Саманта Тоул – Укрощая шторм (СИ) (страница 12)

Он ухмыляется, смотря на меня сверху вниз.

— Да, ты чувствуешь.

— Нет, не чувствую.

— Тогда почему поступаешь как сука?

Я поднимаю бровь на его комментарий, но он поймал меня на этом. Я отношусь к нему как сука. И я собираюсь поступить так снова.

— Ты хочешь знать правду?

Он раскрывает руки, его губы сжаты в тонкую линию.

— Конечно. Добей меня этим.

— Ну, в принципе, я не думаю, что ты именно тот человек, который может быть нашим тур-менеджером.

Выражение его лица не меняется.

— Не тот человек, который может быть вашим тур-менеджером, — вторит он.

— Да. Ты недостаточно серьёзен.

— Недостаточно серьёзен.

Почему он продолжает повторять всё, что я говорю? У него умственная отсталость?

Он почёсывает щеку и делает шаг в моё личное пространство одним быстрым движением.

Немного смущённая и очень даже воспламенившаяся от его близости, я смотрю на него снизу вверх.

Он поворачивает голову так, что его рот приближается к моему уху.

— Есть одна вещь, которую тебе нужно узнать обо мне, Лила: я действительно, действительно серьёзно отношусь к вещам, которых хочу.

Дрожь пробегает по телу, направляясь прямо к моей вирджинии. Запах его чистого, свежего лосьона опьяняет мой мозг вместе с моими лифчиком и трусиками.

Затем во мне пробуждаются женские чувства.

Том выпрямляется, и теперь он смотрит на меня сверху вниз, его горящие глаза смотрят в мои. Он всё ещё стоит слишком близко.

Я наклоняю голову назад и снисходительно смеюсь.

— Ты? Серьёзный? Не знала, что Том «мужик-шлюха» Картер может быть серьёзным.

Его лицо застывает.

Упс. Может быть, я зашла слишком далеко?

Как будто я об этом забочусь.

Он делает шаг назад. Я выдыхаю.

— Иисус Христос, женщина. Я ранил тебя давным-давно. Убирайся к чёрту с этим. Я ранил сотни женщин, трахал и бросал каждую из них.

— Боже, ты отвратителен.

— Спасибо, — ухмыляется он. — И раз я отвратителен, как ты выражаешься, трахая женщин, это даёт им хороший повод оказывать мне холодный приём, если они когда-либо увидят меня снова. Учитывая, что мы не трахались и я не отвратителен тебе, я не ожидал от тебя дерьмового отношения. Итак, почему бы тебе не поработать над этим? Просто попытайся подумать обо мне как о новом менеджере, а не как о горячем парне, который зацепил тебя вечность назад. И я буду стараться не думать о тебе как о лесбиянке, вертящей мне яйца.

— Я не лесбиянка! — шиплю я. Конечно, нет не ничего плохого в том, чтобы быть лесбиянкой. Я просто не являюсь ей.

— Ты не лесбиянка? — он на самом деле выглядит конкретно запутавшимся.

О, мой Бог! Он думает, что я лесбиянка, раз отшивала его всё это время. Этот парень — эгоист!

— Господи, ты думаешь, что я лесбиянка, потому что не захотела спать с тобой?

— Ну, да. Как ещё это можно объяснить?

Я начинаю громко смеяться. Не могу ничего с собой поделать. У меня по-настоящему начинает болеть живот от смеха. Я вынуждена наклониться вперёд, чтобы просто дать своим рукам отдых и выровнять дыхание.

Я выпрямляюсь, а менее-чем-забавляющийся Том хмуро смотрит на меня сверху вниз.

Я вытираю слёзы с глаз.

— Боже, ты эгоистичный мудак. Ты когда-нибудь думал, что я не хочу спать с тобой просто из-за того, что ты не мой тип?

— Это невозможно, дорогуша. Я тип каждого.

Как я уже сказала, мудак.

Я упираю руки в бока.

— Извини, но высокомерные муты не для меня. (прим. ред.: англ. «mut» имеет сленговое значение типа «дурак»)

Он ошеломлённо смотрит на меня.

— Ты только что назвала меня… мутом?

— Прозвучало именно это.

— Итак, ты зовёшь меня как собаку? (прим. ред.: также под «mut» может подразумеваться какая-либо нечистокровная собака — дворняга, говоря простым языком)

Я смотрю на него, метая кинжалы.

— Нет, жопоголовый. Мут на самом деле означает мужчину-шлюху, — я убеждена, что подчёркиваю слова, чтобы донести свою точку зрения.

Улыбка осветляет лицо Тома. Затем он запрокидывает голову и рокочет от смеха. Это глубокий мужественный звук.

И он проникает во все нужные места.

Я прикусываю губу, чтобы не рассмеяться.

Его глаза, наполненные юмором, отвечают моим.

— Ты действительно чертовское нечто, знаешь?

— Я удивительная, — я пожимаю плечами. — Но не лесбиянка.

Почему я доказываю ему эту точку зрения?

Он кивает головой, усмехаясь.

— Да, я принимаю это, — он чешет щеку. — Но, я попытаюсь выяснить, как тебе удавалось сопротивляться мне… и почему, — он наклоняет голову в сторону со сложным выражением в глазах.

— Тебе не нужно понимать это. Ты просто мне не нравишься.

— Как я уже говорил, это невозможно.

— Ты реально так думаешь?

Его губы сморщиваются.

— Настолько реально, что это нереально, детка.

Я снова смеюсь.

— Теперь кто-то другой?