С. В. – Год Белой Змеи (страница 82)

А я тем временем занимаясь шашлыком вспоминал, как всё неожиданно сложилось в этой реальности в Латинской Америке. Всё наверно началось с того, что я при составлении меморандума по Латинской Америке, для руководства СССР. Подробно остановился на нефтеносном районе Ориенте в Эквадоре, где нефть в это время не добывали, а в мое время добывали 300000 — 400000 баррелей в день. Поэтому в план "Мексиканского проекта", включили создание "Южноамериканской нефтяной компании". Она должна была совершенно легально заняться добычей нефти в Эквадоре и Перу. Кстати именно её, крупным акционером я сейчас являюсь, владея 18 процентов акций с правом голоса. А по сути я, этакий "Зицпредседатель Фунт", где Лаврентий Павлович — Ося Бендер. Нет, это я себе польстил, я просто один из трёх крупных акционеров, а "Зицпредседатель Фунт" — председатель правления компании Норманн Энслинджер. Здоровенный англосакс под пятьдесят лет, с холодным взглядом светло голубых глаз, здоровым крючковатым носом на породистой морде лица. Настоящий он американец или нет, то мне неизвестно. Но выговор у него техасский и поговаривают, что потомственный нефтяник и воевал в молодости за анархистов. Виделись мы с ним всего пару раз, на заседании правления. Больше то и сказать про него ничего не могу. А, нет. Ещё Олаф сказал про него — "Не переживай Ричи, это наш человек". Но это так, не очень относящиеся к делу подробности. Также в меморандуме я указал, что 5 июля 1941 года должна начаться война между Эквадором и Перу, в результате чего Эквадор потеряет почти 40 % своей площади, как раз той территории где позже найдут нефть. Поэтому в "Мексиканском проекте" предусматривалось добыча нефти в Эквадоре, так и в Перу. Вмешиваться в их конфликт изначально не планировали. Хотя усиление левых и объединение их в "Народные фронты" предусматривалось.

В общем, всё так и начиналось, тихо, мирно. Создали "Южноамериканскую нефтяную компанию" ЮАНК, купив какую-то дышавшую на ладан нефтяную компанию в Техасе. Заключили договор с Эквадором и Перу на разведку и добычу нефти. Как оказалось, в бассейне реки Ориенте, нефть искала с 1921 года компания Shell. Но пока не нашла, поэтому особо никто палки в колёса не ставил. В тоже время был создан международный "Панамериканский банк промышленного кредитования" ПАБПК. В марте-апреле были куплены несколько мелких банков, в США, Венесуэле, Перу, Эквадоре, Кубе, Колумбии и образован новый банк в Мексике. Вот их то и объединили в ПАБПК. Как акционер, я стал владельцем 12 % акций с правом голоса, не надо думать, что это я вкладывал финансы в нефть, банк, да и другие компании, это вкладывал СССР. Большая часть крупных акционеров с контрольным пакетом акций и председатели правления, ни как, не афишируя это, просто представляли интересы Советской России. Да, вот так вот. Вернулся в июле в Мексику, а я уже оказывается крупный акционер, с документами на долю в акциях, теперь регулярно получаю инструкции, как голосовать и куда вкладывать деньги. Хотя после появления акций на бирже, появились и реальные акционеры, но их совокупная доля не превышала 30–40 %. Когда первый раз приехал на заседание правления банка, не мог понять, почему мне кажется знакомым председатель правления Гарольд Буш, вроде как даже родственник тех Бушей, из которых потом пошли президенты США. Напрягся включая память, а когда он повернул голову к Джоне, который тоже числился акционером и реально рулил ПАБПК. Я вдруг понял, кого мне Гарольд Буш напоминает. Прокрутил перед мысленным взором кусочек документального фильма, который когда-то давно смотрел про нашу разведку. И чуть не выдал себя, от удивления, падающую на пол челюсть, все же успел подхватить. Сделал морду кирпичом, а сам в натуре охреневал. "Чтоб я сдох, если это не генерал-майора государственной безопасности Наум Эйтингон" — "последний рыцарь советской разведки", как его называл Павел Анатольевич Судоплатов. Похоже было, что только я, да полковник Саблин, знали кто такой на самом деле миллионер банкир Гарольд Буш. Олаф правда знал его под другим именем, думая что это генерал Леонид Александрович Котов, бывший резидент НКВД в Испании. А сейчас резидент советской разведки в обеих Америках. В общем, когда я опознал в Гарольде Буше легендарного диверсанта-разведчика особого назначения Эйтингона. Появилось предчувствие что "жить станет интересней, жить станет веселей". И как показало время, "предчувствия его не обманули". Вот они-то, с полковником Саблиным, с которым были хорошо знакомы ещё по работе в Манчжурии, всю эту кашу и заварили. Всю завязку интриги я пропустил, работая в СССР. Восстановить ход событий удалось, расспрашивая Олафа, Саблина и Джону.

Мда-а, даже где то завидки берут, что это не я такую "веселуху" придумал, а потом "безобразие учинил", значительно укрепив наши позиции и влияние в Латинской Америке. Но если серьёзно, то я бы, просто не смог такое придумать. Настоящих реалий Латинской Америки в это время я себе не представлял. То есть историю, конечно изучал и в школе и так потом почитывал. Так сказать голые факты и очерёдность событий представлял, но не более. Даже читая у ОГенри, Маркеса или того же Грэм Грина, описание политических реалий, воспринимал прочитанное скорее как гиперболу. Меня даже реалии нынешней Мексики, по большому счёту не заставили проанализировать происходящее в Латинской Америке, с другой стороны мне особо не до этого было. Откуда мне было знать, что политическая жизнь вокруг президентского кресла в большинстве стран Латинской Америке, почти до середины двадцатого века напоминала поле боя, вялотекущего военного конфликта. Обитатели этой политической тусовки, более или менее успешно уничтожают друг друга с помощью интриг и "компроматов", но не брезгуют и физическими средствами. Отстрел президентов или лиц, претендующих на этот почётный титул, стал доброй традицией жизни латиноамериканских стран. Особенно в небольших странах типа Эквадора и Перу.

Особое оживление в политическую жизнь, внесло начало промышленной добычи нефти. В связи с тем, что заработки обитателей президентских дворцов выросли неизмеримо, калибр и скорострельность "инструментов политики" увеличивались соответственно. Кроме того, нефть придала импульс развитию "добрососедских отношений", особенно между Перу и Эквадором. Оказалось, что обе "великие" державы, ещё с "доколумбовых времён", имеют взаимные претензии и интересы к некоторым приграничным регионам, по странному стечению обстоятельств, обладающим значительными запасами "чёрного золота". Остроту и некоторую непредсказуемость внутренней жизни Перу и Эквадора, придало создание в 20-х годах революционных партий — Социалистической, Коммунистической, Анархистской и прочих. Их становление ознаменовалось рядом вооружённых восстаний, регулярно подавляемых реакционными правительствами. Занятые внутренними и "добрососедскими" разборками правительства Эквадора и Перу, как-то не придали особого значения началу Второй Мировой Войны. Вот такой была обстановка в Эквадоре и Перу когда туда пришли ПАБПК и ЮАНК. Кампания ЮАНК стала завозить оборудование, вести разведку нефти, стоить хоть какую-то инфраструктуру в лесах Амазонии, для нефтяников и охранявших их бойцов агентства "Protection and Convoy Security". В первых числах июня, в Эквадоре был образован "Народный фронт Эквадора" куда вошли — Эквадорская коммунистическая партия (КПЭ), Эквадорская социалистическая партия (СПЭ), Социал-христианское партия и большинство профсоюзных объединений. Через неделю у соседей был создан "Народный фронт Перу", задержка была вызвана эпидемией простудных заболеваний у троцкистов в Перуанской коммунистической партии (ПКП) и думающих только о бабках и своих амбициях лидеров Американского народно-революционного альянса (апристов). Торжественные похороны, начиная с ген. секретарь ПКП Э. Равинеса и полутора десятков самых влиятельных его последователей в ПКП и лидера апристов Айя с полудюжиной влиятельных соратников по партии, заняли как раз неделю. Я вроде уже рассказывал, что сейчас рицин в организме обнаружить не возможно. После "недели пышных похорон", коммунисты, социалисты, апристы, анархисты, профсоюзы, смогли договориться о создании "Народный фронт Перу", буквально в течение трёх дней.

Основная разведка нефти велась на территории Эквадора. Первая же скважина, пробурённая до глубины 2974 метров, в долине реки Напо около городка Арабелла, дала нефть. Это известие совпало с началом боевых действий пограничников и патрулей эквадорцев и перуанцев, но началась она почему-то на неделю раньше, чем я помнил. Найденная нефть это уже серьёзно, а тут бегают, какие-то плохо вооружённые, в экзотическом тряпье группы людей и стреляют вдруг друга. И ладно бы только вдруг друга, охране месторождения пришлось вступить в бой, разогнав их в разные стороны. Наконец 5 июля 1941 года начались наступление Перуанской армии в долине реки Сарамилья, вдоль побережья Тихого океана. Эквадорская армия общей численностью около 3000 человек, стала отступать под напором Перуанской армии в 11500 человек, которую поддерживали аж 7 шт. чешских LT vz. 38. В воздухе летало с той и другой стороны десятка три самолётов, десяти пяти летней давности, что то даже бомбивших. А Перуанцы были настолько технически продвинуты, что высадили даже десант в 30 человек. Захвативших крохотный порт Пуэрто-Боливар, с полусотней портовых рабочих и тремя полицейскими. Посмотрев на всё это безобразие, раздражённый тем, что ему не дали активно поучаствовать в "закапывании Херста", Саблин пришёл к Эйтингону с предложением "разогнать этот балаган", тому идея понравилась. Но он предложил не просто разогнать, а заодно и кардинально решить проблему.