Сагара Люкс – Прописывая правила (страница 45)

Я оставляю его поиски нетронутыми и открываю новую страницу. Без труда нахожу пост «Деметрио», о котором он мне говорил. Цена выросла. Теперь он предлагает не десять тысяч долларов за мою голову, а двадцать. IP-адрес невозможно отследить. Я не могу быть уверена, что это опубликовал Грейсон, но инстинкт подсказывает, — это так. И есть только один способ выяснить.

Я ищу программу, которую Аид использовал для установления безопасной линии связи со мной, и открываю её. Маска, которую он использовал, чтобы скрыть свою личность, манит меня с края стола.

Я беру её.

Кручу в руках, рассматривая.

Когда мы начали общаться, мы прописали правила. Я пообещала ему, что никогда не буду с ним притворяться. Но я не сказала ему, что не буду притворяться им.

Я надеваю его маску и натягиваю капюшон на лицо.

— Начнём.

Встроенный модификатор хорошо справляется со своей задачей, потому что я не узнаю голос, который звучит из моих уст.

Глубоко вдыхаю. Успокаиваюсь.

И звоню Грейсону.

ГЛАВА 30

ТОМАС

Иногда дни кажутся бесконечными. Сегодняшний, в частности, был одним из самых долгих и тяжёлых за всё время.

Рулз решил ускорить на месяц выпуск нового обновления, чтобы опередить конкурентов. Я сказал ему, что по показателям тестов ещё слишком рано выпускать программу, над которой я работал, но он меня не послушал.

Я часами исправлял ошибки, на которые указывали тестовые показатели, но хуже всего было то, что мне было сложно сделать это в одиночку. Как только Рулз понял, какой объём работы на меня свалился, он отправил Шэрон мне на помощь.

Я бы соврал, если бы сказал, что мне не нравится с ней работать. У неё блестящий ум и врождённая способность мыслить нестандартно, но она меня терпеть не может.

Вернее, она не выносит Томаса. Она считает, что он слишком суровый и зациклен на работе. Иногда я размышляю о том, как бы она отреагировала, если бы узнала, что именно я, шесть лет назад, помог ей стать хакером.

Конечно, она бы мне не поверила.

Или, возможно, испугалась бы.

Не то что Александра.

Когда она поняла, кто я такой, она не отступила, а приблизилась ко мне. Хотя у неё была такая возможность, Александра не пыталась убежать, даже когда я показал ей свою тёмную сторону. Я не мог не думать о ней весь день, особенно учитывая, как мы расстались сегодня утром.

Я не хотел нападать на неё, но когда проснулся и взял свою одежду, я случайно обнаружил в её вещах, лежащих с моими, список с именами коррумпированных агентов, который она спрятала. И почувствовал себя преданным.

Не то чтобы я этого не заслуживал.

Я её похитил. Изолировал. Развратил.

Я перешёл все границы, которые сам себе установил, но самое ужасное, что, если бы у меня была возможность, я бы всё повторил.

И точно так же, ничего не меняя.

Rules Corporation я покидаю глубокой ночью. Шэрон и Рулз ушли несколько часов назад. Я — официально последний оставшийся сотрудник. Несмотря на все усилия, я не закончил необходимые изменения, но я слишком устал, чтобы продолжать работать.

Я тащусь в своё убежище и сразу же направляюсь в душ. Моё тело настойчиво требует отдыха. Я знаю, что должен прислушаться, но после ночи, проведённой с Александрой, и ссоры этим утром, я чувствую, что мне ещё многое предстоит сделать. Я надеваю удобную одежду и захожу в компьютерную комнату.

Поскольку сейчас почти два часа ночи, я не ожидал её здесь увидеть. Но она здесь.

Сидит на скамье, которую я использую для тренировок, с моей маской в руке и рассеянным взглядом, устремлённым в пол.

Как только она чувствует моё присутствие, поднимает голову. Она устала не меньше меня, но находит в себе силы хлопнуть ладонью рядом с собой на скамье.

— Не хочешь присесть со мной?

Годы лжи и уловок научили меня распознавать знаки. После того как мы расстались сегодня утром, её покорность не просто странная: она подозрительна. Желая понять, что у неё на уме, я ставлю стул напротив неё и плюхаюсь на него.

— Если хочешь что-то сказать, советую сделать это быстро.

— Тебе это не понравится, — предупреждает она. — Независимо от того, скажу я это быстро или потрачу время.

Злобная улыбка искривляет мои губы.

— Не хочу тебя разочаровывать, но мне не нравится большая часть того, что ты говоришь.

Это чистая правда, без всяких прикрас.

И всё же я здесь. Слушаю её.

И смотрю на неё.

— У меня есть информация о твоей сестре.

Моё тело мгновенно напрягается. Я потратил тринадцать лет, пытаясь найти Ханну.

Я следовал каждой возможной и невозможной зацепке. Сомневаюсь, что ей удалось узнать что-то, чего не знаю я, но всё же даю ей шанс.

— Что за информация?

Её горло вздрагивает, когда она с трудом сглатывает.

— Та, что ты предпочёл бы не знать.

В моём сознании раздаётся пронзительный вопль. Я чувствую внезапное желание выскочить, наброситься на неё и заставить замолчать. Но у меня нет на это времени, потому что Александра продолжает говорить.

Её взгляд теперь другой.

Он стал мягче.

— У меня есть доказательства, что Ханна умерла тринадцать лет назад, на следующий день после того, как её похитили.

Зрение на мгновение затуманивается. Я сжимаю кулаки, в то время как слепая и всепоглощающая ярость отравляет мою кровь.

— Нет.

Мой голос срывается, я не в силах совладать с собой.

— На своём компьютере ты найдёшь зашифрованный файл со всей информацией, которую мне удалось собрать о ней и о людях, причастных к этому. Я готова передать тебе пароль, чтобы ты мог его прочитать, но при одном условии.

Я стискиваю зубы так сильно, что, кажется, могу сломать их.

— Каком?

— Я хочу сама свершить правосудие. — Когда я широко раскрываю глаза, она встаёт и делает шаг ко мне. — Я стала агентом, чтобы защищать, а не мстить.

Презрительный смех поднимается из моей глотки.

— Если Ханна мертва, как ты говоришь, сомневаюсь, что у тебя останется кто-то, кого нужно защитить.

Не обращая внимания на резкость в моём тоне, Александра опускается на колени передо мной. Она нежно касается моих пальцев своими.

— Я хочу защитить тебя, а не их.

Что-то шевелится в глубине моей души, в самых потаённых уголках.

Александра — первый человек, которого я привёл в своё убежище — и в свою жизнь.

Первая, кому я рассказал о Ханне. Первая, кому я отдал всего себя. Если бы мне пришлось доверить свою жизнь кому-то, я бы не выбрал никого, кроме неё.

И всё же недоверие всегда присутствует.