С. В. – Командировка в прошлое (страница 47)

Я сел в машину и поехал дальше.

Днём обедал в столовой радиозавода. С интересом прислушиваясь к мнениям обедающих людей. Народ активно обсуждал вчерашние решения. Так как на радиозаводах работали достаточно образованные люди активного возраста, то и восприятие ими вчерашних событий было более позитивным, не было пессимизма и испуга. Против принятых решений ни кто не возражал, даже наоборот считали, что ещё несколько месяцев назад надо было так сделать. Основные обсуждения и споры разгорались о том как это лучше воплотить в жизнь теперь.

Через столик от меня, двое из 4-го посёлка рассказывали собравшейся вокруг них приличной толпе, как вчера в посёлке выбирали судью и присяжных. «Да с присяжными мы быстро решили, кого выбрать. А вот кого выбрать судьёй и по каким законом судить, долго решали. Только к часу ночи решили про законы и выбрали судью. Нет до драки дело не дошло, но спорили долго».

Подъезжая вечером к административному корпусу, увидел что площадь опять наполовину заполнена людьми. Поставив машину на стоянку. Отравился посмотреть на суд. Скажу честно, мне было очень интересно посмотреть во что выльется вчерашнее предложение Олафа. Ведь в чистом виде, в жилых посёлках, он приложил взять власть народу в свои руки. Похоже что и всех собравшихся на площади происходящее интересовало не меньше.

Наконец конференц-зал был подготовлен для проведения суда. Все конечно в зал не поместились и я тоже в зал не попал. Но пристроился не далеко от окна, и в общем то всё прекрасно видел и слышал, окна в зале были открыты. Олаф с Карденасом были в зале. Но сидячих мест им не досталось и они стояли возле стены. В зале не осталось свободного места, всё было занято людьми, кроме небольшого свободного пятачка у стола судьи.

Судя огласил какое дело рассматривается. И что в виду отсутствия законодательных актов. На собрании 4-го посёлка принято решение, вести в посёлке прецедентное право. В принятии решений суду и присяжным, опираться на десять заповедей, совесть и честь.

Сам суд много времени не занял.

Оба мужика и не отрицали своей вины в том что потоптали живую изгородь межу участками. Но категорически не признавали вину за начало драки. «Да с чего мне то, с Филом то драться начинать? Не мог я первый на него наброситься» Упорствовал первый. «Тим мне всегда другом был, упаси бог, что бы я первый на него полез драться». Упорствовал второй. Похоже они так наквасились в то вечер что и не помнят кто начал, думал я слушая их.

Опросили соседей. Те тоже не видели кто начал. Видели что Фил и Тим, сперва пили на веранде у одного. Потом перешли на веранду к другому. А потом как они уже по участку сцепившись катались. Охранники тоже не знали кто начал. «Приехали по вызову соседей. Разняли. Облили их водой. Сказали если не угомоняться. Закроем до утра в пункте охраны. Составили акт на поломанные кусты и уехали».

Присяжные совещались минут пятнадцать. Вынесли вердикт. Считать виноватыми обоих. Прилюдно обязать их, попросить друг у друга прощения. Выплатить каждому по 50 центов корпорации за новые саженцы. И обязать посадить собственноручно по два куста новых саженцев, взамен поломанных.

Судья почесал макушку, сказал что вердикт утверждает. С добавлением тянуть жребий очерёдности принесения извинений. К выполнению решения суда приступить немедля. Стукнул деревянной киянкой по столу и суд закончился.

Все повалили на площадь. В центре образованного круга поставили Фила и Тима. Судья написал на бумажках цифры. Бросил в шляпу и предложил тянуть. Разобравшись с очередностью, те по очереди извинились друг перед другом. Народ свистом и выкриками выражал удовлетворение таким финалом. Рады были такому разрешению ситуации и сами виновники происшествия. Отправили машину из разъездных за саженцами. А большая часть собравшихся, во главе с судьёй, Тимом и Филом. Отправилась в 4-й посёлок смотреть на завершающую сцену, высадки новых саженцев.

Я же поехал домой. По дороге думал о том, что любая дорога начинается с первого шага. И Олаф первый шаг сделал. И мне это по душе.

Я задумывая корпорацию вовсе даже и не заглядывал так далеко. Просто хотел что бы отношение к работающим в ней людям, было наиболее справедливым. Но Олаф прав, сказав «начинать когда-то надо! Так почему не здесь и не сейчас?». Не знаю удастся ли нам построить в Мексике коммунизм или социализм. Дело не в названии. Пусть будет называться как угодно хоть «пост капиталистическое сообщество свободных людей», хоть «делократическая диктатура социальной справедливости». Но я с Олафом согласен. Если есть возможность начать менять мир к лучшему, это нужно делать. Что несёт идеология власти денег, я до самых печёнок прочувствовал на своей шкуре. Когда толпы «человеко животных», возглавляемых предателями и агентами «мировой закулисы» уничтожили великую страну, превратив её осколки в сырьевые колонии запада. В страну где смертность превышает рождаемость а трудоспособное население спивается и деградирует от безысходности. В страну где уничтожено высокотехнологическое производство, а оставшееся стремительно разрушается и деградирует. В страну где фактически уничтожена наука а лучшее в мире школа образования, реформирована для выращивания тупого «идеального потребителя». В страну где от бесплатной медицины и социалки остались жалкие крохи. И если есть хоть малейший шанс, не допустить повторения подобного сценария в будущем. Приложу к этому все силы.

ГЛАВА 7

В среду с утра, позвонил Олаф. Сказал что бы утреннее совещание проводил я. Он уезжает провожать Ласаро Карденаса. «Вернусь в одиннадцать, будем планировать наши действия по президенту Камачо. Да и остальные вопросы стоит конкретизировать».

Проведя утреннее совещание пришёл в кабинет Олафа, решил ждать его здесь. У него стоял мощный приёмник в кабинете а мне хотелось послушать новости. Вчера итало-немецкие войска начали наступление в северной Африке, из новостей передающихся штатовскими станциями толком ничего понять не удалось. Вскоре поймал английскую «BBC». Из Лондона вещали, как их доблестные войска колошматят Грациани и Ромеля, но вынуждены отступить для улучшения тактического положения. Тоже мало что понятно в происходящем, кроме того что англичане отступают.

Вскоре пришёл Саблин за ним Джона. Я припахал его переводить мне с немецкого. Ведомство Геббельса вещало, что наступление итало-немецких войск застало «лимонников со спущенными штанами». Что Ромель совершив глубокий фланговый обход по пустыне в ночном бою наголову разбил 7-ю бронетанковую дивизию англичан. И теперь доблестные германские войска и их доблестные итальянские союзники пытаются догнать во весь дух удирающих англичан. Что в плен уже захвачено более пяти тысяч вражеских солдат, десятки танков и две сотни орудий, более четырех сот грузовиков и автомобилей, а также туева хуча других трофеев. Что одновременно доблестными итальянскими моряками, была атакована база английского флота в порту Александрия. Сильно повреждены линкоры «Куин Элизабет» и «Вэлиант», затонули один крейсер и транспорт.

Это что получается, думал я слушая новости, Боргезе со своими человеко-торпедами удачную атаку на одиннадцать месяцев раньше провёл? А ведь в моей истории в это примерно же время, они два раза корабли в Гибралтаре атаковать пробовали. Но ничего существенного утопить не смогли. А тут такой успех, однако. Моя мысль чуть свернула в сторону. А акваланг то ещё не изобретён! Сейчас пользуются аппаратами с замкнутой схемой дыхания. Не порядок, надо срочно акваланг патентовать.

Стал грузить Игоря Деменьтевича аквалангом и отрядами боевых пловцов. Нарисовал схему лёгкого акваланга, с двумя понижающими давление редукторами. Использующего для дыхания пловца, обычный сжатый воздух. Полковник идеей увлёкся. Решили изготовить пару десятков аппаратов для бойцов Саблина. А сам акваланг срочно запатентовать. Мы уже перешли от преимуществ легко водолазного снаряжения к тактике использования подводного спецназа. И прикидывали, где на побережье Мексики можно найти тихую бухту и обустроить тренировочный лагерь. Как вернулся чем-то озабоченный Олаф. Поздоровался с нами и сказал.

— Сейчас надо решить, берём Камачо за жабры или пока не готовы и надо отложить. Но это очень не желательно. Вчера вечером пришло сообщение из столицы, что он начал чистить правительство от левых. Меняет их на ставленников местных денежных мешков.

— Так по этому Карденас решил в Мехико вернуться? Ведь он планировал ещё неделю у нас пробыть. Сказал Джона.

— Да. Именно по этому. Полковник что-то у вас из компромата на Камачо есть?

— Всё что есть, я вчера вам с Карденасом докладывал. Возможно ещё за эту неделю что то новое мои люди на Камачо соберут. Отчёт от них жду в пятницу.

— Карденас считает что имеющегося компромата на Камачо более чем достаточно, но хочется что бы с гарантией. Сказал Олаф.

— Джона что у нас по французскому НПЗ?

— Предварительно «Compagnie franзaise des pйtroles» дала согласие, продать нам НПЗ в Провансе. Сейчас торгуемся из-за условий и цены.

— А что по серебру?

— СССР не готов его купить, но готов обменять на золото по биржевой стоимости. Ответил Джона.

— Просто отлично! Давайте подытожим, что у нас получается. Сказал Олаф.