Сахарнов Святослав – В гостях у крокодилов (страница 3)
– А вы не такой, как надо. Ведь мы тут все одинаковые: в коротких штанах, загорелые, с непокрытыми головами. А вы…
Я посмотрел на своё отражение в воде. Брюки до пола. Кожа белая. На голове шляпа. М-да! На голове у меня была прекрасная широкополая шляпа из белого войлока, с кисточками по краям.
– Пожалуй, с точки зрения дельфинов, я действительно выгляжу чучелом, – сказал я. – Ладно, штаны я сменю, загар ко мне липнет быстро, но шляпа… Простите, я человек северный, мне надо беречь голову от солнца. Я не могу одеваться так, как хочется этим зверюгам. Пусть привыкают.
Дельфины продолжали смотреть на меня.
Так началась моя жизнь на острове.
Тряпочка
Я приходил каждый день в вольер, садился на мостки и смотрел. Я старался понять дельфинов.
Оказалось, что они очень любят играть. У каждого была своя любимая игрушка. Макс больше всего любил плавать с красным мячом. Шустрый – таскать в зубах обруч. У Пирата главная забава была тряпочка.
Кто уронил её в вольер, неизвестно. Простая чёрная тряпочка. Она лежала на дне. Пират подплывал, поддевал носом и мчался с ней по вольеру. Он мчался, а чёрный лоскут лежал у него поперёк морды. На глазу. Совсем как повязка у разбойника. Ясное дело – Пират.
Надоест Пирату лоскут на морде таскать, сбросит его и сейчас же – оп! – поддел плавником. Развевается тряпочка на плавнике.
Плывёт Пират, сбросит тряпочку – оп! – подцепил хвостом. На ходу, не оглядываясь. Таскает на хвосте.
Надоело ему носиться, круто хвостом загрёб, затормозил, как матросы вёслами останавливают шлюпку, и застыл на месте. Тряпочка слетела с хвоста, медленно пошла на дно.
Там ей и лежать.
Дельфины и змеи
В вольер часто заплывали змеи – чёрно-красные ужи, которые водились в бухте. Сначала дельфины им очень удивлялись. Однажды Пират подплыл к одному ужу и толкнул его кончиком носа. Он решил, что это новая тряпочка.
Уж как зашипит! Завертелся, завился – и в сеть. Вплёлся в стальные кольца и повис, как вопросительный знак, над водой. Висит уж, раскачивается. Головой как молоточком: взад-вперёд, взад-вперёд.
Долго Пират вертелся около него. Всё пытался понять – можно с этой тряпочкой играть или нет? А уж опять: ш-ш-ш-шшш!
На том дело и кончилось. Теперь змеи сами по себе, дельфины – сами. Плавают, друг другу не мешают.
Макс в упряжке
Около домика, где жил главный учёный, висел кусок рельса на проволоке.
Каждое утро, ровно в девять часов, дежурный ударял по рельсу железной палкой: донг!
Начинался рабочий день.
К рельсу сходились учёные. У них был очень озабоченный вид. Я тоже приходил и смотрел, что они делают.
Учёные изучали дельфинов.
– Как вы думаете, – спросил меня однажды Валерий, – кто быстрее: пароход или дельфин?
– Наверное, пароход, – осторожно ответил я.
– Вот и нет. Дельфин запросто обгоняет судно. А кто сильнее?
– Странный вопрос. Конечно, судно.
– Правильно. Так как же может слабый дельфин плавать быстрее сильного корабля?
Этого я не знал.
– Этого не знает никто, – сказал Валерий. – Конечно, дельфины обтекаемые: они воду как ножом режут, но всё-таки…
Мы стояли около длинного ящика с водой. В ящике неторопливо плавал Макс. Он тяжело вздыхал и посматривал на нас тревожным глазом.
К ящику подошли двое бородатых учёных. Они надели на Макса хомут. К хомуту привязали вожжи. Макс послушно потянул. Свободные концы вожжей были прикреплены к пружинным весам. Стрелки весов поползли вверх.
Бородатые учёные стали записывать, как сильно отклоняются стрелки.
– Главное, что он не сильный, а проворный! – сказал я.
Учёные усмехнулись.
– А что такое «проворный»?
Я пожал плечами.
Дельфины и собаки
Как-то я сидел на мостках, свесив ноги, и смотрел, как играют Шустрый и Макс.
Вдруг в вольере появились собаки – дворняжка, овчарка и большой белый пудель. Они шли гуськом. Обойдя вольер, собаки сели рядом со мной.
«Прогнать их, что ли?» – подумал я. Собак в вольер не пускали – калитка у входа была всегда закрыта на крюк.
Заметив собак, к нам подплыла Русалка. Подплыла и уставилась из-под воды внимательным взглядом. Подплыли ещё дельфины.
Я взял из ящика, где лежали игрушки, палку-поноску и, широко размахнувшись, швырнул её в воду. Русалка и Макс кинулись за ней.
Они мчались, выскакивая из воды. Первым подлетел к палке Макс. Он схватил её в зубы и повернул назад. Около моих ног Макс остановился и, не выпуская палки из зубов, высунулся из воды.
Он возвращал поноску.
Овчарка и пудель заворчали. Шерсть на их загривках поднялась дыбом. Собаки вскочили и, упираясь лапами в дощатый настил, свирепо залаяли.
Из домиков на берегу высыпали люди. Они бежали к вольеру.
Первой заметила их дворняжка. Она призывно тявкнула и опрометью бросилась на берег. За ней, оглядываясь и огрызаясь, потрусили овчарка и пудель.
– Кто тут развёл беспорядок? Кто не закрыл за собой калитку? Кто не догадался прогнать собак?
Начальник спрашивал, свирепо шевеля бородой. На меня он не смотрел.
«Может прогнать с острова, – подумал я. – Что ему стоит?»
Но начальник уже улыбался.
– До чего любопытно! – сказал он. – Только собаки веками таскали человеку поноску. Только они были верными друзьями людей. И вдруг какие-то морские звери!.. Конечно, собаки обиделись.
– А вот кошки… – начал Валерий. – Когда я занимался кошками…
Но начальник его перебил:
– Знаю, знаю. Кошки тоже интересны, но не так.
– Ещё лошади всегда были друзьями, – сказал я.
«Идите все сюда!»
– Вы ни разу не плавали с дельфинами? – спросил меня как-то Валерий. – Немедленно полезайте.
Я надел маску, сунул в рот загубник дыхательной трубки и боком, как краб, полез с мостков в воду. Лез, лез и сорвался. С плеском, в туче пузырей ушёл на дно. За стеклом маски вспыхнуло голубое сияние.
И вдруг мне послышалось комариное: пи-ии! Пи-ии!
Может, это кровь шумит в ушах?
Нет, звуки повторились. Тоненькие-тоненькие. Словно иголочки. Комары не унимались, они подлетали ко мне с разных сторон.
Пи-ии! – сзади.