Саманта Кристи – Лиловые орхидеи (страница 19)

– Почти, – отвечает она.

Я убираю руку, чтобы завести двигатель и включить печку. Но прежде чем я успеваю это сделать, она берет мою руку и возвращает ее себе на лицо.

– Есть еще один способ меня согреть.

Мой член опять оживает. Интересно, я когда-нибудь смогу находиться рядом с ней без эрекции? Я наклоняюсь и целую ее. У нее вкус картошки фри, шоколада и мяты, перемешанных вместе. Раньше я был бы не в восторге от такой комбинации, но на ней это чертовски вкусно. Она двигается, стараясь еще плотнее соединить наши тела на переднем сиденье моего грузовичка. Я поворачиваюсь, чтобы она могла устроиться поудобнее, но дергаюсь слишком быстро, и мы ударяемся зубами.

– Извини, – говорю я. – Я знаю, что здесь не очень удобно.

Бэйлор игриво смотрит на меня. Затем оглядывается на окна, которые теперь уже достаточно запотели. Я задумываюсь о том, что она собирается сделать, и когда вдруг Бэйлор залезает на меня, я понимаю, что она проверяла, не видно ли нас снаружи.

Когда она устраивается на мне и смотрит на меня сверху вниз сквозь полуприкрытые веки, мне приходится чуть-чуть сдвинуться под ней, чтобы в штанах стало не так тесно. Если раньше я считал ее прекрасной, то я просто не знал, насколько невероятно она будет выглядеть, сидя на мне верхом. Она робко смотрит на меня, словно не знает, не стану ли я возражать. Не говоря ни слова, я протягиваю руку и притягиваю ее голову к себе, затягивая ее в поцелуй.

Мы целуемся, пока у нас хватает дыхания. Она слегка отстраняется, чтобы набрать в легкие воздуха. Я пользуюсь этим, чтобы поисследовать ее шею, прижимаясь губами к нежной коже между ее шеей и плечом, где я чувствую учащенное биение ее пульса. Я облизываю, и посасываю, и наслаждаюсь ее сладким вкусом. Она стонет и вжимается в меня, когда я провожу языком прямо под мочкой ее уха, так что я задерживаюсь там подольше. Я задерживаюсь на этом маленьком участке кожи, а ее дыхание становится еще быстрее. Надо запомнить эту точку на будущее.

От того, как Бэйлор изгибается на мне, мой член стал твердым, как скала. Она ненадолго отстраняется, чтобы снять куртку. Да, тут и правда становится тепло. Обычно, когда девушка вот так сидит на мне верхом, я сдираю с нее одежду. Но это было раньше. А это сейчас. Я не хочу спешить и уж точно не хочу, чтобы наш первый раз был на первом же свидании. В моем грузовике. Это пошло. Бэйлор Митчелл заслуживает большего.

Но я не могу удержаться, чтобы не положить ладони на ее грудь, когда вижу, как затвердели ее соски под тоненьким свитером. Я делаю это осторожно, глядя ей в глаза, словно прося разрешения. Она улыбается мне и закрывает глаза, так что я накрываю ее грудь ладонями, радуясь, что даже через футболку и лифчик они идеально помещаются у меня в руках. Я провожу пальцами по ее соскам и нежно сжимаю их через свитер. От этого она откидывает голову назад и издает стон.

Черт. А ведь я думал, что мой член не может стать еще тверже. И она не облегчает мне задачу. Я ласкаю грудь Бэйлор и наблюдаю за ее лицом – это возбуждает меня сильнее, чем что бы то ни было. Это лучше, чем порно.

Она открывает глаза, видит, что я смотрю на нее, и тут же заливается краской. Ей нечего стыдиться. Одной рукой я прижимаю ее голову к своей, пока мы не соприкасаемся лбами, а вторую руку оставляю у нее на груди.

– Боже, Бэй, какая ты сексуальная.

Она прижимается губами к моим губам и стонет.

– Гэвин, – шепчет Бэйлор самым сексуальным голосом, который я когда-либо слышал.

Наши поцелуи становятся все более страстными, все более длинными и все более настойчивыми, а она продолжает свой эротический танец верхом на мне. Бэйлор чуть сдвигается влево и стонет, когда находит точку, в которой она получает еще больше удовольствия. Я продолжаю ласкать ее грудь, а она гладит мои плечи, шею и волосы. Когда я сжимаю ее соски, Бэйлор тянет меня за волосы. Она откидывает голову назад, и я ласкаю то место под мочкой ее уха.

Она выдыхает:

– О боже!..

Ее тело начинает дрожать, и к тому моменту, когда я осознаю, что происходит, она движется на мне по спирали, выкрикивая мое имя.

Ни хрена себе!

Если бы я не подрочил сегодня днем, я бы кончил вместе с ней. То, что я наблюдаю, совершенно невероятно, и моей новой целью в жизни становится делать это как можно чаще.

Когда Бэйлор перестает дрожать и осознает, что произошло, она открывает рот от изумления, а ее покрасневшее лицо выглядит ошеломленным.

– Это всегда так происходит? – смущенно спрашивает она, глядя на наши полностью одетые тела.

Внезапно я осознаю весь масштаб ее неопытности.

– Бывает и так, да, – говорю я, проводя большим пальцем по ее губам, которые чуть припухли от поцелуев.

Она кладет голову мне на плечо.

– Прости, – говорит она. – Я же говорила, что совсем неопытная.

Я отодвигаю ее от себя и смотрю ей в глаза.

– Бэйлор, – говорю я. – Во‐первых, никогда – никогда-никогда! – не извиняйся за то, что сейчас произошло. Это было потрясающе. Ты потрясающая.

Я убираю несколько прядей волос ей за уши и беру в руки ее все еще раскрасневшееся лицо.

– Милая, ты девственница? – спрашиваю я.

Она морщит нос и робко кивает.

– Хорошо, – говорю я. – Мы будем продвигаться медленно. Мы будем продвигаться так медленно, как ты захочешь.

Я беру ее за подбородок и поднимаю ее лицо так, чтобы она смотрела на меня.

– Ты сама контролируешь ситуацию, поняла?

Она снова кивает, и я прижимаю ее лоб к своему.

– Ты такая красивая, Бэйлор, – говорю я.

Она снова кладет голову мне на плечо и просит:

– Можешь меня опять так назвать?

Я улыбаюсь.

– Для тебя все, что угодно, милая, – говорю я.

И я говорю это совершенно серьезно. Ради этой девушки я готов на все.

Глава 12

Мы пробовали смотреть четырехчасовой фильм, сидя в противоположных концах комнаты. Потом мы пробовали сидеть на противоположных концах дивана. Потом мы пробовали сидеть рядом, но не прикасаться друг к другу.

В общем, лучшую свою рецензию для курса по киноведению я напишу не про этот фильм.

– Кажется, я столько не сидел после того, как прилетел из дома в университет, – говорю я Бэйлор. – Может, пойдем прогуляемся?

Я надеваю худи, помогаю ей надеть куртку, и мы выходим под предзакатное солнце. Я не могу не смотреть на нее. И каждый раз, глядя на Бэйлор, я вспоминаю, как она двигалась на мне вчера вечером, когда испытала оргазм. Если бы я мог закупорить этот момент в бутылку и продавать, я бы стал миллионером. Но нет, этот момент принадлежит мне. Только мне. Я эгоистично задумываюсь, испытывала ли она оргазм, когда к ней прикасались другие мужчины.

Я размышляю о том, что она девственница. У меня раньше были девственницы. То есть вероятность этого довольно велика. Но я даже не удосуживался спрашивать, а ни одна из них мне об этом не сказала. А может, и сказала, а я пропустил мимо ушей. При мысли о том, что я буду у Бэйлор первым мужчиной, что проведу ее по неизведанной территории, что заявлю на нее свои права… у меня возникает легкая эрекция. Но Бэйлор значит для меня гораздо больше. Я не отношусь к ней, как к очередному завоеванию. Она ничуть не похожа на остальных. Она не попадает даже в одну категорию с теми девушками, которые были у меня раньше. Если Бэйлор отдаст мне свою девственность, я отнесусь к ней бережно и с уважением, которого она по праву заслуживает.

Я тихонько посмеиваюсь про себя: кто же это поселился в моей голове? Потому что это уж точно не я!

Мы проходим мимо группки парней, и от меня не ускользают оценивающие взгляды, которые они бросают на Бэйлор. От меня также не ускользает то, как она улыбается им в ответ. Ладно, это просто дружеская, а вовсе не призывная улыбка. Если бы один из них хотя бы попробовал к ней приблизиться, я бы надрал ему задницу, но все же… она обратила на них внимание – и уже от этого у меня сжимается сердце.

– Эй, больно! – вскрикивает она, пытаясь выдернуть руку из моего захвата.

Я неосознанно сжал ее, когда представлял ее с другими.

– Извини.

Я подношу ее руку к губам и целую. Затем останавливаюсь и беру ее вторую руку.

– Я не уверен, что точно выразился вчера, Бэйлор.

Она наклоняет голову и вопросительно хмурит брови.

– Когда я пригласил тебя вчера на свидание, я просил тебя стать моей девушкой, – говорю я. – Я хочу быть единственным, с кем ты встречаешься, милая.

Ее глаза смягчаются от нежного обращения, а от улыбки на ее щеке появляется ямочка, которую я так хотел увидеть.

– Я именно так тебя и поняла, Гэвин, – говорит она. – Я бы ни за что не стала встречаться с двумя парнями одновременно.

Вдруг ее улыбка гаснет, а глаза опускаются вниз, и я совершенно точно знаю, о чем она сейчас думает.

Я отпускаю одну руку, беру ее за подбородок и приподнимаю ей голову.

– Ко мне это тоже относится, Бэйлор, – заверяю я ее. – Я не собираюсь больше ни с кем встречаться. Обещаю.

Она ухмыляется, закатывает рукав моего худи и смотрит на часы.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я.

– Смотрю на дату, – игриво произносит она. – Так, двадцать четвертое января. Гэвин Макбрайд снят с продажи – это знаменательное событие для всего человечества.