Сагара Люкс – Нарушая правила (страница 31)

Или, по крайней мере, её объявили мёртвой.

Я отчётливо ощущаю, как по его позвоночнику пробегает холодок.

Мы слишком давно знакомы, чтобы не понимать друг друга с первого взгляда. Я знаю, что Ронан хочет сказать, ещё до того, как он откроет рот, но всё равно слушаю.

— Мне это не нравится, Джейк. Когда Рулз прикрыл то, что ты натворил, ты поклялся мне, что больше никогда никого не убьёшь.

— А я и не убивал.

— Труп, — понимающе говорит он. — Ты использовал труп, чтобы инсценировать смерть девушки. Зачем?

Затем, что Рулз хотел её смерти.

Потому что она слишком много видела.

«Потому что я хочу, чтобы она была со мной».

— Не твоё собачье дело, Ронан.

Он качает головой, явно обиженный.

— Когда нормальным людям надоедает жить в одиночестве, они заводят собаку или кошку. Ты похитил девушку! Речь идёт о человеке, у которого есть семья и люди, которые её любят, и которые теперь будут оплакивать её смерть… О чём, твою мать, ты думал?

«Что это правильно».

Он громко ругается, крутясь на месте.

— Бля, Джейк! Когда она увидела меня, то побежала на кухню и угрожала мне ножом…

Ухмылка кривит мои губы.

— Потому что она умная девочка и знает, что ты мудак.

На мгновение на его губах появляется весёлая улыбка. Но она быстро исчезает, сменившись тем же жёстким выражением лица, с которым Ронан вёл свою сестру к алтарю.

Ко мне.

Ронан — самый верный, надёжный и решительный человек из всех, кого я знаю. Он всегда говорил мне, что наша дружба для него стоит сразу после счастья сестры и если я заставлю её страдать, он убьёт меня собственными руками. Я не просто заставил её страдать: я разрушил ей жизнь, но вместо того, чтобы пустить пулю мне в грудь, Ронан положил руку мне на плечо и стал называть «братом».

Когда я достиг в своей жизни дна, он не осудил меня и не бросил. Это я отрезал его от себя. Я попросил его больше не приходить, потому что, видя его, я вспоминал Рози. А мне просто хотелось забыть её. Я не отвечал на его звонки, потому что знал, что не заслуживаю их. И лгал себе, убеждая, что, оборвав все отношения с ним, я смогу стереть часть своей жизни, которую не хотел забывать.

— Мне нужно знать, брат, — продолжил он осторожным голосом. — Какие у тебя отношения с этой девушкой?

— Ты хочешь знать, трахаюсь ли я с ней?

— Только если она несовершеннолетняя.

Громко фыркнув, я сдаюсь.

— Она совершеннолетняя, но слишком молода, чтобы вызвать мой интерес.

Ронан поднимает бровь с классическим выражением лица: «Ты несёшь чушь и знаешь это». Однако не настаивает.

— Я сейчас скажу то, что тебе не понравится.

— Тогда не говори.

— Тебе нужно от неё избавиться.

Теперь моя очередь поднять брови.

— Поясни мне. Вместо того чтобы посоветовать отпустить её, ты предлагаешь мне раскромсать её? Вот это сюрприз.

— Я серьёзно, Джейк. Я приехал сюда не только потому, что ты странно говорил по телефону, но и для того, чтобы предупредить, — кто-то глубоко копает на тебя. Я говорю о высококлассных хакерах, настолько хороших, что они взломали наши системы безопасности и сумели скачать твой файл.

— Есть идеи, что искали?

Ронан качает головой.

— Я надеялся, ты поможешь мне это выяснить. Ты никому не наступал на пятки?

— Не больше чем обычно.

Я работаю на Роберта Рулза. Смерть Андерсона и похищение Джиллиан вряд ли можно назвать чем-то необычным. Вся моя жизнь — это груда теней; конгломерат людей, у которых есть очень веские причины желать мне дороги в ад. Я отвожу от Ронана взгляд, когда горло царапает подозрение, которое вообще не хотелось бы иметь.

— Думаешь, Рози имеет к этому отношение?

«Боже». Мне до сих пор больно произносить её имя.

С той ночи, когда потерял её, я ощущаю в центре груди пустоту. Словно что-то внутри меня сломалось, и нет способа это исправить. Я отомстил за неё. Я нашёл, пытал и разрубил на куски всех, кто причастен к её убийству, а потом позвонил Ронану и сказал, что готов присоединиться к ней. Я знал, что как только тела людей, убивших мою жену, будут найдены, полиция доберётся до меня и мне некуда будет сбежать.

Той ночью Ронан искал меня повсюду. Он нашёл меня в переулке. Я собирался покончить жизнь самоубийством. Он заставил меня успокоиться, а затем отвёл к Роберту Рулзу и заставил рассказать обо всём, что я сделал.

Вместо того чтобы испугаться, Рулз улыбнулся мне и спросил, готов ли я работать с ним в долгосрочной перспективе.

Рулзу нужен был человек без цели.

Мне нужен был человек, который медленно разрушал бы мою жизнь.

Поняв, в какую беду я попал, Ронан попытался меня вытащить. Но было уже слишком поздно. Боль от потери Рози оставила во мне слишком много теней. Я слышал их крики постоянно, днём и ночью. И что они мне говорили…

— Рози мертва.

Слова Ронана сотрясают меня не только снаружи, но и изнутри. Мне не нравится их слышать. Я не хочу их слышать.

— Уже поздно, тебе пора.

— Что ты собираешься делать с девушкой?

Для неё нет места ни в моей голове, ни в моём сердце. Теперь, когда Ронан упомянул Рози, в моём сердце нет места ни для чего, кроме моей жены и той пустоты, которую она оставила во мне. Поэтому я не отвечаю. Я поворачиваюсь к нему спиной и возвращаюсь домой, а его шаги следуют за мной, утопая в грязи. Когда Ронан садится в машину, я едва киваю на прощание.

— Я с тобой ещё свяжусь, — бросает он, прежде чем завести мотор. — Не облажайся.

Я не жду, пока он исчезнет за деревьями. Захожу в дом и сразу направляюсь в ванную.

Обычно я аккуратен, методичен. Раздеваюсь, складываю одежду, готовлю полотенце и иду в душ.

Но в этот раз всё по-другому.

Я раздеваюсь быстро, почти со злостью. Бросаю на пол костюм, галстук, рубашку… И в душ. Я хочу не просто горячий, хочу обжигающе горячий. Чем больнее будет, тем легче будет игнорировать мысли, которые снова начали терзать мой разум.

Неожиданно дверь открывается. Я не оборачиваюсь, мне это не нужно. Я понятия не имею, что Ронан наговорил моей пленнице, пока меня не было, но он определённо сказал слишком много. Джиллиан может показаться молодой или хрупкой, но это не так. Если хочет что-то узнать, она не отступится от темы.

Не обращая внимания на её взгляд, я продолжаю мыться. Натираю мылом и руками всё тело. И когда выхожу, Джиллиан всё ещё ждёт. Она протягивает мне руку, предлагая полотенце. Я знаю, как ей неловко от моей наготы, поэтому использую полотенце не для того, чтобы прикрыться, а сушу волосы.

Она краснеет. Кусает губу. Но остаётся.

— Ты, случайно, не хочешь потрогать, а не только смотреть?

— Ты женат.

— Это не совсем верно. Я был женат.

— А что случилось с твоей женой? — Я бесстрастно смотрю на неё, а она продолжает. — Кровь, которую я видела в кабинете, была её?

Гнев внезапно захлёстывает меня, стремительно и мощно. Я хватаю Джиллиан за шею и прижимаю к стене.

— Повтори это.