Салли Грин – Похитители дыма (страница 10)
– Бригантийцы покромсали меня на куски, но я не умер. Я умолял их убить меня, но они только смеялись. Несмотря на все тяготы, я исцелился. Я работал на них, я был рабом, я выполнял все самые грязные обязанности, но со временем я понял, что больше не хочу умереть. Я хочу выжить и отомстить.
Он улыбнулся:
– И я отомщу. Бригантийцы убили мою семью и убили твою семью. Но они были достойным врагом, и я по-прежнему на них работаю. Мой настоящий враг – принц Телоний. Он поклялся защищать нашу землю. Он называл себя нашим братом. Но он предал нас. И за это он не заслуживает прощения. За это может быть только месть.
Холивелл произнёс всё это по-абаскски, и Марш подумал, что в жизни не слышал лучшей речи. Это было самое близкое ощущение братства, которое он испытывал за долгие годы.
Ещё он почувствовал себя глупцом – он поверил в ту ложь, что ему рассказали. Принц вовсе не был героическим победителем в войне, которую он выиграл вопреки всем шансам. Он был монстром, который пожертвовал целым народом, чтобы жирные торгаши из Калии продолжали жить в безопасности, а принц и дальше бы восседал на своём троне.
Холивелл показал ему правду – что никому в Калидоре и дела нет до абасков. Холивелл плевать хотел на калидорцев и их «цивилизованные» обычаи, а теперь так же действовал и Марш. Холивелл был абаском и гордился этим, и Марш поступал так же.
– Но как мы можем быть абасками, если Абаска больше нет? – спросил Марш.
Холивелл ткнул Марша в грудь.
– Абаск живёт там. Внутри тебя. В твоей душе, в твоём духе. Если ты позволишь ему, Телоний уничтожит и это. Он попытается изменить тебя и превратить в одного из них. Не позволяй ему этого. Помни о своем отце, о своих дядьях, о своем брате. Они гордились тем, что родились абасками, и тебе стоит поступать также.
Холивелл убедил Марша вернуться к принцу. Он сказал ему проявить терпение, ждать и слушать – и сообщать Холивеллу обо всём, что может пригодиться в деле отмщения абаскского народа.
Теперь Марш краешком глаза наблюдал за тем, как принц стянул с пальца золотое кольцо со своим гербом – орлом с зелёным изумрудом вместо глаза. Риган взял кольцо и спрятал во внутреннем кармане дублета. Марш пришёл к выводу, что его время терпеливого ожидания и подслушивания подходит к концу.
Таш
Таш продолжала бежать. Она отталкивалась от земли изо всех сил. И она по-прежнему слышала за спиной дыхание демона. Это всё неправильно. Демон был слишком близко. Каким-то образом она должна была бежать быстрее.
Справа склон опускался вниз. Это придаст ей скорости. Вот только яма была слева.
Дыхание демона стало громче.
«Проклятье!»
Таш свернула направо и бросилась вниз по склону, проскользнув под низко свисающими ветвями. Ветви треснули у неё за спиной, но девушка больше не слышала дыхания демона.
Таш увеличила дистанцию между ними, но она не сможет долго выдерживать такой темп. А ещё она сошла с прямого маршрута к яме, свернула направо от одного дерева, а затем была вынуждена принять ещё правее из-за другого. Ей нужно было сворачивать налево, а значит, наверх, но ей нужно возвращаться к яме.
Впереди маячило большое дерево, а слева от него лежал крупный булыжник. Этим можно воспользоваться. Ей придётся.
Таш со всех ног побежала к дереву, в последний момент выставила перед собой руки, оттолкнулась от ствола, пользуясь собственной инерцией для смены направления, обогнула валун и припустила вверх по склону. Ветви здесь свисали очень низко, идеально подходя для того, чтобы пробраться под ними, отталкиваясь руками и ногами, поднимаясь вверх по склону. Сзади до неё донеслось шипение демона, сменившееся разочарованным возгласом.
На вершине склона она обернулась, но не увидела ничего, кроме веток. Нет времени приглядываться повнимательнее. Нужно продолжать бежать. Теперь ей предстояло бежать под горку, и почва здесь была надёжнее. Таш позволила себе переставлять ноги ещё шире. Вскоре она уже будет возле ямы. Девушка продолжила бежать, тяжело дыша, почти на месте, почти на месте… и вот она уже оказалась на поляне.
Яма была прямо перед ней, но угол для прыжка вниз был не тот. А где демон? Она его не слышала. Таш огляделась по сторонам, немного притормозив. Ни следа демона.
Она перешла на шаг. Тяжело дыша, она изо всех сил пыталась услышать демона. Оглянулась, чтобы посмотреть.
Ничего.
Таш остановилась и огляделась по сторонам, пытаясь различить хоть какое-то движение посреди деревьев, проблеск чего-то оранжевого, или красного, или ещё чего-нибудь.
Ничего.
Проклятье? Где же он?
Таш взглянула на Грэвелла. Его лицо было практически скрыто за деревом. Он не пошевелился.
Она снова огляделась по сторонам и посмотрела в ту сторону, откуда пришла. Ни шороха. Ни звука.
Ни демона. Проклятье!
Он ведь не стал бы отказываться от погони, разве не так?
Ничего подобного прежде не происходило. Что ей делать? Таш не хотелось снова возвращаться к деревьям. Это было бы безумием.
Она посмотрела на Грэвелла и развела руками в стороны, словно бы вопрошая «А теперь что?».
Грэвелл шагнул в сторону и сделал тот же жест.
Какое-то мгновение они смотрели друг на друга, затем охотник покосился в левую сторону от Таш, снова повернулся к ней и выкрикнул: «Беги!»
Таш обернулась. Демон мчался к ней на полной скорости, он уже выскочил из-за деревьев. Его высокая, худая человекообразная фигура быстро приближалась. На открытой местности у него было преимущество. Здесь девушка не могла обогнать его.
– Яма! Прыгай в яму! – закричал Грэвелл.
Демон взглянул на охотника, и это дало Таш небольшую фору. Её сапоги впились в жёсткий снег, она вскарабкалась вперёд и прыгнула в яму. Демон прыгнул следом, приземлился на другом краю ямы и заскользил к Таш, которая тяжело отталкивалась ото льда на полпути к спасению, держась для равновесия окровавленной стены. Её сапоги впились в лёд, девушка метнулась вперёд, схватила верёвку и дёрнула её. Руки девушки плотно обхватили верёвку, и она начала подниматься наверх. Но затем что-то обвилось вокруг её лодыжки, и руки Таш начали соскальзывать вниз до тех пор, пока не ухватились за узловатый конец.
Демон держал её за ногу!
Таш закричала, покрепче вцепилась в верёвку и принялась отчаянно лягаться. Её нога нашла цель, она ударила ещё и ещё, а затем оказалась на свободе и взлетела в воздух, широко раскинув руки и ноги, не ленивый зевок, но кувыркающееся колесо, а затем, всё ещё путаясь в верёвке, она всеми силами вцепилась в дерево и повисла там.
Демон дотронулся до неё. Никогда прежде её не касались демоны.
Теперь демон кричал, а Таш крепче вжималась в древесный ствол.
Ещё один крик, и Таш осмелилась посмотреть вниз. Грэвелл метнул второй гарпун. Таш едва могла разглядеть, что творилось в яме. Первый гарпун задел бок демона, второй угодил ему точно в живот. Грэвелл держал третий гарпун наготове. Выжидал. Демон соскользнул вниз по склону ямы и скрылся из виду.
Грэвелл покосился на Таш, а затем прыгнул вниз.
Таш не хотела выпускать ветку, но она заставила себя ослабить хватку и неловко соскользнула вниз, сильно ударившись о землю и ушибив лодыжку, холодный снег обжёг ей ногу. Только сейчас девушка осознала, что потеряла один сапог.
Она дохромала до края ямы.
Демон распластался на дне. Её шипастый ботинок был у него в руке.
Грэвелл склонился над демоном, приставив стеклянный пузырёк вплотную ко рту существа.
Таш спрыгнула вниз и вскрикнула, снова ушибив лодыжку. Грэвелл проигнорировал её, всё его внимание было обращено на дым. Шкура демона была насыщенного фиолетового цвета с ярко-красными пятнами и несколькими потёками оранжевого. Он был обнажён. У демона было симпатичное лицо, узкие плечи, узкая талия и длинные руки. Не удивительно, что его было так тяжело обогнать – его ноги были в два раза длиннее ног Таш. Она поглядела на его интимные места. Ей показалось, что они выглядели странно, но, насколько ей было известно, они ничем не отличались от мужских. Она видела Грэвелла голым, когда он купался в реках и озерах, но она никогда не рассматривала его вблизи, да и видела в основном сплошные волосы.
Но у этого демона, как и у всех демонов, не было волосяного покрова. Его кожа была гладкой. Его глаза наполовину сомкнулись, и Таш опустилась на колени, чтобы разглядеть, какого цвета его глаза. В демоническом мире они казались фиолетовыми, но сейчас, при свете луны, они были более нежного, лилового цвета. Они были прекрасны. Его лицо было прекрасно. Он выглядел молодым, совсем ещё мальчишкой, самую малость старше её. Таш пришлось прогонять подобные мысли. Это не было разумное существо, это было оно, демон.
Первые завитки дыма показались из пасти демона, и Грэвелл сунул бутылочку внутрь, захватывая края дыма. Демонический дым был кровью демонов, но Таш казалось, что он был ещё и их последним вздохом, их духом. Дым покинул тело демона и ровно перетёк в пузырёк, не расплескав ни капли. Если первая струйка дыма попадала в бутылку, остальное следовало за ней, словно бы дым хотел остаться целым. Первые струйки были тёмно-красного цвета, но остальные были фиолетовыми, прямо как дым от того, другого демона, который доставил им столько проблем при поимке.
У дыма в бутылочке был насыщенный цвет, он темнел всё больше по мере того, как всё больше дыма оказывалось внутри, и всё же каким-то образом весь дым помещался там. Затем поток поредел, потускнел до сиреневого и иссяк. Внутри бутылки бурлила фиолетовая масса. Грэвелл вынул пробку изо рта и, всё ещё держа бутылку горлышком вниз, закупорил её. После этого он поцеловал пузырёк и, как обычно, произнёс: «Идеально». Затем охотник повернулся к Таш: