Саманта Кристи – Черные розы (страница 57)

Когда она берет меня в рот целиком, весь мой мир сосредотачивается на ее прикосновении. А когда рукой она начинает ласкать мне яички, мне приходится схватиться рукой за край ванны, потому что каждая клеточка моего тела разрывается от желания.

– Я сейчас кончу, милая.

Пайпер бросает на меня быстрый взгляд, и я замечаю в ее глазах проблеск неуверенности.

Некоторым девушкам это просто не нравится. Даже тем, которые постоянно это делают. Даже тем, у кого не было столь травматичного опыта. Я освобождаюсь из захвата ее губ. Но я уже перешел критическую точку, поэтому я хватаю себя левой рукой и через несколько движений мое тело сотрясается от оргазма. Потом волна удовольствия, которую она во мне подняла, извергается ей на грудь и в воду.

С мягким вздохом уголки ее губ приподнимаются в улыбке.

– В следующий раз я сама все доведу до конца, – заявляет она.

Я прикрываю глаза, и мое томное тело соскальзывает в воду. Я еще никогда не чувствовал себя таким удовлетворенным и таким раскованным с женщиной.

– В следующий раз я позволю тебе это сделать.

Я погружаюсь в ванну и делаю глубокий вдох. Потом смотрю на плоды ее трудов, все еще победоносно распластавшиеся на ее теле, и тянусь за мылом. Я намыливаю руки, потом смываю себя с нее.

Ее грудь падает мне в ладони. Ее розовые соски затвердевают под моими пальцами, у нее перехватывает дыхание, пока я провожу по ним пальцами.

– Теперь моя очередь, – с хитрой улыбкой говорю я.

Я притягиваю ее к себе и одним быстрым движением меняю нас местами, сажая ее на край ванны. Я прислоняю ее спиной к стене, потом встаю на колени и ласкаю ее грудь ртом. Я дразню и мучаю ее затвердевшие соски, а она с признательностью наблюдает за мной. Ласкать ее под ее взглядом – еще приятнее. Сексуальнее. Реальнее.

Пайпер раскрывает бедра, приглашая меня внутрь, и мои пальцы находят ее клитор. Она вся пропиталась водой и своей собственной влагой. Другой рукой я обнимаю ее за спину, притягивая ближе к себе и поддерживая. Мой рот проделывает соблазнительный путь от ее груди по плоскому животу и наконец присоединяется к моим пальцам.

Я снова возбужден уже при одном взгляде на нее – на то, как она меня хочет. Я попеременно смотрю то на ее лицо, то на свои пальцы. Когда мой язык прикасается к ее трепещущему клитору, она начинает двигать бедрами. Ее руки играют с моими волосами, яростно дергают за них, когда мои пальцы находят нужную точку. Я сосредотачиваю все свое внимание в этой точке и продолжаю ласкать ее языком.

Ее ноги напрягаются, а пальцы царапают мне спину, от чего я возбуждаюсь еще сильнее. Мой пах подергивается в жадном нетерпении, и вот она откидывает назад голову и двигается на моем языке, содрогаясь от удовольствия вокруг моих пальцев.

Прежде чем ее тело перестает содрогаться, я надеваю презерватив и сажаю ее на себя верхом. Мы смотрим друг на друга и соединямся воедино. Она ахает, когда я вхожу в нее целиком. Ее рот жадно встречается с моим, наши тела соединились настолько, что непонятно, где заканчивается одно и начинается другое.

Этот неописуемый поцелуй. Эта невероятная связь. Это похоже на возвращение домой. Это просто рай, черт побери. Я слегка отклоняюсь, чтобы убедиться, что она чувствует то же самое. Ее глаза наполняются слезами, и я практически разливающийся из ее души свет.

Пайпер исцеляется. С каждым поцелуем, с каждым прикосновением, которое она мне дарит, она изгоняет своих демонов.

Она берет контроль в свои руки и начинает сама на мне двигаться. Ее миниатюрная стройная фигурка раскачивается на мне, и я благодарю бога, что это восхитительное создание появилось в моей жизни. Мое сердце бешено бьется, и меня переполняют эмоции, когда я осознаю, что эта женщина – моя.

Я хочу, чтобы она тоже ощутила все то, что ощущаю сейчас я. От начала и до конца. Подстегиваемый отчаянным желанием, нарастающим у меня внутри, я просовываю руку между нами и круговыми движениями ласкаю чувствительный комок нервов, а Пайпер продолжает двигаться на мне.

Ее прерывистое дыхание и сдерживаемые стоны возбуждают меня еще сильнее, второй рукой я помогаю ей двигаться. Я не могу сдержать долгий стон удовольствия, когда чувствую, как она сжимается вокруг меня. Ее оргазм проносится по моему телу, швыряя нас обоих в пучину удовольствия.

Я крепко прижимаю ее к себе, мое тело обнимает ее, готовое защитить, наши сердца бешено бьются, когда она опускает голову мне на плечо. Мы лежим так – плоть на плоти, мокрые, теплые и расслабленные – и не спеша восстанавливаем дыхание.

Я чувствую необычайный всплеск эмоций и понимаю, что моя жизнь навсегда изменилась благодаря присутствию в ней Пайпер. Я больше не хочу жить без нее – без всего этого.

Поэтому я рассказываю ей об этом. Всеми доступными мне способами.

Снова и снова.

Глава 31. Пайпер

Я смотрю на телефон Мейсона. Я просто поражена информацией, которая лежит сейчас на моей ладони. Это окно в его душу.

Я борюсь с желанием заглянуть в него. Пролистать его галерею. Прочитать его сообщения. Это было бы неправильно. Но в каком-то смысле я чувствую, что именно этого Мейсон и ожидает. Словно, дав мне свой телефон, он пригласил меня в свои самые темные тайны. Может, так он показывает, насколько доверяет мне, насколько любит меня. Может, так я докажу ему то же самое – не позволив любопытству взять надо мной верх.

Я кладу телефон на тумбочку экраном вниз и вспоминаю события сегодняшнего дня.

Приняв ванну, мы лежали в постели. Мейсон обнял меня сзади, и мы придумывали «безопасные» места, где мы могли бы заниматься любовью. В список вошли практически все поверхности в ванной, на кухне и в гостиной.

Не могу поверить, что я говорила с мужчиной о сексе и при этом улыбалась. Даже смеялась. Поразительно, как сильно изменилась моя жизнь.

Я кручу амулет на своем браслете – я впервые делаю это не из-за беспокойства, а от изумления. Я делаю это с надеждой на то, что когда-нибудь Чарли тоже найдет столь же невероятного мужчину, как Мейсон.

Мое внимание снова привлекает его телефон, вибрирующий на тумбочке – Мейсону пришло сообщение. С тех пор как Мейсон ушел, телефон уже несколько раз вибрировал.

Я знаю, что Мейсон хотел остаться. Это было написано у него на лице. Но он ничего не сказал. И за это я ему благодарна. Он знает, что мне нужно время, поэтому ждет. Не говоря уже о том, что мы оба еще страдаем от разницы в часовых поясах. Хотя у нас еще ранний вечер, в Барселоне сейчас уже полночь.

Перед уходом, около семи часов, Мейсон сказал, что сходит на пробежку в зал, а потом отправится домой. Потом мы договорились пообедать в нью-йоркском ресторане «У Митчелла», и он обещал принести мне новый телефон. Ума не приложу, где он собирается раздобыть новый телефон утром в воскресенье. Наверное, у него есть связи или что-нибудь в этом духе. Возможно, это часть того, к чему мне стоит привыкать, как он сказал, если я буду девушкой знаменитого спортсмена.

Телефон Мейсона снова вибрирует, и я борюсь с желанием перевернуть его и прочитать сообщение. Вместо этого я иду вниз перекусить, а потом собираюсь восполнить недостаток сна.

По пути я прохожу мимо детской Эрона. Я включаю свет и окидываю взглядом комнату. Я разглядываю кроватку в сдержанных оттенках голубого и зеленого; кресло-качалку, на спинку которого накинуто одеяло такого же цвета; пеленальный столик, под которым на полочках сложена крошечная одежда всевозможных цветов. Я изучаю коллекцию семейных фотографий на стене.

Я обещаю себе взять Эрона на руки, когда увижу его в следующий раз. Взять его на руки и внимательно рассмотреть его крошечное личико, вдохнуть его младенческий аромат, потрогать его малюсенькие ручки.

Тогда я, возможно, когда-нибудь смогу сделать то же самое с Джордан.

Я смотрюсь в зеркало над шкафом в комнате Эрона и размышляю – уже не в первый раз, с тех пор как вернулась, – похожа ли моя дочь на нее. Похожа ли она на Джордан. В конце концов, мы с Бэйлор могли бы сойти за близняшек, если не брать в расчет возраст и небольшие косметические различия. Я прикасаюсь к пирсингу в носу и смотрю на черные концы своих волос. Разумеется, Джордан всего восемь месяцев, а моей дочери уже больше пяти лет. Но в моем сознании она всегда останется идеальной розовенькой новорожденной девочкой, которую мне удалось подержать в руках всего несколько бесценных минут – а потом пришлось отдать.

Я разворачиваюсь и выхожу из комнаты, выключая за собой свет. Мне нужно поесть и поспать.

А об остальном я позабочусь завтра.

Я просыпаюсь от непрерывного гудения. Совершенно обессиленная, я смотрю на часы – и с разочарованием обнаруживаю, что еще только половина девятого, а значит, я проспала всего несколько минут. Мейсону кто-то звонит. Я накрываю голову подушкой – пускай звонок будет переадресован на голосовую почту, я не осмеливаюсь ответить.

Через несколько секунд телефон на тумбочке снова приходит в движение – кто-то опять звонит. На этот раз я беру телефон в руку – номера нет в списке контактов Мейсона. Я понятия не имею, кто ему звонит. Я кладу телефон обратно и перекатываюсь на постели.

Телефон снова вибрирует. Я вздыхаю и протягиваю руку, чтобы его выключить. Но тут замечаю, что звонят с того же номера, что и два раза до этого. Кому-то действительно нужно связаться с Мейсоном. Может, это Дженис Грейсон? Я лениво улыбаюсь, думая о том, что он, наверное, даже не добавил ее в список контактов.