Саманта Тоул – Ужасный Шторм (ЛП) (страница 36)

— Хорошо, — он морщит лоб, — Слушай, песню и флирт в сторону, — он подходит ко мне ближе. Это плавит мои мысли, — Я сделал что — то ещё, что расстроило тебя, Тру?

Да, ты сделал для меня практически невозможным не хотеть тебя. И сейчас я запуталась и хочу тебя, но беспокоюсь, что если я с тобой станцую, то сделаю что — то глупое, как шаг к тебе на встречу, и разрушу нашу дружбу, когда ты конечно отвергнешь меня, и также я возможно испорчу всё с Уиллом.

— Нет.

— Так к чему этот театр?

Мой черёд хмуриться.

— Я не драматизирую! Я просто не хочу танцевать с тобой, потому что мои ноги болят от туфель, и ты не слушаешь меня, и вы все втянули меня в это!

Он выглядит запутанным. Если быть честной, то я сама запуталась с тем, к чему клоню. Словно я отчаянно поливаю его грязью, ожидая какой — нибудь отпор. Я хочу, чтобы он боролся со мной. Но он не делает этого.

— Хорошо. Прости меня. Мы не будем танцевать, — он поднимает руки в знак капитуляции, выглядя оскорблённым, и движется мимо меня, чтобы подняться по лестнице.

О, Боже! Теперь я чувствую себя плохо из — за того, что вылила все свои чувства на него и обвинила в том, что он был самим собой. Я такая стерва.

Я ловлю его за руку, когда он проходит мимо, привлекаю и останавливаю его около себя.

— Прости меня, — говорю я.

Он смотрит на меня, ничего не говоря, и я чувствую, что вынуждена продолжить говорить и объяснять моё поведение.

— Я просто устала и рассержена, и я не должна была говорить эти вещи. Я не имела это в виду. Я повела себя как сука. Простишь меня?

Его глаза смягчаются.

— Ты прощена. Как будто я могу злиться на тебя, — он берёт мой подбородок своей рукой и целует в щёчку, — Слушай, если ты устала мы можем вернуться в отель и пойти в кровать? — говорит он мне на ухо. Его дыхание щекочет на шее мою кожу, и другие недоступные места.

Пойти в кровать? Хорошо, звучит как приглашение — это вероятно не лучшая идея, потому что мои внутренности сливаются с теплом, которое я чувствую на коже прямо сейчас.

— Нет, мы пойдём танцевать. Мои ноги уже покрыты клубным дерьмом… и рвотой, — улыбаюсь я, — Пошли.

Он улыбается мне в ответ и это чудесно. Он выглядит так прекрасно. И это всё неправильно. Моё сердце выбирается из груди и ложится в его руки, удобно устраиваясь на всю ночь.

Песня Бьйонсе "Сладкий сон" начинает играть из колонок и в этот момент я знаю, что я в беде, но даже сейчас это не останавливает меня, и я веду Джейка на танцпол. Все глаза направлены на Джейка и на меня. Это постоянно окружает Джейка. И по правде говоря, сейчас мне это нравится. Мне нравится, что каждая женщина в клубе хочет быть на моём месте прямо сейчас.

Джейк хватает меня за бёдра и притягивает к себе очень близко. Глядя на меня сверху вниз, он начинает двигаться в одно время со мной и все люди растворяются на заднем плане. Всё, что я могу делать, так это смотреть на него, попадая в плен совершенно беспомощной, когда он начинает двигать моё тело вдоль своего.

Джейк умело танцует. Я имею в виду, действительно танцует. Сексуально, чувственно, каждый шаг, который он делает со мной, для меня, выглядит так, словно он ласкает меня, усиливая мои чувства к нему. Если он так двигается на танцполе, то могу только представить себе, насколько он хорош в постели.

Образ меня в постели Джейка мерцает у меня в голове. Настолько яркий, что я чувствую себя потерянной в нём. Потерянной в Джейке. Очень сильно. Поглощённая и полностью опьянённая. Я безрассудна. Не обращайте внимания. Как будто я могу сделать что — то подобное… хочу сделать что — то подобное с ним прямо здесь и сейчас.

— Где ты научился так танцевать? — спрашиваю я, заставляя работать свой голос, стараясь сфокусироваться на чём — то другом, кроме ощущения его тела, прижатого к моему, когда вокал Бьйонсе помогает мне перебороть себя над психической и физической атакой от нужды в Джейке.

— Спальня.

Спальня. Кровать. Джейк в ней. Обнажённый.

Сконцентрируйся, Тру, сконцентрируйся.

— Это такая танцевальная школа?

Я действительно не могу представить Джейка, который ходит на занятия по танцам. Это ему не подходит.

— Нет, Тру, — он смотрит вниз на меня, пронизывая голубыми глазами, — В. Спальне.

— Ох.

Вот чёрт.

Я сглатываю.

— Вообще — то нет никакой разницы в занятии сексом и танцем, — он проводит пальцами по моей руке, медленно и не спеша, пока не обхватывает моё плечо. Он начинает массировать мою кожу. Она зудит там, где он прикасается.

— Н — нет? — заикаюсь я.

А что ещё я могу сказать? Мне вроде как трудно сейчас сфокусироваться.

— Нет, — он поджимает вместе сладкие губы и качает головой. И вдруг я чувствую себя обнажённой, совершенно голой.

— Просто, к сожалению, в одном из них мы должны быть в одежде.

— Хм… ну голые танцы здесь могут привлечь чьи — то взгляды, Джейк, — я не могу управлять собой.

Я пытаюсь сохранить спокойствие, но моё сердце берёт вверх, мои ноги дрожат и все мои чувства направлены куда — то на юг. Джейк наклоняется, обхватывая рукой мою шею сзади. Его губы щекочут моё ухо, когда он шепчет:

— Именно поэтому я предпочитаю танцы в спальне.

Вот дерьмо!

Он откидывается назад и смотрит на меня сверху вниз, а потом я вдруг вижу в его глазах то, что невозможно утаить. Вожделение. Желание. Он хочет меня. Он пытается меня соблазнить.

Я полная дура.

И теперь мне становится интересно: почему я не видела этого раньше? Я очевидно, пропустила всё это. Флирт казался невинным, в конце концов. Электрический заряд, который я чувствовала к нему раньше может был и не такой односторонний. Песня. Сидит близко в машине. Недостаток или практически отсутствие других женщин в жизни Джейка с тех пор, как в ней появилась я.

Словно все мои лампочки зажигаются. Мысли в голове смешиваются и мой живот сжимается в тысячи таких сладких узлов. И сейчас я смотрю на него, как кролик, загипнотизированный красивой коброй, и в следующую секунду он собирается сделать удар, а я погибнуть.

Джейк позволяет своим рукам опуститься на мои бёдра, затем он берёт мою руку в свою и вращает, разворачивая меня спиной к своей груди.

Его большие руки обхватывают меня за талию, удерживая напротив себя. Я стараюсь притвориться, что не чувствую, что — то твёрдое своей задницей. Это не хорошо. Я начинают терять разум, который возможно у меня был.

Я хочу его. Я так сильно его хочу. Я никогда никого так не хотела, как хочу его сейчас. Настолько сильно, что я пытаюсь найти способ заняться сексом с Джейком, который не будет считаться изменой Уиллу.

Сейчас я пришла к теории о разных часовых поясах. Хорошо, я никогда не говорила, что это хорошая теория.

Затем я знаю, что делаю. Я медленно опускаюсь по его телу, сгибая колени и держа спину прижатой к нему, мои руки скользят по его бедрам вдоль его тела. Затем я медленно поднимаюсь. Я списываю это на алкоголь, потому что вдруг чувствую себя сексуальной и могу сделать такое движение как это.

Когда я поднимаюсь, то опускаю затылок ему на грудь, скользя по нему руками, удерживая его и надавливая своей задницей на его эрекцию. Я чувствую, как в его груди бьётся сердце. Это заставляет меня почувствовать себя главной, словно здесь все контролирую я. Это безумно приятное чувство. Может сексуальная Тру знает, что делает в конце концов.

Внезапно Джейк хватает меня за плечи, разворачивая к себе лицом. Его глаза медленно тлеют. Его взгляд тёмный и приглашающий.

Я хочу, чтобы он меня поцеловал.

Нет, не хочу. Да, хочу.

Одна его рука тянется к мой пояснице, другая берёт мой затылок, его большой палец лежит на моём горле. И мы близко. В опасной близости. Наши лица в нескольких сантиметрах друг от друга, когда он снова начинает двигаться в такт музыке.

Моё дыхание затруднено, как и его.

Джейк — это сладкий сон? Или красивый кошмар?

Какой из них, Тру?

Красивый кошмар. Это Джейк. Это то, что он делает с женщинами. Это его стихия.

Нельзя всё разрушить с Уиллом из — за одной ночи с Джейком. Эта мысль отрезвляет меня. Я делаю шаг назад, освобождаясь от его плена. Он смотрит на меня желающий, запутанный, разочарованный.

— Уборная, — я говорю, лишаясь дыхания, — Мне нужно в уборную.

Затем я поворачиваюсь на своих босых ногах и быстро двигаюсь через толпу, направляясь прямо к женскому туалету. Я запираюсь в кабинке и сажусь на крышку унитаза.

Что, чёрт возьми, я делаю? Я была готова поцеловать его там. Поцеловать Джейка и сделать многое другое.

Чёрт.

Я не знаю, что делаю. Думаю, что просто перепила этим вечером и позволила себе оказаться в чём — то, что чувствуется очень хорошо, но так неправильно. Джейк — это Джейк. Он рок — звезда и горяч, как ад, дымящийся со всех сторон. А еще бабник. Это тот, кто он есть.