Саманта Тоул – Покоряя Шторм (ЛП) (страница 37)

Моё беспокойство и страх растут вместе с тем, как продвигается вечер. Оставаться и дальше наедине со знанием того, что я узнала — это трудно. Но быть рядом с Джейком и утаивать правду — это убивает меня. Я чувствую, что лгу ему каждую секунду, не говоря о своей беременности.

Я просто боюсь в какой-то момент ляпнуть не то. Концентрация — ключ ко всему.

Я расскажу Джейку, только надо подобрать нужный момент, а это не он.

Я поднимаю глаза и вижу стоящего рядом официанта.

— Ох, хм, я буду равиоли с грибами, пожалуйста.

— Подать Вам вина? — спрашивает официант Джейка.

— Какое вино, милая? — спрашивает Джейк.

Дерьмо. Мне нельзя пить. Не сейчас, когда я ношу ребёнка.

Но я всегда пью, когда мы идём на ужин. Он поймёт, что что-то не так, если я откажусь.

Но думаю, мне позволен бокал вина, даже если я беременна, так ведь?

Боясь отказаться, дабы не заставить его подозревать, я говорю:

— Пусть выберет Смит. Мы же празднуем его принятие в группу, в конце концов. Я действительно рада, что ты официально стал частью группы.

— Я тоже, — Смит улыбается. — Что касается вина, то мне там, где градус побольше, — говорит он Джейку.

— Нам бутылку Montrachet, — заказывает Джейк.

— Хороший выбор, — официант забирает меню с нашего стола и уходит.

— Мне нравится твоё платье, — говорит Карли мне через стол.

— Спасибо.

Я надела платье от Pucci с принтом, которое мерила в одну из наших поездок за покупками со Стюартом. Он купил его мне. У него замечательный вкус. И я бы надела его куда-нибудь ещё, будь у меня время.

Я беременна. Я должна рассказать Джейку.

Чёрт.

— Мне тоже нравится твоё платье, — я заставляю себя улыбнуться.

Мне и вправду нравится её платье, но все свои улыбки в этот вечер я выдавливаю с трудом.

Карли надела платье Marc Jacobs Night Bird. Я приметила его ещё на прошлой неделе. Оно великолепно. Но Стюарт отговорил меня. Он сказал, что в нём мои сиськи будут сильно выделяться, больше, чем закат в Нью-Йорке.

Глядя на Карли, я понимаю, что он был прав. Её грудь немного меньше моей, и платье подходит ей идеально.

О, Господи, а разве грудь женщин во время беременности не растёт? Господи, она у меня и так уже большая.

Я смотрю на Карли: её прекрасные светлые волосы, золотая кожа и стройная фигура — помню, это всё, что я хотела иметь, когда подрасту. Раньше я ненавидела быть девушкой за океаном со светлыми волосами и голубыми глазами. Теперь мне комфортно, и большей частью благодаря Джейку. Из-за того, как он смотрит на меня. Как он с обожанием глядит на меня своими глазами.

Но это ненадолго, потому что скоро я стану жирной и раздутой, и Джейк больше меня не захочет.

Я потеряю его. Он уйдёт от меня к худой блондинистой богине, которая не повесит на него бремя в виде детей.

Паника во мне растёт.

— Значит, ты писатель, Тру? — спрашивает Карли.

— Самый лучший, — Джейк улыбается и кладёт руку на спинку моего стула, слегка касаясь пальцами моего плеча.

Я застываю под его прикосновениями. К счастью, он не замечает.

Заставляя себя заговорить, я произношу:

— Я бы не стала так далеко загадывать, но да, я пишу для журнала. А сейчас пишу книгу.

— Верно, ты пишешь биографию группы во время тура. Это, должно быть, своего рода круто — писать о парне, с которым ты живёшь. Думаю, тебе просто нужно помнить о таких плохих привычках, как не опущенный стульчак в туалете или влажные полотенца на кровати, — она поднимает бровь и смотрит в сторону Смита.

— Постараюсь запомнить, — Смит поднимает обе руки в оборонительном жесте. — Я просто путаюсь иногда.

— Точнее, каждый чёртов день, — говорит она, смеясь. — Шесть лет замужем, напоминая ему больше, чем я могу упомянуть, а он до сих пор не научился вешать своё полотенце! Уверена, он делает это, чтобы свести меня с ума.

— Ты же знаешь, дорогая, я живу для того, чтобы сводить тебя с ума.

Смит кладёт руку ей на шею, тянет к себе и целует в макушку. Хихикая, Карли бьёт его по руке, которой он крутит ей волосы.

Их любовь настолько очевидная, что это заразно. Надеюсь, после шести лет нашего брака у нас будет такая же любовь.

Мысль ускользает от меня, причиняя боль, потому что я знаю, как только Джейк узнает о моей беременности, то у нас, возможно, не будет и шести минут.

Особенно, когда я скажу, что хочу сохранить ребёнка.

— Я просто использую свои заметки из тура, — говорю я, отвечая на её вопрос. — Но плохие привычки Джейка — грязную пепельницу на патио, например — я опущу, — я скольжу по нему взглядом.

— Просто ты чистишь их куда лучше, чем я, малышка, — говорит он, лениво глядя на меня.

Это ударяет меня прямо в грудь, лишая воздуха.

— Да, это работает, — я одариваю его угрожающим взглядом, а потом заставляю себя вернуть нормальное выражение лица.

Джейк дарит мне одну из своих сексуальных улыбок, которая позволяет ему получить всё, что он захочет, а затем наклоняется и оставляет поцелуй у меня на щеке. Моя кожа горит в том месте, когда он отклоняется.

— Кем ты работаешь, Карли? — спрашиваю я, обращая своё внимание на неё.

— Я — интерьер-дизайнер.

— Лучший чёртов интерьер-дизайнер в Калифорнии, — горделиво говорит Смит.

— У тебя есть своя компания? — спрашиваю я.

— Да, — улыбается Карли. — Она маленькая, но мне нравится.

— Мы только что переехали в новый дом, и мне бы действительно понадобилось немного помощи в дизайне. Если ты не очень занята, я бы наняла тебя, чтобы помочь мне. Я и понятия не имею, откуда начинать. С этим проблем не будет, так? — спрашиваю я Джейка.

Почему я готовлю планы по дизайну?

Думаю, ребёнку нужна будет детская…

Почему, чёрт возьми, из-за этого я смотрю на Джейка похожими на луну глазами, когда не знаю, хочет ли он вообще ребёнка? Он не хочет, я знаю, что он не хочет. Я помню его лицо, когда мы заговорили на эту тему на острове.

— Конечно. Думаю, это отличная идея, — отвечает Джейк, возвращая меня в реальность.

— Тогда, с удовольствием, — восклицает Карли. — Как на счёт того, чтобы я пришла к вам в понедельник, посмотреть, откуда можно начать?

— Звучит отлично, не могу дождаться.

Если я ещё буду там жить. Я выдавливаю ещё одну улыбку.

— Значит, вы, ребята, женаты уже шесть лет, — говорю я, чувствуя необходимость сменить тему.

— Ага, а вместе десять, — отвечает Карли. — Мы банальная школьная пара голубков.

— Может, «банальная» немного далеко от реальности, дорогая. Я был ужасным и безобразным эмо-ребёнком, а она была горячей болельщицей, — объясняет Смит. — У меня заняло пять лет, чтобы привлечь её внимание. И когда это случилось, я покорил её своим остроумием и обаянием, и с тех пор мы вместе.

— Это было упорство, — говорит она, смеясь. — Я полагала, что парень, который так усердно меня добивается, вынослив.

— Значит, это было моё упорство и выносливость, а не горячее тело и очарование? — спрашивает Смит, изображая фальшивое удивление.