Сабина Реймс – Спаси меня (страница 17)
Хантер провёл рукой по лицу и тяжело вздохнул. – Талия, я же сказал, что не делаю ничего, чего бы ни хотел. Да, я не испытываю эмоций, но всё, что я говорю тебе – это правда. Если я говорю, что ты прекрасна, значит, так оно и есть, если я говорю, что хочу пойти посёрфить, значит, я действительно хочу этого. Воспринимай мои слова буквально, не задумываясь об эмоциях. Некоторые из них действительно проявляются рядом с тобой, но… – Хантер замолчал, плотно сжимая губы и отводя взгляд.
– Но что?
– Но я блокирую это. Это неосознанная привычка, я жил так годами. Я ничего не могу сделать, Талия. И не хочу.
Если он надеялся улучшить наше положение, то потерпел крах. Всё стало еще хуже. Он испытывает, что-то ко мне, но добровольно избегает этого. Почему? Потому, что мы расстанемся через два дня? Отлично, он запрёт свои чувства под тройной замок, а что будет со мной?
– Я… Я хочу уехать раньше срока.
– Исключено. – Его голос твёрд и не терпит возражений.
Хантер вздыхает, подходит ближе и устраивается между моих ног. Он смотрит мне в глаза, когда его рука поднимается и заправляет выбившуюся прядь волос мне за ухо. Это кажется простым жестом, будто он делал это каждый день на протяжении многих лет. Видимо Хантер тоже думает об этом, он наблюдает за своей рукой, его веки трепещут, а густые ресницы бесшумно поднимаются и опускаются. Такой прекрасный.
– Два дня, Талия… – Шепчет он. – Это всё, что я прошу. – Он берет мою руку в свои большие ладони и подносит к губам, целуя костяшки пальцев. – За прошедшие дни, ты даже не замечала, что я не испытываю эмоций.
Я сдавленно смеюсь, приподнимая бровь. – Ты хороший актёр?
– Нет, потому что все, что я делал, было искренним по отношению к тебе. Всего этого я хотел с тобой. Не имеет значения, что происходит в моей голове. Есть я. Есть ты. Есть мы. И у нас есть два дня, которые мы не можем потерять.
И я верю ему. Я не могу уйти, зная, что он будет ещё два дня на острове. Я потеряю его так же быстро, как и нашла, но это будет не сегодня. Поэтому, я медленно киваю и это всё, что ему нужно. Моё согласие. Хантер не заставил бы меня, если бы я настояла на своём. Он не взял бы меня силой. Ему стоило попросить, и я соглашусь, он знал это.
– Пойдём, есть одна вещь вне списка, которую я хочу испытать с тобой. – Произносит он, помогает мне слезть с островка и ведёт в спальню.
– Мне стоит волноваться?
Я не вижу его лица, пока мы поднимаемся на второй этаж, но слышу, как Хантер издаёт лёгкий смешок.
– Будет весело.
***
Как оказалось, весело в понимании Хантера, это посадить меня за руль блестящего металлического монстра Harley Davidson.
– Это что, шутка?
Хантер берет мою руку, стягивает с запястья резинку для волос, разворачивает и завязывает низкий хвост.
– Нет, но поверь, тебе понравится.
Я резко разворачиваюсь, вырываясь из его рук.
– Тебя ничего не смущает? – Почти кричу, делая шаг назад от него, и провожу руками вдоль своего тела в воздухе.
Хантер поднимает бровь, рассматривая меня. – Отлично выглядишь.
– Хантер, я в юбке! В очень короткой юбке! Ты мог предупредить, что мы поедем на мотоцикле!
Он пожимает плечами и берет один из шлемов с сиденья. – Мог.
Я делаю шаг назад. – Боже мой… Ты сделал это специально!
– Мои развлечения имеют свою цену, помнишь?
Качаю головой, выхватив шлем из его рук. – Сумасшедший.
– Это я уже слышал. Садись.
Я неуверенно подхожу к Харлею, нервно осматривая его. Кожаное сидение и хромированные рукоятки, манят провести по ним ладонью, несмотря на то что эта штука выглядит мощно и опасно, а еще вызывает волнение и желание сбежать.
– Я буду переключать скорости, поэтому тебе придётся поставить свои ноги на мои. Как только мы достигнем сорока пяти миль в час, управление будет на тебе. – Хантер перекидывает ногу через мотоцикл, надевает второй шлем и хлопает по небольшому месту между ним и рулем. – Давай, сирена, тебе понравится.
Повторив его движение, я оседлала Харлей. Благодаря солнцу кожаное сиденье нагрелось, заставляя вздрогнуть, когда моя голая задница коснулась жгучей кожи, но следом ощущения стали более интересными.
Хантер завёл двигатель, переключил скорость, и мы тронулись вперёд, выезжая на трассу. Мотоцикл завибрировал, что мне тут же захотелось сжать ноги вместе.
Грудная клетка Хантера плотно прижалась к моей спине, я почувствовал жар мужского тела даже через ткань нашей одежды. Мотоцикл набирал скорость, отчего вибрация между ног становилась более интенсивной, мои щёки горели, и последнее, чем мне сейчас хотелось заниматься – это кататься на мотоцикле. Мои мысли были совершенно в другом месте.
– Почти сорок пять! – Крикнул Хантер. – Ты мне доверяешь?!
– Хантер!
Скорость была уже сорок миль, мы перекрикивали рёв мотора, мотошлем так же ухудшал слышимость.
– Скажи это, сирена! Ты доверяешь мне?!
Я сглотнула ком в горле и несколько раз кивнула.
– Скажи это!
– Да! Я доверяю тебе!
Хантер, который всё ещё держал рукоятки руля, резко отпустил одну руку и закрыл защитное стекло на моем шлеме. Я тут же погрузилась в темноту… Какого черта??
– Хантер!!!
– Я с тобой, сирена! Не поднимай стекло, доверься своим органам чувств!
Ублюдок решил отомстить мне за то, что я порезала его вчера? Он собирается убить нас моими руками? Боже мой, во что я вляпалась?
Хантер взял одну мою руку и положил на кожаную рукоятку с одной стороны, затем повторил это же с другой рукой. Я больше не чувствовала его тело за собой, будто он вовсе исчез, только его нога под моей давали понять, что он рядом.
– Слушай меня внимательно! Это похоже на циферблат, твои руки сейчас на три и девять часов.
Крепче сжав руль, я мысленно зафиксировала их положение.
Слезы отчаяния подступили к глазам, и я была рада, что Хантер не видит меня под шлемом.
– Мы погибнем! – Прохрипела я, неуверенная услышит ли он меня вообще.
– Этой трассой пользуются редко, расслабься!
Сделав глубокий вдох, я попыталась собраться. Хантер не даст нам умереть. Он рядом, он поможет.
– Молодец! Не крути руль, пока я не скажу!
Из груди вырвался нервный смешок. Это сумасшествие.
Внезапно мотоцикл затрясло, похоже, мы съехали на обочину.
– Вот черт! – Закричала я.
Я резко дернула руль влево, стараясь вернуть мотоцикл на дорогу, но нас наклонило на бок. Я завизжала и ждала, что Хантер поможет, но он не шелохнулся. Решив, что я слишком сильно повернула и могла выехать на встречную полосу, я метнулась обратно. Мотоцикл снова выехал на гравийную обочину. Твою мать!
Покачав головой, я закричала. – Я не могу!
Я ждала, что он снова проигнорирует меня, но в следующую секунду почувствовала теплую ладонь на своём животе. Хорошо. Всё будет хорошо. Снова попыталась вернуться на дорогу, вильнув чуть влево. Звук изменился, похоже, получилось. Мой подбородок дрожал из-за нахлынувшего чувства досады. Я не хотела сдаваться, но и гнать на такой скорости закрытыми глазами было самоубийством. Опустив веки, и размерено, набрав воздух в лёгкие, я попыталась привести мысли в порядок и сосредоточиться.
– Ладно. Я смогу.
Я чуть дёрнулась, когда поняла, что меня повело влево, потому что мотоцикл наехал на разделительную линию. Небольшие выступы, которые, видимо, служат светоотражателями в темноте, стали моей меткой. Лучше я буду ехать посередине, чем улечу на обочину и потеряю управление. Плечи слегка расслабились.