Sam Blackthorn – Библиотека исчезающих теней (страница 8)
Он попытался отвлечься: достал телефон, открыл новостную ленту. Новости за ночь: очередной скандал, авария на шоссе, рост курса, падение курса, погибшие, выжившие, статистика. Пара заголовков с цифрами автоматически выстроилась в голове в столбцы. Он поймал себя на том, что читает про “три погибших” и “семь пострадавших” как про строки в сводке, а не как про людей. И тут же вспомнил её блокнот.
“
Он прокрутил ленту ниже. Никаких упоминаний о ней – и не могло быть. Она не была новостью. Она была латентным нарративом, незамеченной строкой на полях.
Метро рывком остановилось. Объявили станцию. Пересадка. Поток тел повлёк его по лестницам, туннелям, коридорам. Всё – по накатанному сценарию. Выйти, подняться по эскалатору, вдохнуть холодный воздух уличного уровня, дойти до стеклянной башни его офиса.
***
В вестибюле было тепло и сухо. Охранник у турникетов привычно кивнул. Кай приложил пропуск, загорелся зелёный огонёк. Лифт домчал до двадцатого этажа – плавно, как по маслу. Никаких странностей. Никаких мистических подтекстов. Офис выглядел именно так, как должен выглядеть офис: стекло, металл, светлый ковролин, ряды рабочих мест, мониторы, почтовые программы, таблицы.
Его стол – третий от окна, с видом на соседнюю башню. Картонный стаканчик с завчерашней надписью “ФЛЭТ-УАЙТ”, забытый коллегой. Подставка с ручками. Степлер. Два монитора: на одном – почта, на другом – Excel-таблица, оставленная с вечера.
Он сел, включил компьютер. Занялся своим обычным делом: проверять, правильно ли расходуются чужие деньги. Сводить концы с концами, искать аномалии.
Аномалии нахлынули почти сразу. В одном из отчётов по транспортным расходам цифры не хотели складываться: при трёх поездках и пяти машинах получалось двадцать одна. Он пересчитал. Переформатировал. Технически всё было верно. Логически – нет.
Ему стало не по себе: он отложил этот файл, перешёл к другому. Внутренний голос – тот самый, который когда‑то он называл “профессиональной интуицией”, – шептал: “система течёт”.
***
Время шло. Коллеги подходили, задавали вопросы, приносили договоры. Кофемашина жужжала, плюясь пеной. Кто‑то смеялся в дальнем углу. Кто‑то ругался, споря по телефону с налоговой. Обычный офисный день. В нём не было места ни подвалам, ни Архивам, ни ладанным запахам.
Но он то и дело ловил себя на том, что взгляд сам собой уходит к окну. К невидимому внизу городу, под которым, возможно, расположены десятки таких же дверей, ведущих не только к коммуникациям и щитовым.
К одиннадцати у него начал болеть висок. Не острая боль – тупое, тянущее ощущение, как если бы мозг пытались сжать в файл меньшего размера.
В полдень он пошёл в столовую. Она была на пятнадцатом этаже: длинное помещение с панорамными окнами, в которых отражался тот же город, что и с его рабочего места, только чуть ниже. Стойка раздачи с металлическими лотками, подогреваемыми снизу. Запах подогретого масла, тушёной капусты, подливки и дешёвого кофе из автоматов.
Он взял поднос. По привычке выбрал что‑то нейтральное: суп, рис с курицей, капустный салат и чёрный кофе. Расплатился. Нашёл свободный столик у окна.
За соседними столиками обсуждали квартальные премии, нового начальника отдела, последний сериал. Обрывки фраз, выхватываемые ухом, складывались в привычный белый шум: “…а он ему сказал…”, “…да ты не понимаешь, тут вопрос репутации…”, “…я сказала, я в отпуск не выйду…”.
Он попробовал суп. Бульон был пересоленным, рис с курицей – пресным, капустный салат – водянистым. Он жевал и думал о другом: о ступенях вниз; о том, как сон странно продолжился запахом ладана в спальне; о том, как рука сама собой тянулась к дверной ручке утром.
Он попытался вывести себя на честный разговор.
– Ты можешь продолжать делать вид, что всё нормально, – сказал он мысленно сам себе, уставившись в тарелку. – Списать это на стресс, на траур, на всё, что угодно. Сделать ещё пару недель отчётов. Привыкнуть к тому, что имена забываются, запахи выцветают. Сказать: “так стареют”. А потом однажды проснуться и понять, что даже воспоминание о ней стёрлось, оставив только общий фон грусти.
Он сделал глоток кофе. Сладкий, безвкусный, как разбавленный сироп.
– Или ты можешь проверить, – продолжал он мысленно. – Просто проверить: есть ли за этой дверью что‑то ещё, кроме паутины и труб. Если там пусто – ты будешь знать, что дело в голове. Если не пусто…
Фраза повисла в воздухе. Он не стал её заканчивать.
Проверка – это было слово, которое он любил. В нём не было мистики. Оно было из его профессии: проверить расчёт, провести сверку, сделать выборку. Применить это же к самой реальности казалось одновременно логичным и безумным.
Он посмотрел в окно. Внизу был тот же город, который каждое утро провожал и встречал миллионы людей: пробки, пешеходы, вывески, кондиционеры на фасадах. Где‑то там, среди этих домов, стояла и его девятиэтажка. И в ней – та самая дверь. Ничем не отличающаяся от тысячи других дверей в подвал.
Мысль о том, что под ней может скрываться не только мусор и старые велосипеды, но и Зал, в котором решают, кого считать “несущественным”, казалась одновременно мерзко-неправдоподобной и страшно точной.
Он отодвинул поднос. Аппетит исчез.
Коллега по отделу – тот самый, с которым они иногда болтали о курсах валют, – махнул ему рукой:
– Эй, ты чего такой? Не выспался?
– Ночью снилось, что я считаю до бесконечности, – ответил он с попыткой шутки. – Мозг решил, что это хорошая идея.
Коллега хмыкнул, принял ответ за сарказм и переключился на разговор с кем‑то ещё.
Кай поднял взгляд на часы над раздачей. 12:37. Возвращаться за стол, открывать таблицы, пытаться делать вид, что “всё как обычно”, хотя каждое число в отчёте казалось теперь слегка смещённым, как если бы мир начал врать в третьем знаке после запятой.
Он почувствовал, как внутри поднимается не паника, а что-то более плотное – нехитрый профессиональный инстинкт: если в системе что‑то не сходится, нельзя просто сидеть и ждать, пока оно “само пройдёт”. Либо искать ошибку, либо признать, что правила изменились.
– Я ухожу, – тихо сказал он себе.
Он вернулся к своему столу, открыл почту, быстро набрал начальнику письмо: “Самочувствие ухудшилось. Беру отгул за свой счёт, сегодня уйду пораньше. Завтра продолжу отчёт”. Нажал “отправить”. Подождал секунду. Ответа ещё не было, но это и не требовалось. Выключил монитор. Сложил в портфель блокнот, ручку, на автомате – флешку с текущей версией отчёта. Накинул пиджак. Коллегам сказал что‑то дежурное – “голова разболелась”, “пойду полежу” – и вышел.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.