Сал Меш – Записки психолога «Сломленные» (страница 2)
– Мадина, ты что сюда пришла?
– Да вот, хочу на работу устроиться, пока учеба не началась.
– А, понятно. Давай я тебя познакомлю с заведующей, она моя хорошая знакомая. Вроде у них на кухне есть вакансия посудомойщицы.
Действительно, моя хозяйка оказалась близкой подругой заведующей, поэтому та взяла меня на работу без всяких заморочек.
Так прошел месяц. Наступило время учебы. Мне пришлось уволиться и стать дворником, чтобы успевать на занятия. Бросить работу никак не могла. Нужно было себя содержать, а еще я должна была найти тех людей. Для этого в будущем планировала устроиться техничкой в ГАИ, там наладить контакты с нужными людьми и найти ту машину и тех людей, где бы они ни были.
Всевышний был милосерден ко мне в этот раз и преподнес подарок. Возвращаясь с учебы, я обнаружила, что у дома, где я живу, стоит та самая машина. Я замерла в изумлении и не могла двинуться с места. Хозяйка дома Сакинат, увидев меня, окликнула.
– Дочка, иди сюда. Помоги мне немного с готовкой. Приехали друзья Султана. Не успеваю.
– Хорошо, тетя Сакинат, – выдавила я через силу, – положу вещи и приду.
Как такое возможно?! Я попала в дом к одному из тех пятерых насильников. Я боялась выдать себя, боялась, что они узнают. Боялась, что не смогу сдержаться. Тут я вспомнила о валерьянке. Ее часто давала мне Аминат Асадуллаевна, когда у меня начинался нервный срыв. В этот раз я выпила несколько таблеток. Немного переждав, переоделась в закрытое платье и надела платок.
Войдя в дом тети Сакинат, я увидела их за столом. Они шумно что-то обсуждали. Все мое существо содрогнулось.
Как их земля носит? Как они могут жить спокойно, сотворив такое с девушкой, годящейся им в дочери?
К моему счастью, в этот момент пришла из училища Мариям, дочь Сакинат, и сказала, что сама поможет маме. Мне не нужно.
– Ничего, я тоже помогу чем-нибудь, – сказала я и прошла на кухню вместе с ней.
Мне было важно найти общий язык с этими людьми, чтобы узнать больше о моих врагах. А как еще сблизиться с ними, как не через дочь хозяев?
К счастью, они меня не узнали, как и я не узнала бы их. Я знала только имена и номер машины. Они все сидели за столом. Мои враги пируют. Они все счастливы. Ну-ну, подождите, что я вам устрою…
С этого дня я начала держать тесную связь с Мариям. Мы подружились. Я ненавязчиво задавала вопросы о знакомых ее отца. Она подробно все о них рассказывала. К зиме я уже знала все: где живут, где работают, как отдыхают, об их семьях. Каково было мое удивление, когда я узнала, что у всех есть дочери моего возраста. Узнав их слабости, я решила, как с ними поступлю.
По выходным они часто ходили в сауну, куда вызывали девушек легкого поведения. В один из таких выходных, когда они веселились там, я пробралась внутрь и подсыпала в водку снотворное. Они ничего не заметили и выпивали. В какой-то момент они все притихли. Это был мой шанс.
Султана я не тронула. Али, Тагир и Шамиль поплатились головами, как я и планировала. Я отрубила им головы и сложила в авоську. Они умерли легкой смертью, по сравнению с тем, что я сделала с Анваром. Я отрубила ему руки и ноги и отрезала язык. Всех усадила в круг и ушла, забрав три отрубленные головы, руки и ноги. Мне было уже все равно, я выполнила свой обет, отомстила за себя. Да, это было жестоко, но иначе я не могла.
Ненависть и злость утихли. В какой-то миг мне даже стало их жаль. Я не смогла вернуться в дом. Всю ночь как безумная ходила по лесополосе, волоча за собой авоську.
Уже утром я стояла у дверей здания суда. В руке – авоська с моими трофеями. Вокруг толпились ошарашенные люди. Приехала милиция и другие представители различных ведомств. Все были глубоко шокированы.
Целый месяц шел процесс, я хранила молчание, ни допросы с пристрастием, ни угрозы не заставили меня заговорить. Я выполнила свой долг, а дальше пусть делают, что захотят.
Шел последний день судебного процесса. Много всего было сказано. Все осуждали меня, родственники моих жертв злобно пялились, как и он, Анвар в инвалидной коляске. Я была для всех преступницей, убийцей, психопаткой. Но неожиданно в момент прений Султан заговорил. Он попросил дать показания, и когда ему разрешили, он рассказал о случае с девушкой в горах. О том, что там произошло.
– Я думал, что у нас нет врагов, чтобы так отомстить. Но было одно происшествие в горах. Мы изнасиловали девушку.
Я не помню ее лица, но помню раны, которые ей нанесли. Если это она, то у нее должны быть шрамы на теле. Девушка была в обмороке, когда Али, Тагир и Шамиль издевались над ней. А Анвар еще больше подстегивал их безумство. Они были пьяны и не отдавали отчета своим поступкам. Я не смог их остановить. Мне жаль, – с этими словами он сел, опустив голову.
Женщина в милицейской форме подошла ко мне и хотела отвести для осмотра, но я ее остановила.
– Да, это я, – с дикой яростью вырвались эти слова из моей груди. – Как долго я держала это все в себе! Вы знаете, почему все так случилось? Почему я не пришла за помощью к вам, чтобы восстановить справедливость? Не знаете? А я вам скажу. Я не верю в ваше правосудие. Вы унижаете женщин, попавших в подобные ситуации. Я знаю, как решаются подобные дела и какова участь такой женщины. Не хочу, чтобы надо мной и моими близкими смеялись. Пока жива, никому не дам думать, что я жертва. Мне не нужна ваша жалость, я хотела справедливости и этой справедливости добилась для себя сама.
– Почему Султан и Анвар остались живыми? – спросил кто-то из зала.
– Султан – мой свидетель. Его наказание – муки совести. А Анвар… О, Анвар – мой злейший враг, – я обратилась к нему: – Видишь, что я с тобой сотворила? Это твое наказание. Ты видел смерть трех твоих безмозглых друзей, которых ты сам толкнул в бездну смерти. Это твоя вина, и с этим тебе жить. Ты не сможешь больше никого тронуть и говорить гадости. Зато ты все можешь видеть. Долгой жизни тебе, Анвар!
Я расхохоталась, не могла остановиться, меня вывели из здания суда и отправили прямиком в психиатрическую клинику, думая, что я сошла с ума. С тех пор я здесь. Жить или умереть – вот дилемма, которую мне нужно решить…»
Когда я вышла из ее палаты, не знала, что и думать. Слушая ее рассказ, я думала, что это, возможно, реальная история. Была ли ее история правдой, не знаю, но она точно заставила меня содрогнуться. Врагу не пожелаешь такой судьбы…
Стажировка в психиатрической больнице проходила рутинно. Много времени в этих стенах у меня уходило на изучение личностей моих подопечных. Всматриваясь в их лица, изучая их истории болезни, я старалась найти способы вернуть этих людей в какой-то степени к нормальной жизни, если, конечно, это было возможно.
Меня, как специалиста клинической психологии, интересовали не только психиатрические болезни и состояние больных, но и их эмоциональная сторона. Ведь это были обычные люди, живущие в обществе, пока у них не случился какой-то кризис и они не попали в плен своего состояния. Я хотела понять их сущность. Если в минуты их прозрения мне удавалось наладить контакт с пациентами, я старалась дать им возможность выговориться, раскрыть свои думы, переживания.
Одной из моих пациенток была Сабия. Она все время была в себе. При изучении ее болезни у меня возникло много вопросов. Я хотела получить на них ответ. Как нормальный человек вдруг лишился рассудка? Всегда существуют причины, а в ее случае – много подводных камней.
Я завела разговор:
– Здравствуй, Сабия, я Аминат. Не хочешь поговорить со мной о чем-нибудь, что тебя волнует, что тревожит?
– Нет, – недовольно буркнула она и отвернулась, как капризный ребенок. – Не хочу.
– Ладно, Сабия. Не хочешь – не буду заставлять говорить. Можешь отдыхать. Я пойду к себе.
– Отдыхать? Вы думаете, что я отдыхаю здесь? – лишенным всякого безумия твердым голосом спросила она. – Я задыхаюсь в этих стенах. Хочу домой к семье, но понимаю, что не могу. Я стала опасна для них.
– Почему опасна? – мне хотелось, чтобы она продолжила говорить.
– Не знаю. Все они говорят, что я могу им навредить. Вот и привезли сюда. Я уже забыла все, – опять с безразличным взглядом она отвернулась от меня. Я решила, что она уже
не заговорит, и думала уйти, как вдруг она остановила меня.
– Я все забыла, кроме того сна, – она смотрела на пустую белую стену, будто всматриваясь во что-то. – Прошло много лет с того времени, как я увидела сон, который никак не могу забыть. Все меньше деталей остается в памяти, но сама суть проблемы в голове. Иногда я думаю, что это детское воображение сыграло злую шутку. Но, вглядываясь в современные реалии и события, у меня предчувствие, что это было видение будущего.
Сабия мысленно вернулась к тем далеким событиям и начала свой рассказ.
«Поразительно, но я помню тот день и ночь до мелочей. Как все случилось. День близился к концу, за окном вечерело, когда я увлеченно читала одну рубрику в журнале “Пульс”. Речь в ней шла о слепой ясновидящей женщине из Болгарии – о Ванге. Я сидела в раздумьях и восторге от прочитанного. Неужели есть такие люди, в чьей власти зреть будущее людей? “Непременно встречусь c ней, когда повзрослею”, – это первое, что пришло мне в голову.
Еще долго я сидела бы в раздумьях, если бы мать не окликнула.