Сагара Люкс – Не ври мне (страница 31)
Я снова испытала то чувство, которое переворачивает желудок и побуждает к бегству. Это был непросто страх. Это было осознание того, что я зашла уже слишком далеко туда, куда мне никогда не следовало вмешиваться.
— Что случилось с твоей женой?
Натан сделал ещё один шаг ко мне. Я почувствовала, как пол уплывает, или, возможно, это мои ноги стали мягкими и давали мне такое ощущение. Я больше не могла бежать, было слишком поздно. Кровь на матрасе. Лёд в его глазах. Решимость на его лице. Натан демонстрировал ауру власти и непримиримости. Я была в ловушке.
— Любовь — опасное чувство, способное свести с ума. Послушай моего совета: никогда не влюбляйся, особенно в мужчин, которым ты не можешь доверять.
Я сглотнула горечь. Натан говорил о себе, говорил о нас. Только мужчина не знал, что я уже пыталась держаться от него подальше… и потерпела неудачу. Он положил палец мне под подбородок и заставил посмотреть на него. Я больше не знала, что чувствую. Холод. Жар. Страх. Гнев. Натан буквально уничтожил меня, но меня это устраивало, потому что вполне вероятно, с Шанталь он поступил ещё хуже.
Мне припомнились слова Доминика.
Он о многом лгал. Вопрос был в том, солгал ли он обо всём?
Я глубоко вздохнула, пленённая его пальцами не меньше, чем словами.
— Ты убил Шанталь?
Натан сжал пальцы на моём подбородке. Если и было время, когда причиняемая им боль превращалась для меня в удовольствие, то теперь та же боль вызывала потрясение. Страх. Разрушение.
— Посмотри мне в лицо, Миранда.
Я так и делала. Всегда так поступала — обманывала себя, думая, что способна разглядеть в глубине его глаз, каким человеком он был. Но правда заключалась в том, что я ошибалась.
— Ты на самом деле думаешь, что я могу кого-нибудь убить?
Как будто невидимая рука сжала моё сердце.
Изо всех сил я старалась промолчать и не дать ему ответ, который бился во мне. Это было нежелательно. Это было небезопасно, но всё же я не могла молчать.
— Я верю, что ради любви можно сделать всё. Согласен?
На мгновение я увидела, как в его взгляде промелькнула тень. У меня появилось ощущение, что Натан больше не со мной, и каким-то образом сумел вернуться в прошлое. В ту ночь. К любимой женщине, которая смотрела на него, пока другой овладевал ею. Нет, не другой. Его собственная плоть и кровь. Его
— Натан! — выкрикнула его имя. Я вернула его в настоящее. Ко мне.
К
Он отпустил меня. Его пальцы отстранились от моего подбородка, и Натан сделал шаг назад. Его взгляд столкнулся с пятном на матрасе; с чувством вины, которое он скрывал.
— Я не убийца. Я любил свою жену. И я любил своего брата, — его кулаки сжались, а взгляд стал жёстким, — в ту ночь, впервые в жизни, я хотел убить их обоих… и сделал это.
Я покачала головой. Это было неправдой, по крайней мере, в физическом смысле. Доминик был жив, они делили офис и работали вместе каждый день. Но Шанталь?
Где она была?
Я посмотрела на кровь на матрасе и сказала себе, что Натан никогда не был бы настолько глуп, чтобы хранить в доме улики, которые могли подставить его в возможном процессе по делу об убийстве. Следовательно, он должен быть невиновен. Я была уверена: в ту ночь должно было произойти что-то ещё, но сейчас не то место и время, чтобы узнать правду. Эту комнату переполняло прошлое. Эмоции. Воспоминания. Страх. Боль.
Мне пришлось повторить себе эти слова снова и снова, прежде чем я нашла в себе смелость подойти к нему и прикоснуться. Я взяла Натана за руку. Теперь уже не он дрожал, а трясло меня. Но я умела управлять своими эмоциями. Последние несколько лет я потратила на то, чтобы понять, как сохранять спокойствие и сосредоточенность в любой ситуации. Я была не просто женщиной: я выступала перед сотнями людей, обнажаясь, нота за нотой. Но я осознала, что никому не показывала себя такой обнажённой, как Натану в этот момент.
— Пойдём со мной, — шаг за шагом я вывела его из этой проклятой комнаты, — давай вернёмся, посидим у огня и забудем обо всём этом.
Глава 22
Бывало, после ночных попоек я просыпался утром в незнакомых местах. В компании женщин, которых не помнил. И со следами на теле, которые с трудом пытался осмыслить.
Именно так я чувствовал себя сейчас, хотя знал, — я не пригубил ни капли вина.
Потёр лицо и обнаружил грубую кожу из-за уже отросшей бороды. Затем потянулся к прикроватной тумбочке в поиске бутылки воды, которую обычно ставил туда. Ничего не было. Я не находился ни в своей постели, ни в своей парижской квартире. А лежал на диване, накрывшись тонким пледом. В окно проникал такой белый свет, что казался нереальным. Я тяжело вздохнул, узнав окружающую обстановку, сел и провёл рукой по волосам.
Я был в безопасности. Трезвый. Но надолго ли?
Каждый раз, когда призрак Шанталь возвращался, чтобы преследовать меня, я неизбежно заканчивал тем, что пил. Я нуждался в выпивке даже в этот момент, ощущая сухость во рту и тяжесть в голове. Я плохо спал, а может, вообще не спал. Вспомнить не мог… Мне показалось, что я почувствовал на своих руках тонкий аромат. Незнакомый.
В груди учащённо забилось сердце. Я всё вспомнил. Наш разговор. Камин. Последовавшее за этим молчание. И её пальцы, послушные и осторожные, которые ласкали меня до тех пор, пока я не отключился. Я закрыл лицо руками, чувствуя себя виноватым.
Она не сбежала несмотря на моё признание.
Миранда осталась со мной. И это означало только одно.
Я встал и пошёл к ней в комнату. Распахнул дверь, не спрашивая разрешения и не зная, что буду делать дальше. Постель была не заправлена, в углу лежала сумка, с которой Миранда приехала. Но самой девушки там не было.
Почти бегом я направился в гостиную. Громко её позвал, без ответа. Продолжая поиск, вышел на улицу… И замер. Миранда была там. Погружённая в ослепительную белизну. Закрыв глаза и устремив лицо к небу, она играла на скрипке. Падал лёгкий снег, и она танцевала в нём, создавая нечто волшебное.
Струны вибрировали. Музыка быстро текла по венам. Углубляясь. Мне не нравилось то, что я чувствовал, и всё же, когда Миранда внезапно прекратила играть, я не мог не почувствовать тяжесть в животе.
Мы были не одни. Кто-то приближался к ней медленными шагами. Это был Ален, он жил в соседнем доме.
Ботинки для защиты от снега позволяли ему сохранять устойчивость, несмотря на проблемы с суставами. Его голубые глаза смотрели на меня с любопытством. Морщины на лице прослеживали историю человека, которым он был. Ален пережил войну. Мина отняла у него пару пальцев, но не улыбку и не доброту, которую он хранил в своём сердце.
Ален что-то сказал Миранде, взял её за руку, как делал обычно, когда представлялся. Миранда улыбнулась в ответ, хотя и смущённо.
Я схватил куртку и сделал несколько шагов в их сторону. Дорожка обледенела, я не мог двигаться так быстро, как хотел.
— Ален, — позвал я. Изо рта вырвалось дыхание, затуманив мне зрение.
Как только сосед заметил меня, он улыбнулся, но не отпустил руку Миранды.
— Натан! Извините, что подошёл, но я прогуливался, когда увидел что-то тёмное на снегу… И кто бы мог подумать, — это девушка!
— Она моя подруга, — быстро ответил я. У меня не было ни времени, ни желания думать о том, какие отношения у нас с Мирандой, и я определённо не хотел, чтобы кто-то в них вмешивался.
Миранда бросила на меня пристальный взгляд, который я намеренно проигнорировал и который Ален, казалось, не уловил. Он был воспитанным человеком с наивным восприятием, что стало последствием ужасного опыта, который ему пришлось пережить. Смерть его дочери Аделины — это лишь последняя из драм, что выпали на его долю.
— Рад, что ты решил приехать, и сделал это не один, — Алан говорил искренне, и это беспокоило меня больше, чем следовало бы.
— Нам лучше вернуться в дом, — предложил я, когда холодный утренний воздух добрался до моих лёгких.
— Ален, выпьешь с нами? — спросила Миранда.
— К сожалению, не могу. Дома меня ждёт жена. Понимаете, в определённом возрасте даже опоздание на несколько минут может сильно напугать.
Мне было нетрудно представить, как Клэр поглядывает в окно, ожидая возвращения мужа. Я сделал несколько шагов к поленнице и вытащил ветку. Она была достаточно прочной, чтобы стать опорой для больных ног Алена. Я предложил ему импровизированную трость, и мужчина воспользовался случаем, чтобы похвалить мою доброту.
Старина Ален всегда был таким. Он видел протянутую руку, но не ту, которая держала нож за спиной и готовилась напасть. Именно поэтому он оказался с заложенным домом и едва готовым, чтобы пережить зиму. Но ничего страшного, это тоже был жизненный урок. Либо ты волк, либо ягнёнок. Никакая маскировка, какой бы удачной она ни была, не сможет согреть вас зимой. И Ален неизбежно мёрз.
— Передавай привет Клэр, — сказал я, отмахиваясь от него.