Салли Грин – Похитители дыма (страница 64)
Марш взглянул на Эдиона. Черты юноши при свете костра отдавали золотом.
Другое лицо, другой костёр, другой мир.
Вся семья Марша погибла из-за отца этого человека. Нет, он никогда не станет Эдиону другом.
Эмброуз
Во мраке подземелья Эмброуз размышлял о своей сестре. Должно быть, перед казнью Анна томилась в подобной камере. Ей должно было быть так же холодно и одиноко, как и ему сейчас. Возможно, у неё тоже были крысы и другие компаньоны. И возможно, он теперь разделит её судьбу. Кем его увидит принц Цзян – человеком чести, что принёс весть, способную спасти его королевство, или же простым соперником, от которого нужно избавиться? Удастся ли вообще Кэтрин поделиться с принцем новостями, ради которых он стольким рисковал? Удастся ли ей скрыться до начала вторжения?
Его мысли были прерваны скрежетом двери темницы. Внутрь вошел солдат – один из синеволосых людей принца Цзяна – и поклонился.
– Не соблаговолите ли вы проследовать за мной, сир Эмброуз?
Эмброуз заморгал, как от удивления, так и от неожиданной яркости фонаря в руках солдата. Не такого приглашения он ждал. Но он уж точно не станет от него отказываться.
– С удовольствием.
По извилистой лестнице они поднялись из холодных каменных подземелий в гораздо более тёплое место: комнату, обставленную изящной мебелью: кроватью, столом и стулом. Там были окна, но они были закрыты решёткой, а после того, как солдат вышел из помещения, он запер дверь снаружи.
И всё же Эмброуз был доволен, что ему не придётся делить комнату со своими приятелями крысами, и когда он улёгся на кровать, то позволил крошечному зёрнышку надежды пустить корни в его сердце. Это ведь был хороший знак, не так ли? Неужели это всё каким-то образом заслуги Кэтрин? Кто бы ни стоял за этим, но никто не переводит узника из подземелий туда, где он сейчас находится, если просто планирует оттяпать ему голову.
И всё же… ситуация оставалась рискованной. Всего через несколько часов Алоизий начнёт своё вторжение. И кто знает, что случится со всеми, когда начнётся война? Ход его мыслей снова был прерван синеволосым солдатом, который открыл дверь, чтобы впустить посетителя.
– Принц Цзян, – Эмброуз поднялся на ноги и поклонился.
Цзян уселся на стул и жестом велел стражнику удалиться. Последовала долгая пауза.
– Сир Эмброуз, я должен поблагодарить вас за доставленную информацию, – в своей покрытой шрамами руке принц держал приказы, которые Эмброуз украл у лорда Торнли. – Вы многим рисковали.
– И всё же я, похоже, остаюсь вашим пленником. Хотя эта камера гораздо приятнее той, где я был раньше.
Цзян улыбнулся.
– Уверен, вы понимаете, что я должен был проявить твёрдость перед лицом принца Бориса. А после мне требовалось поговорить с принцессой Кэтрин, чтобы больше разузнать о вас. Теперь мне кажется, что я составил о вас представление. Поэтому я спрошу вас, что вы собираетесь делать. Если я открою эту дверь, куда вы пойдёте?
Эмброуз задумался. Разумеется, он хотел бы отправиться к Кэтрин, но едва ли можно говорить такое человеку, с которым она была помолвлена. Поэтому он ответил:
– Я не знаю.
– Что ж, – ответил Цзян, – у вас будет время поразмыслить. Я пока что не планирую открывать эту дверь.
– Так я всё ещё ваш пленник.
– Вы – мой гость, – возразил Цзян, – и находитесь под моей крышей. У вас будут лучшие еда и вино. Однако, разумеется, ваша свобода будет весьма ограничена. По крайней мере до тех пор, пока принц Борис тоже гостит в моём доме.
– А могу ли я поинтересоваться, что вы собираетесь делать с той информацией, что я сообщил принцессе?
– Сегодня ночью я уезжаю на север с несколькими сотнями человек. Остальные последуют за мной.
– У Алоизия будут тысячи.
– Да, но благодаря вам нам известен его путь. Мы разослали почтовых птиц во все северные форты и предупредили их о нападении. Если моим пограничным войскам не удастся остановить Алоизия на границе, они отступят к Россарбу. Несколько сотен человек смогут удерживать замок против тысячи. Теперь мне важнее всего быстрее туда добраться. Я не смогу этого сделать с большой армией.
– А что насчёт Бориса? Вы нашли доказательства его участия?
Цзян покачал головой.
– Я мог бы напрямую спросить его об этом, но он будет всё отрицать. А заодно поймёт, что мы в курсе их планов. У него могут найтись способы связаться с отцом, а это полностью уничтожит наши незначительные преимущества. Я подозреваю, что он планирует незамеченным выскользнуть из Торнии во время свадебных торжеств и присоединиться к силам захватчика на севере.
– А что вы планируете с ним сделать?
– За ним и его людьми следят круглосуточно. В данный момент это большее, что мы можем сделать. Пока бригантийские войска не пересекут нашу границу, мы не находимся в состоянии войны, и он всё ещё остаётся моим почётным гостем и будущим шурином. – Цзян поднялся, чтобы уйти. – Это, кстати, напомнило мне, что вы не поинтересовались насчёт свадьбы.
Эмброуз не удержался от улыбки.
– Вы уезжаете на север на войну с отцом принцессы Кэтрин. Я предположил, что свадьба отменена.
– Вовсе нет. Всего лишь отложена. Когда война закончится, если до неё вообще дойдёт, мы поженимся. Кэтрин доказала свою верность мне и Питории. Как только я разберусь с её отцом, я вернусь сюда, и мы сыграем свадьбу.
– Получается, между вами и принцессой Кэтрин стоит лишь война с её отцом, – Эмброуз снова улыбнулся. – Ну, тогда удачи вам.
Кэтрин
«Свадьба между принцессой Кэтрин и принцем Цзяном принесёт выгоду и Бриганту, и Питории».
С тех пор, как Кэтрин рассказала Цзяну о вторжении, принцесса места себе не находила. Он отправился поговорить с королём Ареллом и Эмброузом, и теперь, по возвращении, был бледен и выглядел уставшим.
– Какие новости?
– Я поговорил с отцом. Он считает отсрочку свадьбы уместной. Она более не может состояться завтра.
Кэтрин больше удивили не эти новости, а то, с каким разочарованием она их восприняла. Замужество так долго было её целью. А теперь, в мгновение ока, оно испарилось.
– Понимаю, – произнесла она.
– Очевидно, что мы не сможем пожениться до тех пор, пока не узнаем всю правду об этом вторжении. К тому же, есть ещё одна важная деталь – меня не будет здесь на церемонии. Сегодня ночью я со своими войсками уезжаю на север. Мы скроем факт моего отъезда – герольды объявят о моей болезни. Всем известно, что моё здоровье крайне нестабильно, так что большинство людей в это поверят. Я пропустил множество церемоний, но прогулять собственную свадьбу – перебор даже для меня, – Цзян горько усмехнулся. – Кэтрин, то, что ты сегодня сделала, может спасти тысячи жизней. Это может спасти моё королевство. Благодарность моя и короля не знает границ. Ты бесспорно доказала, что из тебя получится прекрасная королева Питории. Но ты также заработала право самой решать свою судьбу. Как только я разберусь с твоим отцом, я вернусь и предложу тебе выбор. Если ты согласишься выйти за меня, я с радостью сыграю свадьбу. Но если твоё сердце принадлежит другому мужчине, я не собираюсь вставать между вами.
У Кэтрин закружилась голова, на мгновение принцессе показалось, что она может потерять сознание. Она ощущала себя свободной, более свободной, чем когда-либо была, но в то же время ей казалось, что она многого лишилась. Предложение Цзяна было крайне необычным. Позволить ей самой сделать выбор, самой выбрать себе мужа, страну, будущее – всё это превосходило все её ожидания. И тем не менее, хотя её сердце стремилось к Эмброузу, её мысли были заполнены Цзяном и простой и искренней добротой, стоящей за его словами. Она никогда не размышляла, хочет ли выйти за него, но теперь впервые в жизни она увидела, каким мужем – рассудительным, уважительным и мудрым – он может стать. Она представила, как они вместе будут править Питорией.
Внезапно столкнувшись с перспективой самой определять свою жизнь, Кэтрин не могла подобрать нужные слова. Она сумела только кивнуть и сказать:
– Я понимаю. Благодарю тебя.
Цзян тоже кивнул. Лишь едва заметная морщина пролегла на неповреждённой части его лица, словно принц надеялся на большее. Но даже если и так, он быстро собрался с чувствами.
– Прежде чем я уйду, я хочу спросить, что ты думаешь о планах твоего отца? Зачем ему вторгаться в Питорию? Зачем ему понадобился север? Любая информация будет крайне важна.
Кэтрин покачала головой.
– У меня нет другой информации, ваше высочество. Хотела бы я знать больше. Всё происходящее кажется мне полной бессмыслицей по многим причинам. Моя мать всегда говорила, что единственной настоящей целью моего отца всегда оставался Калидор. Что всё, что он делает, он делает ради завоевания Калидора. Но я не понимаю, как это вторжение поможет ему добиться этой цели. Если ему нужен Калидор, затем тратить людей, деньги и время на войну с Питорией? Неужели он планирует банальный грабёж? Бригант… уже не так богат, как раньше. Есть ли в северной Питории что-либо ценное?
– Север – самая бедная часть нашей страны. Там нет ничего, кроме снега, деревьев и демонов.
– Демоны, – Кэтрин снова вспомнила леди Анну. – Демонический дым. Мальчики… – Она задумалась. – А не может ли мой отец планировать как-либо использовать демонический дым?
Цзян покачал головой.