иначе, ошибались. Просто… Я не слишком хорошо справился с отказом. ‒ Он провел рукой по волосам, выглядя смущенно. ‒ Когда меня отшивают, я веду себя, как настоящий придурок.
‒ Знаю. Ты уже говорил мне это в Китае, помнишь?
‒ Ага, и тогда я тоже вел себя как придурок. Неудивительно, что ты не хочешь меня.
Я опускаю голову.
‒ Каррик… Я…
‒ Прости. Представь, что я не говорил этого и не казался самым большим, хреновым неудачником на планете. Вообще-то, можем ли мы забыть обо всем и начать сначала?
‒ Начать сначала? ‒ Я насупила брови.
‒ Да. Будто мы встретились впервые. Забыть обо всем, что было, и начать по новой.
‒ Ох. ‒ Я не хочу забывать ни одного момента, связанного с ним. Даже если они плохие. ‒ Зачем? ‒ спрашиваю я тихо.
Он делает еще один шаг ко мне. Расстояние между нами минимальное. Я могу чувствовать запах его лосьона после бритья… чувствовать его. Мое тело начинает изнемогать от жажды.
‒ Потому что я осознал, что предпочту, чтобы ты была в моей жизни… чем чтобы тебя не было совсем. ‒ Он выдыхает воздух, смотря на меня с надеждой. ‒ Так, что скажешь?
Даже несмотря на то, что его желание стереть наше прошлое, словно оно ничего не значит, причиняет мне жгучую боль, я знаю, что не имею права испытывать ее. И не могу отказаться от шанса вновь обрести его в своей жизни.
Я протягиваю руку.
‒ Привет, я Энди Амаро.
Он бросает взгляд на мою руку, улыбка затрагивает его глаза. Когда он пожимает мою руку, я чувствую знакомые искры, которые всегда возникают при его прикосновениях, но в этот раз я чувствую боль настолько глубоко, что она прожигает мои кости.
Каким-то образом я умудряюсь взять себя в руки.
‒ Каррик Райан, ‒ говорит он. ‒ Приятно познакомиться, Энди.
‒ Вообще-то, зови меня Андресса, ‒ улыбаюсь я. ‒ Парень, которого я знала, лучший парень на свете, всегда настаивал на том, чтобы называть меня полным именем.
В его взгляде появляется легкий блеск.
‒ Звучит так, словно он смышленый парень.
‒ Это так.
‒ Ладно, значит Андресса.
Забирая свою руку, он поворачивается к машине моего отца. Впервые присмотревшись к ней, он издает тихий свист.
‒ Ого, машина Уильяма Вульфа. Слышал о ней, но никогда не видел в реальности. Чертовски роскошная. Она еще на ходу? Ты знаешь?
‒ Не думаю. ‒ Я с грустью качаю головой. ‒ Они обычно убирают двигатели, чтобы оставлять их в первоначальном виде.
‒ Досадно. Такая машина должна быть на дороге.
‒ Знаю. Это такое расточительство— просто стоять без дела, не использоваться. Ему бы было это ненавистно.
Взгляд Каррика возвращается ко мне, в его глазах вопрос.
И я осознала, что ляпнула. Дерьмо.
‒ То есть, мне кажется, что ему было бы это ненавистно, потому что ни один гонщик не хотел бы видеть свою машину, стоящую без дела, не используемую по назначению, так ведь? ‒ Я занервничала, потому скрестила руки на груди.
‒ Так. ‒ Он возвращает взгляд на машину и пристально смотрит на нее. ‒ Это также твоя любимая машина, верно? Ягуар XK120 MRoadster.
Он вспомнил.
‒ Да, ‒ отвечаю я медленно.
‒ Хм-м-м, ‒ мычит он.
Хм-м-м. Что это значит?
Его взгляд застыл на машине, а я потихоньку начинала поддаваться панике. Обеспокоилась тем, что он может соединить детали воедино.
Так что я решила, что самое время для моего ухода, и, на самом деле, мне стоит оставить его с ней. Я не хочу, чтобы это зашло слишком далеко, разрушило почву, что мы только что обрели.
Отступая назад, я говорю:
‒ Что ж… Осмотрюсь вокруг. Здорово было повидаться… и, ну, ты знаешь, утрясти все. ‒ Я улыбаюсь. ‒ Думаю, увидимся позже.
‒ Андресса, ‒ зовет он меня.
Мое тело напряжено и стремится к нему.
Когда я разворачиваюсь, он уже движется ко мне.
‒ Ты… ‒ Он делает паузу, взъерошивая волосы рукой. Он выглядит нервничающим, что странно, потому что Каррик никогда не нервничает. ‒ Ты не против, если я пойду с тобой?
Я задерживаю дыхание, когда сердце подскакивает к горлу.
Я знаю, что сказала, будто не хочу заходить слишком далеко, но он спрашивает, может ли быть рядом со мной, и мы в совершенно иной обстановке.
‒ Конечно, не против. ‒ Я сжимаю губы в искренней улыбке и, когда вижу, как на его лице появляется выражение расслабленности и улыбка, свойственная только ему, то просто игнорирую бешеный стук моего сердца.
Глава 20
Я В СВОЕЙ КВАРТИРЕ, наконец-то дома. Мы вернулись на Гран-при Великобритании, который начнется через пару недель. В Англию мы прибыли вчера в полдень, и теперь у меня есть пять свободных от работы дней, прежде чем я вернусь к «Райбелл».
Четыре дня из пяти я собираюсь высыпаться. Все эти переезды, работа до поздней ночи и вечеринки довели меня.
Я видела Каррика в ночь накануне нашего возвращения домой. Я была в баре отеля. Петра уже ушла, а Каррик как раз вернулся в отель. Он увидел меня, подошел и присоединился, сев рядом, и мы выпивали в баре вместе. Мне приходилось заставлять себя прекратить вспоминать о прошлом разе, когда мы были вместе в баре отеля.
Было непросто стереть эти воспоминания.
Но именно это я и пыталась сделать, как он и просил. И у нас все в порядке.
Есть ли у меня все еще чувства к нему?
Да.
Я по-прежнему хочу сорвать одежду с его тела каждый раз, как вижу?
Безусловно.
Но это никуда нас не приведет. Так что я фокусируюсь на том факте, что мы общаемся, и я счастлива снова обрести его в своей жизни, даже если между нами есть чувство неловкости.
Иногда мы словно топчемся на месте, будто пытаясь выяснить, как вести себя друг с другом.
И как будто он знает, что я думаю о нем, потому что экран моего телефона загорается, и на нем написано его имя.
‒ Привет, ‒ отвечаю я.
‒ Привет. ‒ Ирландские переливы его голоса посылают волну ниже экватора, заставляя что-то перевернуться в животе. ‒ Как дела?
‒ Хорошо. А у тебя?