Сабина Реймс – Спаси меня (страница 9)

– Уже уходишь?

– Эм, да.

Я подтянулся выше, облокотился на изголовье кровати и сложил руки на груди.

– Не думал, что ты трусиха.

Она не была. Кем угодно, но только не трусихой.

– Я не трусиха!

– Тогда почему ты сбегаешь?

Прикусив губу, Талия смахнула волосы обратно на спину и подошла к кровати. Поставив одно колено на матрас, затем руки, девушка поползла ко мне.

– Я не сбегу, мне нравится наблюдать за тем, как ты ломаешься.

Чертовски смелое заявление, и я был поражён, каким эротичным голосом она это сказала, будто знала самую большую тайну. Но это не так.

– О чем ты?

– Я знаю, что вчерашний вечер прошёл не так, как ты запланировал. Твои прикосновения были нежными, как у давнего любовника, но ты хотел остановить себя. – Она провела языком по нижней губе, затем широко улыбнулась, приближаясь ко мне всё ближе, пока не оказалась прямо перед моим лицом. – Но не смог.

Подхватив пальцами прядку её рыжих волос, я прижал её к своему носу, вдыхая аромат ванили, слегка прикрыв глаза.

– Запомни, сирена, я всегда делаю только то, что хочу.

Второй рукой, притянул её за шею и крепко поцеловал, аромат мяты заполнил мой рот. Я бы съел её на завтрак, если бы не вопросы, висевшие в воздухе.

– Куда ты собираешься? – Отстранившись, спрашиваю я.

– Домой.

– Зачем?

– Мне нужна одежда.

– Дай мне десять минут, я оденусь и отвезу тебя. Мои пять дней требуют твоего постоянного пребывания рядом.

Я ожидал какого-то дерзкого комментария или отказа, но она удивила меня, кивнув.

– Жду на улице.

Талия спрыгнула с кровати и вышла из спальни. Я провёл рукой по лицу и тяжело вздохнул. Это действительно будет сложно. Пять дней с этой девушкой могут изменить меня, а после, когда я вернусь к своей жизни, мне совершенно не нужны никакие помехи или воспоминания. Но я люблю сложности, особенно если они заставляют мое сердце биться сильнее.

Одеваясь, я решил, что должен лучше контролировать себя. Вряд ли, конечно, дойдёт до того, что я снова причиню себе физический вред, но я не уверен, что она не сделает чего-то, что не заставит меня вернуться на пятнадцать лет назад. Возможно, мы добровольно согласились погубить друг друга, но когда я думаю о Талии, о том, что еще она может выкинуть, моя кровь приятно бурлит в венах.

Прежде, чем мы направились в сторону её дома, мне нужно было заняться небольшим шопингом. Кассир в аптеке, темнокожая девушка с афрокосичками, примерно моего возраста бросала на меня интересующиеся взгляды и кокетливо улыбалась, когда я выложил десять пачек презервативов на прилавок. Она пробивала каждую упаковку максимально медленно, будто ждала, что я воспользуюсь одной из них прямо сейчас. Я облокотился на стойку, одним пальцем сдвинул свои очки-авиаторы на нос и ослепительно улыбнулся.

– Прости, дорогая, но могла бы ты сделать это быстрее? В моей машине сидит дикая сирена, и я не хотел бы, чтобы она сбежала.

Девушка покраснела, поджала губы и кивнула.

Когда она, наконец, закончила, я вышел из аптеки, нашёл взглядом кабриолет, из которого выглядывала рыжая макушка, и вдохнул полной грудью. На улице стояла прекрасная погода. Я любил Сиэтл, даже с его постоянными дождями, которые напоминали мою родину, но солнце и тёплый морской воздух делали мой день лучше. Возможно, дело не в погоде…

Вернувшись в машину, я кинул пакет на заднее сиденье. Талия проигнорировала меня, глядя в другую сторону. Её ноги всё так же на приборной панели, платье задралось, откровенно оголяя кремовые бёдра. Я вспомнил, что на ней нет нижнего белья, и мой член в штанах дёрнулся. В каком-то очень странном смысле, я даже позавидовал кожаному сиденью, к которому прикасалась ее голая киска.

Тяжело вздохнув, я поправил очки и вбил в навигатор адрес, который ранее назвала Талия. Она обернулась через плечо, взглянув на пакет, который я бросил назад.

– Что там?

– Презервативы.

Её брови подскочили, чуть ли не до корней волос. – Не слишком ли ты уверен в себе?

– Уверенность в себе прекрасное качество для мужчины, разве нет?

– Конечно, а ещё скромность.

Я сжал руль и улыбнулся. – Если бы я был скромным, ты бы не сидела сейчас здесь.

Талия отвернулась к окну, дав мне понять, что разговор окончен.

Конечно, мы оба знали, что это правда. Моей сирене нравится доминирование, которое я проявляю время от времени, но вряд ли она признается в этом вслух.

На самом деле, её замечание по поводу количества презервативов, имело место быть. Но не в том плане, о котором она говорила. Я волновался, что этого мало. Я хотел Талию во всех возможных позах, хотел иметь её в машине, на кухонном столе, на пляже, в океане или за столиком в кафе, чтобы убедиться, что все на острове знают, кому она принадлежит.

Когда мы всё дальше отъезжали от центра города, попадая в промышленные районы и трущобы, я нахмурился. Эти места совершенно небезопасны. Но стоило нам объехать полуразрушенное здание старого отеля, за ним показался трейлерный парк. Мне захотелось выругаться матом, а я делал это крайне редко.

Здесь не то, что не безопасно, я думаю, в этом месте даже бродячие животные не водятся.

Остановившись у нужного трейлера, мы оба замерли. Ну, во-первых, окно было выбито, во-вторых, дверь была открыта нараспашку. Если этого мало, то я не знаю, что еще сказать.

– Ты живешь здесь? – Спросил я, исследуя взглядом окружение.

– Ага

Ага. Ага, черт возьми. Талия ответила так, будто в этом месте нет ничего ненормального.

Рядом с её трейлером стояли ещё несколько, они выглядели не лучше, но, по крайней мере, их окна были целы. У одного из таких спал лысый мужчина на раскладном стуле, в растянутой майке и трусах. Его кожа покраснела от палящего солнца, я думаю ещё минут двадцать, и она покроется волдырями.

Талия, молча пошла к трейлеру, а я за ней. Какого черта она так спокойно заходит туда? Что если там кто-то есть? Но я даже не успел возразить, она уже была внутри, я вошел следом.

Пространство было очень маленьким. Примерно, как моя ванна в Сиэтле. Одноместная кровать, маленький столик, раковина, газовая плита с одной конфоркой и дверь, которая, видимо, вела в туалет. Несколько шкафов под потолком. Талия открыла один из них, достала сумку и начала складывать вещи. Я с трудом дышал в этом замкнутом пространстве, не то, что бы двигаться.

Но, несмотря на то, каким пожившим было это место, здесь было чисто и, если так можно сказать, уютно. На стене висел плакат с серфером на волне и несколько черно-белых фотографий. Кровать аккуратно застелена покрывалом в стиле пэчворк, заброшена маленькими цветными подушками, а в изголовье висел ловец снов.

Стены были покрыты облупленной краской, потолок пожелтевший, а линолеум стёртый. Но все же, Талии удалось придать этому месту свою собственную индивидуальность.

Девушка скинула с себя сарафан, оставшись полностью голой. Я сделал шаг к двери, чтобы проверить никто ли не собирается войти в неподходящий момент, но лысый мужик продолжал храпеть на своём месте. Она достала короткую желтую юбку и топ в полоску, быстро сменила белые конверсы на высокие жёлтые со знаком «Пис» по бокам.

Интересно, она, когда-нибудь носила туфли? Хотел бы я посмотреть. Мы с ней заметно отличались друг от друга, и эта разница поглощала меня. Неизвестность просила, чтобы я изучил её.

Не выдержав, я сделал шаг в ее сторону.

– Не хочешь рассказать, почему ты живешь в такой дыре? И что важнее, тебя не беспокоит разбитое окно и открытая дверь?

– А что рассказывать? – Начала девушка, не отвлекаясь от упаковки одежды и, кажется, пяти или четырёх пар кед. – Я не могу позволить себе хорошее жильё, и это было единственное, на что мне хватило. Я не знаю, сколько пробуду на острове, так что было проще взять что-то дешевое сразу. – Я взял её сумку, когда она достала другую. – Дверь не закрывается, но у меня нечего брать, поэтому меня не сильно это беспокоит, а окно… Ну, видимо его прострелили.

– Подожди, что? Прострелили?

– Да, мой сосед Рэй, иногда буянит, когда напивается.

Она так легко об этом говорит, будто это чертова норма. Я задумался, как она жила в Сан-Диего? Был ли ее дом похож на этот? Мой титулованный отец-тиран дал мне всё в этой жизни, но в восемнадцать лет, я уехал из Англии, поступил в колледж в Америке, стал работать барменом, и даже тогда, мог позволить себе лучшее жилище, чем это.

И снова это чувство. Защитить.

Я сжал переносицу, чтобы немного остыть. Пять дней. Дальше мы разойдёмся.

В дверь с силой постучали, что уже казалось странным, ведь было видно, что она открыта. Талия проигнорировала неожиданного гостя, поэтому я вышел сам. Передо мной стоял тот самый мужик, который еще пару минут назад спал на стуле. Его плечи и нос облезли, потная лысина блестела на солнце, такого же ярко-красного цвета, как и остальные участки кожи. Майка грязная и растянутая, трусы почти сползли с его толстой задницы.

– Опа! Синди привела богатого папика. Твоя тачка? – Мужчина засмеялся над своими словами, почесывая живот.

– Что тебе надо?

– Где моя любимая рыжая? – Произнес он, заглядывая мне за спину. – Позови её, парень, нам надо поговорить.

О чем, блять, он собирается разговаривать с…Синди? Так её зовут?