С. В. – Год Белого Дракона (страница 52)

— В этом случае можно, — объяснил он — из троих кандидатов на пост губернатора, двое наши люди. Третий серьёзного влияния не имеет. Так что в любом случае губернатором будет наш человек. В ближайших муниципалитетах, к концу года, тоже будут наши люди рулить. Поэтому всесторонняя поддержка и благоволение местных властей нам обеспечено.

Наступило воскресенье, Джули, повела меня знакомить с семьёй. Невзирая на её протесты, что так не принято. Купил букет цветов и бутылку хорошего полусладкого вина её маме, нам с отцом Джули, большую бутылку отличнейшего бурбона, а её братьям и сёстрам накупил разных сладостей. На её сетования, что это поставит семью в неловкое положение, так как приглашающей стороной выступают они. Я с самым серьёзным выражением лица заявил.

— Что это, буржуазные предрассудки, надо быть выше этого. И даже если сначала её родные испытают неловкость, чуть позже успокоившись, они это оценят.

До дома семьи Джули, добрались на такси, дом был в пригороде. Как я потом узнал, в него они перебрались четыре года назад. И хотя он был старый и требовал хорошего капитального ремонта, семья Джули, им очень гордилась, как-никак свой дом. Несмотря на опасения Джули, презенты семья восприняла на ура, правда кроме мамы. Мне в тот вечер, так и не удалось преодолеть её настороженное отношение ко мне и растопить ледок не доверия. А вот с Джоном, отцом Джули, общий язык нашли почти сразу. Джон был мой ровесник, по прошлой моей жизни, жизнерадостный и лёгкий в общении. Да и с сёстрами и братьями Джули, мы очень скоро нашли общий язык и взаимопонимание. Так, что за столом царило веселье и оживление, единственно кто себя не очень свободно чувствовал, была Грейс, мама Джули. Решив не заморачиваться и быть самим собой, зачем мне будущим родственникам морочить голову, да и себе тоже. После пары дриньков, снял пиджак, галстук и закатал рукава рубахи. На что получил одобрительный взгляд Джона. С её братьями и сёстрами, взаимопонимание установились после моих рассказов о будущих чудесах науки и техники. Как-то — мобильные телефоны, плееры, ноутбуки, телевизорам с полутораметровыми экранами. Слушали затаив дыхание и открыв рот, да и взрослые с интересом слушали. Пройдясь ещё немного по аквабайкам, вертолетам и квадроциклам, сосредоточился на разговоре с Джоном, о экономической ситуации в штатах и о идущей в Европе войне. Через какое-то время, когда мы с Джоном вышли покурить, то есть дымил он, а я просто с ним за компанию. Услышал доносившееся из дома пение. Молодежь, по-видимому, заскучав от наших с Джоном разговоров, упросила Джули сыграть на гитаре. Достали семиструнную гитару и вовсю уже распевали. Вскоре мы с Джоном вернулись обратно в дом, застав такую сцену. Джули играла на гитаре и пела, Ник её брат, играл на губной гармошке, остальные сёстры и брат весело подпевали, Джон с ходу подключился. И я бы тоже с ними попел, к тому времени мне уже конкретно захорошело, но не знал, ни слов, ни мелодий. В основном пели кантри, весёлые и задорные, в чем-то даже хулиганские, по нравам этого времени, мне честно понравилось. Но и пару грустных блюзов сыграли. Блюзы пела одна Джули, голос у неё был замечательный, хотя особой силой не отличался.

Пока слушал пение, ещё с Джоном добавил на грудь, и меня потянуло на подвиги. Вспомнил свои студенческие годы, приятеля профессионально игравшего на гитаре и хорошо певшего. В компании я всегда ему подпевал, а он пытался научить меня игре на гитаре. Я даже шести струнку купил, ноты выучил, но толком играть так и не научился, хотя музыкальный слух у меня вроде как был. Выучил с полтора десятка аккордов, для походных песен у костра вполне хватало. Но по-настоящему освоить игру на гитаре, было не суждено, переносные магнитофоны были вне конкуренции. Вот ноты и слова битловских песен, сейчас мог легко воспроизвести, как и мелодию, благо Ричард тоже не страдал отсутствием слуха. Корче, попросил гитару и попробовал воспроизвести Girls, вначале как мелодию на гитаре, напевая мелодию себе под нос, но получалось не очень. Мелкая моторика пальцев у Ричарда была не наработана. Промучившись минут пятнадцать, вернул гитару. Извинился, что не получилось, сославшись на то, что давно практики не было. Видя, что я расстроился, Джули сказала, были бы ноты, она могла бы мне аккомпанировать на гитаре. Я обрадовался и сказал, что нарисую, только нужна бумага и карандаш. Мне выдали просимое. Пока Джули играла, а семейство дружно пело, я написал ноты к пяти битловским песням — Let It Be, Girls, Yesterday, Мишель и Imagine, решив на этом остановиться. Увидев, что я закончил писать, Джули взяла ноты и спросила, с какой начать. Я сказал, что без разницы, на её усмотрение.

— Если сможешь, напой мелодию, разбирая ноты и аккорды — сказала она.

Я стал напевать, через пару минут мы попали в один тон, я спел Girls, потом с помощью Джули и остальные песни. Потом повторил их по просьбе "трудящихся масс", а Let It Be и Yesterday, аж два раза. В общем, вечер знакомства прошёл замечательно. Если не считать того, что с Джоном мы всё же крепко набрались. Так, что утром пришлось отказаться от силового комплекса зарядки.

В понедельник, после работы, встретился с Олафом. Днем был дождь, а к вечеру распогодилось. И пока воздух был чистым и свежим, а летняя удушающая жара на время отступила, решили разговор совместить с прогулкой по Центральному парку. Там и поговорить свободно можно, не боясь чужих ушей. В моем времени, было много разговоров, что бессменный глава ФБР — Джон Эдгар Гувер, банальный педрила. Но насколько это соответствует действительности, я не знал. Долго ломал голову, стоит ли об этом сообщать нашим, если сам не уверен. И решил поступить немного по-другому, для начала поговорить с Олафом. Встретившись, пошли гулять по парку, сперва шли молча, после недельной жары измучившей всех, просто наслаждались прохладой и свежим воздухом.

— Олаф, как тебе удаётся всё успевать? — Начал я разговор. Я прямо поражаюсь твоей работоспособности.

Олаф весело засмеялся.

— Ричи, ты, что и впрямь думаешь, что я сам всем занимаюсь? Ну, уморил! У меня полно представительств и сотрудников. И в Нью-Йорке контора есть, с большим штатом нужных людей. Лично я, занимаюсь только теми делами, которые требуют безусловной конфиденциальности, или сложным новым делом. Как со строительством корпорации. Конечно, у меня есть люди, которым можно поручить дела не терпящие разглашения, но наиболее важные из них я делаю сам.

— Я понял Олаф, это очень хорошо, так как у меня появилась информация, требующая проверки.

— Давай выкладывай, что ты там разузнал.

— Олаф, как бы ты отнёсся к информации, что глава ФБР Джон Эдгар Гувер, педераст? Это то и требуется проверить, если возможно собрать неопровержимые доказательства. И если это правда и у нас появиться компромат на Гувера, попробовать взять его под наш контроль. Заметив, что я остался один, развернулся в обратную строну, Олаф застыл на месте, с него вполне можно было писать картину — "полное обалдение". Выражения его лица не оставляло сомнения, что моя информация его потрясла, через пару минут он справился с собой.

— Ричи, скажи, что это не шутка!?

— Нет, это не шутка, — ответил я.

— Это просто бомба! А перспективы, мм-м-м-м!

От открывающихся возможностей, Олаф даже закатил глаза.

— Я прекрасно представляю, открывающиеся возможности, если это всё так — сказал я. — Но назвать на 100 % достоверной, эту информацию, я тоже не могу. Поэтому и хотел спросить тебя, есть ли возможность это точно выяснить?

Олаф погрузился в размышления, какое-то время мы шли молча.

— Люди у меня найдутся, но не уверен, что удастся собрать настолько компрометирующие сведения, чтобы можно было их использовать. В спальню то к нему не пробраться!

— Есть у меня мысли, по этому поводу, как записать его разговоры и сделать неопровержимые фотоснимки — сказал я в ответ. В принципе, я могу сделать фотокамеру размером два на два дюйма, длиной в три или четыре. Или наоборот, шириной три, толщиной в полтора. Можно её скрыто поставить у него в спальне и дистанционно управлять ею. Также, могу сделать миниатюрный микрофон, чтобы определить, чем он занимается и подать команду на камеру. За месяц полтора, в лаборатории Bell, я бы это смог сделать. Но кто там мне это позволит? Если арендовать лабораторию, с хорошо оборудованной мастерской, найти пару рукастых помощников, то я попробовал бы это сделать.

— Да-а-а, не перестаёшь ты меня удивлять Ричи, а как ты планируешь управлять микрофоном и камерой на расстоянии?

— С помощью радиопередатчика. От камеры и микрофона, через вентиляцию, провода идут на чердак, где спрячем приёмопередатчик, запитанный от бытовой электросети. В районе четверти мили, в съёмной квартире или в каком-нибудь фургоне, будет наш человек с приёмопередатчиком. Услышав, что Гувер предаётся содомии, даёт команду на камеру и делает снимки. Сложности вижу две. Выбрать время, когда в доме Гувера никого не будет, так как поставить аппаратуру, это два часа минимум. Вторая сложность, забирать отснятые плёнки и ставить новые.

— Умеешь ты удивить! Ричи, дай мне всё это хорошенько обдумать, а как буду готов, скажу. И тогда конкретно решим, что и как будем делать.