Сакоси Накомода – Книга третья Игра Теней Аниме (страница 1)

Сакоси Накомода

Книга третья Игра Теней Аниме

Глава 1: Хрупкое равновесие

Сцена 1: Комедия/Сопли (Новая норма)

Три недели прошло с тех пор, как Старый Голод стал Хранителем. Три недели относительного затишья. И для меня, Такумы Ханаби, эти недели были самыми странными в жизни.

Я сидел на паре по «Основам межмирной дипломатии» – новому, специально для нас введённому предмету – и пытался конспектировать. Раньше мои конспекты уничтожались в результате цепных реакций, начинавшихся с падения ручки. Теперь же ручка просто падала. И лежала. Скучно.

– Сосредоточься, Ханаби, – шепнула Аяме, сидевшая рядом. Её колено касалось моего под столом, и это по-прежнему вызывало короткое замыкание в моём мозгу, но уже без последующего пожара в аудитории.

– Я пытаюсь, – пробормотал я. – Но это так… нормально.

Преподаватель, пожилой маг с бородой до пояса, бубнил о «балансе интересов в условиях многомерной угрозы». Внезапно он замолчал и уставился на меня.

– А вот живой пример! Господин Ханаби! Как бы вы, используя свой… э-э-э… уникальный подход, урегулировали конфликт между кланом Химэдзи и Советом Сновидцев, если бы последний существовал в официальной реальности?

Все взгляды устремились на меня. Я попытался встать, чтобы ответить, и зацепился ногой за ножку стула. Стул с грохотом отъехал, я пошатнулся, но… не упал. Аяме молниеносно подставила плечо, и я просто awkwardly опёрся на неё.

– Вижу, стратегия «совместного использования неустойчивости» уже в разработке, – сухо прокомментировал преподаватель. – Присядьте, господин Ханаби.

Я плюхнулся на стул, красный как помидор. Аяме сдержанно фыркнула.

– Прогресс налицо, – шепнула она. – Раньше бы ты обрушил потолок.

Это был прогресс. Но почему-то мне казалось, что я утратил часть себя.

Сцена 2: Боевик/Эччи (Тренировка по-новому)

После пар мы отправились на тренировочный полигон, который теперь был завален не только боевыми манекенами, но и странными устройствами, похожими на арт-инсталляции – это были тренажёры для «тонкого управления реальностью» от Куросавы.

– Ладно, команда, – сказала Аяме, принимая свой капитанский вид. – Сегодня работаем над синхронизацией. Ханаби, твоя задача – не вызывать хаос, а направлять его остатки. Создай контролируемую нестабильность в зоне А.

Я кивнул, сосредоточился и… чихнул. От чиха моё тело дёрнулось, и я случайно толкнул ногой небольшой генератор помех. Тот завизжал и выпустил розовое облако, которое тут же приняло форму танцующего хомяка.

Дзиро, наблюдавший с планшетом, вздохнул.

– Эмоциональный окрас – смущение. Форма – примитивная. Босс, ты мог бы и постараться.

– Я стараюсь! – взмолился я. – Но теперь это как пытаться чихнуть с закрытым ртом!

– Не оправдывайся, – Аяме подошла ко мне. Её пальцы коснулись моего запястья. – Не пытайся это «сделать». Просто… перестань пытаться это сдерживать. Доверься мне.

Её прикосновение было тёплым. И знакомым. И в этот момент что-то щёлкнуло. Я перестал бороться с собой. Я просто позволил себе быть. И в тот же миг розовый хомяк лопнул, а на его месте возникла идеальная, хоть и слегка дрожащая, сфера из искажённого пространства.

– Да! – крикнула Цукиё, которая медитировала в углу. – Вот и всё. Не контроль. Поток.

Аяме улыбнулась, и её пальцы ненадолмо сжали мою руку.

– Видишь? Получается.

Сцена 3: Сопли (Тени прошлого)

Вечером мы с Аяме задержались на крыше. Она смотрела на огни города, а я смотрел на неё.

– Ты скучаешь по этому? – неожиданно спросила она. – По тому, как было раньше? По полному хаосу?

Я задумался.

– Иногда. Это было… проще. Непредсказуемо, но проще. Я был просто неудачником. А теперь… – я взмахнул рукой, указывая на академию, на город, на небо. – На нас смотрят. От нас ждут. Мы «особый отряд». Это давит.

– Я знаю, – она облокотилась на парапет рядом со мной. Наши плечи соприкоснулись. – Клан снова прислал письмо. Каито… он требует моего возвращения. Говорит, что «игра в демократию» зашла слишком далеко.

– Что ты ответишь?

– Ничего, – её губы тронула холодная улыбка. – Пусть ждут. Моё место здесь.

Она повернулась ко мне.

– И… с тобой.

Воздух снова сгустился, но на этот раз не от жары или хаоса. Он сгустился от невысказанных слов. Наши лица снова были опасно близко.

– Эй, любовники! – крикнул снизу Дзиро, разрушая момент. – Куросава зовёт! Срочно! Говорит, проблема!

Мы вздохнули и отстранились друг от друга. Момент ушёл, но обещание осталось.

Сцена 4: Боевик (Первая угроза нового мира)

В кабинете Куросавы царило напряжение. На его столе лежала карта города, на которой одна из точек – старый ботанический сад – была помечена алым знаком.

– Наблюдатели зафиксировали аномалию, – директор указал на точку. – Не сновидческую. И не энергетическую в привычном смысле. Это… искажение самого пространства. Очень локальное, но очень интенсивное.

– Голод? – насторожилась Аяме.

– Нет. Его сигнатура иная. Это что-то новое. Или… очень старое. – Куросава посмотрел на нас. – Я направляю вас на разведку. Правила те же: оценка угрозы, попытка установить контакт. Но будьте готовы ко всему. После истории с Голодом баланс шаток. Любая новая сила может его обрушить.

Дзиро потер руки.

– Наконец-то! Теория – это хорошо, но полевые данные – лучше!

Цукиё, молчавшая до этого, подняла голову. Её глаза были широко открыты.

– Я… не чувствую оттуда снов. Там нет ни страха, ни надежды. Там есть только… геометрия. Холодная и идеальная.

Это прозвучало зловеще.

Сцена 5: Клиффхэнгер (Лицо в стекле)

Ботанический сад был окутан странной тишиной. Пение птиц, стрекот насекомых – всё звуки прекратились за невидимой границей. Воздух внутри был неподвижным и стерильным, как в операционной.

Мы продвигались осторожно. Растения вокруг были идеальными – ни одного пожелтевшего листа, ни одной кривой ветки. Слишком идеальными.

– Смотрите, – Цукиё указала на оранжерею. Сквозь запотевшее стекло было видно, как внутри всё – листья, цветы, даже скамейки – медленно двигалось, перестраиваясь, подчиняясь какой-то невидимой геометрической логике.

И тогда в стекле отразилось лицо. Не человеческое. Состоящее из граней и углов, с глазами-многоугольниками, в которых не было ничего, кроме чистого, нечеловеческого любопытства. Оно посмотрело прямо на меня.

– Нарушение паттерна, – раздался голос. Он был похож на звук ломающегося льда. – Образец «Хаос» идентифицирован. Начинается ассимиляция.

Стекло оранжереи потрескалось, и из трещин поползли идеально прямые, как по линейке, щупальца из хрусталя и стали. Они двигались не чтобы схватить, а чтобы изменить, выпрямить, подчинить единому порядку.

И я понял, что наша борьба с хаосом и снами была лишь прелюдией. Теперь нам предстояло сразиться с самой Безупречностью.

Глава 2: Геометрия хаоса

Сцена 1: Боевик (Танец против логики)

Щупальца из хрусталя и стали двигались с пугающей, механической точностью. Они не атаковали в привычном смысле – они исправляли. Одно из них коснулось покосившейся скамейки, и та мгновенно выпрямилась, став идеально симметричной, но мёртвой и безжизненной.

– Не давайте им коснуться! – крикнула Аяме, выпуская веер плазменных искр.

Искры, обычно непредсказуемые, на этот раз сгруппировались в идеальную геометрическую сетку и… рассеялись, поглощённые безупречным порядком щупальца.

– Мои атаки… они их упорядочивают! – в голосе Аяме прозвучало недоумение.

Я инстинктивно отпрыгнул назад, споткнулся о идеально подстриженный куст и кувыркнулся назад. Моё тело, летя по абсолютно нелогичной траектории, врезалось в одно из щупалец. И случилось неожиданное – хрусталь затрещал, и на его поверхности пошли хаотичные трещины. Существо из оранжереи издало звук, похожий на скрежет шестерёнок.

– Босс! – завопил Дзиро, прячась за деревом, которое начало выпрямляться. – Твой хаос! Он для них как яд! Они не могут его «усвоить»!