Салма Кальк – Прямо в сердце (страница 21)

Конечно, есть и ещё один способ поделиться силой… но кто он такой будет, если решится? Он-то хочет, ещё как хочет, а она?

Дени понимал, что она очень даже может тоже захотеть, но – нужно время, время и внимание. Отчего бы не поухаживать? Или тут главное – позаботиться, а поухаживать – потом?

А она сидела спокойно, дышала глубоко, прикрыв глаза. Но вдруг распахнула их широко-широко.

- Ты… что делаешь? Ты ведь… просто взял меня за руки, да? Или не просто?

- Не просто. Объясню. Скажи, как тебя зовут? Я могу звать тебя Черепком в бою, но сейчас, когда никто не слышит, буду рад называть по имени.

- А сам-то?

- Я думал, ты знаешь, все знают. Я Дени де Саваж, младший сын герцога Жана-Луи де Саважа и младший брат герцога Филиппа де Саважа.

- Я… Элизабет Горэй, - прошептала она, будто давно не произносила этого имени. -Но здесь меня зовут Изабель, - и глянула сурово, как заправский некромант.

- Пусть будет Изабель, как скажешь, - улыбнулся он ей.

- И никаких родовых имён, - сверкнула глазами. – Нет их, и точка.

- Ну почему? Вдруг ты захочешь выйти замуж за достойного человека, и тогда он даст тебе своё имя.

Да-да, за достойного человека из семьи Саваж. Можно прямо сейчас, можно чуть погодя. Только вот если он ей это скажет, она сбежит, можно на что угодно спорить, что сбежит.

- Не хочу ни за кого, - поджала она губы. – Нечего. Я была готова выйти замуж, за кого сговорили. Но теперь я поняла, что могу и так. И даже не знаю, что должен предложить мне кандидат в мужья, чтобы я согласилась, - фыркнула презрительно.

- Может быть, он должен полюбить тебя? – улыбнулся он.

- Глупости какие, - пожала она плечами. - Женятся не потому, что полюбили, а потому что это выгодный союз двух семейств. Имя жениха, имя невесты, имущество жениха, приданое невесты. Семья каждого из них, потому что – а вдруг понадобится прийти на помощь? Власть и влияние.

- Я знаю одного достойного человека, у него всё это есть, он не растерял в случившихся передрягах. И маг, говорят, неплохой, и на помощь приходит, и власть с влиянием сохранились, - улыбнулся он.

- Не нужны мне достойные люди, - прошипела она и выдернула у него руки. – А недостойные и тем более не нужны! И… у меня нет ничего. У меня больше нет имени, у меня больше нет семьи, и даже безупречной репутации у меня больше нет, я ведь живу в лесу с крестьянами!

- У тебя есть ты сама, - сказал Дени, и постарался сказать как можно более уверенно. – А ты – редкий и очень сильный маг. Это будет поважнее семьи и приданого.

- Но ты же сам сказал, что неумелый маг? – сощурилась, смотрит недобро.

- Так это – дело поправимое. Научиться всегда можно. И даже некроманта в наставники найти можно, они ещё не все повывелись.

- Я не хочу к де Риньи! – зашипела, снова сощурилась.

- А я тебя к ним и не отправляю. Вот ещё, потеряли – сами виноваты, - усмехнулся он. – Но если ты готова доверять мне, я научу тебя тому, что знаю сам. И о связке боевого мага с некромантом расскажу, что знаю, у меня много такого опыта.

- Рассказывай, - потребовала она.

- Что ты, не сейчас. Заниматься магическими искусствами нужно после отдыха, еды и сна. Если ничьей жизни ничего не угрожает. А ещё желательно после боя мыться в проточной воде, или хотя бы в ванне. Этому учат, ну, совсем в детстве. Свет зажигать, воду греть и основным правилам. Твоих братьев тоже не учили, как быть магом?

- Я не знаю, - вздохнула она. – Может, и учили. Мне иногда разрешали приходить к ним на занятия, мне досталось совсем немного. Меня учили быть леди, только кому это сейчас нужно?

- Может, и пригодится, - покачал он головой. – Я думаю, хаос не вечен, и мы к чему-нибудь придём. Из тех, кто казнил короля и оставил нас без родных, в живых почти никого не осталось. Так что я верю, что спокойная мирная жизнь для нас ещё возможна. Тогда тебе как раз пригодится всё, чему тебя научили дома. А пока ты поучишься тому, чего тебе дома не дали.

И снова взял её руки в свои.

- Что ты делаешь? – она уже не шипела и не щурилась.

- Помогаю тебе восстановить силы. Кажется, получается. Не так, как с магом-универсалом, но – получается. Немного.

- Моя мать была магом-универсалом.

- Может быть, поэтому. Может быть – ещё по какому благоволению небес.

Ладони её всё ещё были холодны, и он поднёс их к губам и подышал немного.

- Мне никогда не было так холодно.

- А ты никогда и не выходила против такого врага. Ничего, пройдёт.

- Скоро пройдёт?

- Скоро. Могу ещё вот так, - он обхватил её осторожно и привлёк к себе. – Так теплее?

- Теплее, - сказала она спустя некоторое время. – А как ещё можно магу восстановить силы?

* * *

- Тебе расскажи, - усмехается он, и почему-то это злит Изабель.

Она высвобождается из его рук и смотрит сурово.

- Начал, так рассказывай. Или… иди отсюда. Или я пойду отсюда.

- Погоди, - он снова берёт её за руку. – Не нужно тебе пока в тени, хотя бы до утра. Не сможешь вынырнуть – кто будет тебя там искать? Я не сумею. А звать де Риньи не хочу.

Изабель не очень-то верила, что не сможет вынырнуть из теней. Потянулась – вроде бы видно то место возле дома, куда она обычно приходит, потому что дом наглухо закрыт от любого магического проникновения. Изнутри она может шагнуть в тени, а снаружи никак туда не попадёт. Но и никто другой тоже не попадёт, и это замечательно.

Но вот дойдёт она сейчас туда, или не дойдёт? Точка выхода из теней вроде и видна, но как будто не так чётко и ясно, как обычно. У неё до сих пор кружится голова, хотя, конечно, после питья стало проще. Но всё равно хочется лечь на сено… или прислониться к магу. Он снова обнимет, и можно будет закрыть глаза. И сейчас никуда не идти.

- Не нужно де Риньи. И завтра мы ещё хотели посмотреть место смерти того чёрного.

- Это нужно, да, - кивает он. – И лучше всего – как договаривались, по свету.

Ну вот, сейчас можно никуда не рваться и не проверять, дойдёт она или потеряется. И что, в самом деле можно… опереться на него? Или даже самой взять его за руку?

Вообще этот самый Мститель, которого зовут Дени де Саваж, пока не сделал ей ничего плохого. Он в прошлую их встречу помог ей выбраться из плена, сама бы она не справилась. А сегодня без его помощи не одолела бы нежить. Значит ли это, что ему можно доверять? Вообще отправить её к де Риньи хотел его брат, брата сейчас рядом нет. И о Саважах вообще говорят хорошо, даже враги.

И что, выходит, он ей друг?

Ни разу так не было, чтобы ей вдруг захотелось коснуться мужчины. Никого не трогай, ни на кого не смотри в упор, можешь смотреть на свои юбки и мило улыбаться. И ей было совершенно непонятно, чего ради нарушать все эти заведённые века назад правила игры. До нынешней ночи.

Потому что они не в гостиной, и не на паркете бальной залы, они не играют. Он настоящий, и говорит, что думает, она видит. Она тоже настоящая, и тоже говорит, что думает. А думает, что он красив. Даже сейчас, когда не слишком чистый после схватки с нежитью. Взять его за руку? И посмотреть, что будет?

Изабель берёт его ладонь и даже зажигает серебристый шарик – рассмотреть. Но шарик выходит слабым и тусклым.

- На тебе, смотри, - смеётся он, и зажигает свой – золотистый, тёплый. – Видишь, как ты пока ещё слаба? Ничего, к утру станет лучше, правда.

- Сделай ещё раз так же, когда ты держал мои пальцы, и мне становилось лучше, - говорит она, набравшись смелости.

Это против неживого не страшно, и против зарвавшихся бродяг, что иногда приходят в домик господина Туше и требуют еды и ласки, и против солдат, которые ищут магов. А с Дени де Саважем вдруг оказалось… неловко.

Может быть, она и здесь тоже чего-то не знает и не умеет? Её не учили кокетству и флирту, и ей не с кем было о том поговорить. Она спросила как-то у мачехи, как ей выйти замуж, если она никого не знает и не видит, но та только усмехнулась – мол, главное, чтобы жених нашёлся, а всё остальное – дело нехитрое, все справляются.

Замуж она не собирается, какой ей замуж, а вот разное другое…

Руки Дени не самые чистые, но она ведёт по ладони кончиком пальца и убирает грязь. Она умеет это с детства, ей это почти ничего не стоит. Это проще, чем против нежити, это проще, чем сейчас шагнуть в тени. И любуется на длинные тонкие пальцы и красивые ногти – кстати, аккуратно подрезанные. У неё самой не сильно лучше, это дома Черити и Джеймсон полировали ей ногти до блеска, сейчас ни у кого нет на это времени. Черити помогает по хозяйству, а Изабель спасает от нежити крестьян, соседних и не очень, как вот сегодня.

А он смотрит, и улыбается. А потом берёт и целует её раскрытую ладонь.

- Никогда в жизни меня не избавляли от грязи некроманты, - смеётся тихонечко. – Смотри, не напрягайся.

- Даже и не думаю, мне это ничего не стоит. Просто… если я делаю что-то не так, скажи.

- Ты всё делаешь так. Ты невероятная.

Похвала окрыляет, и вот она делает ещё одну вещь, о которой иногда подумывала, вспоминая о нём – касается его щеки, сначала осторожно, кончиками пальцев, затем и ладонью, зарывается пальцами в его короткие тёмные волосы.

- Изабель, - он произносит её имя так, как никто.

Нежным шёпотом, и те губы, что произносят имя, близко-близко.