С. В. – Год Белого Дракона (страница 3)

— Можешь мне не верить, но единственный выход для Италии — не ввязываться в войну, СОВСЕМ! — выделил он тоном.

— Или, в крайнем случае, позже и на стороне союзников, году так в сорок третьем. Но как это осуществить, не представляю. Успехи немцев, в этом году, будут столь значительны, что удержать Италию от вступления в войну на их стороне, чтобы, как все будут думать, не опоздать к разделу "европейского пирога", почти невозможно. Мы, и ты, и я, в той истории, что я видел, подержали в июне Муссолини в этом решении. И, через три года, это приведёт к полной катастрофе. Я не хочу во всем этом участвовать, так как не вижу возможности удержать страну от вступления в войну на стороне Германии.

— Итало, послушай, я с трудом, но допускаю, что случилось чудо — ты видел будущее. Чего только в жизни не бывает. Но не кажется ли тебе, что ты, несколько драматизируешь ситуацию? Конечно, мы сейчас союзники Германии, но ведь мы не обязывались вступать в войну, в этом году, на их стороне. Наоборот, если помнишь, на Большом совете мы постановили, чтобы наш Дуче проинформировал их Фюрера, что к войне страна будет готова не раньше, чем через два года. И в таком случае, тебе не нужно уходить в отставку, наоборот, мы, зная будущее, сможем удержать Бенито и Большой совет от принятия такого решения. Правда, тебе, придется стать крайне осторожным, чтобы не дать ему возможности, от тебя избавиться.

Иван покачал головой и хмыкнув сказал:

— Не сможем удержать Дино. Даже ты мне с трудом веришь, другие не поверят и вовсе. В апреле, Гитлер, за несколько дней захватит Данию и Норвегию, опережая готовившийся туда десант англичан. В начале мая, закончив "странную войну", начнёт наступление на Францию. За неделю захватит Голландию и Бельгию, в пух и прах разгромив армии союзников. Франция капитулирует в конце июня! Англичане, бросив технику и снаряжение, сбегут на свой остров. Всем будет казаться, что до конца войны остаются считанные дни или недели. В этой ситуации, даже если я останусь, мы просто не сможем убедить большинство в совете не ввязываться в войну.

— С трудом вериться, что сильнейшая в Европе французская армия, будет разбита так быстро, — сказал с сомнением Гранди.

— Будет, Дино, ещё как будет. Французы, как и мы, готовятся воевать по шаблонам Великой войны, но это будет совсем другая война! Немцы не станут ломиться через линию Мажино, они обойдут её — по Арденам, через Люксембург и Бельгию. Прорвав фронт, выйдут к морю, добив за несколько дней попавшие в гигантский котёл, на территории Бельгии и северо-западной Франции, армии союзников. А потом, ещё за пару недель, расколошматят и остальные войска французов.

— Ну, а мы что? — взволновано и, где-то даже с нетерпением узнать, что будет, спросил Гранди. Иван не торопился отвечать, разлил по бокалам вино, предложил.

— Выпей, Дино, это чтобы не так горько было тебе слушать.

— "Salute"!

— "Salute"! — поставив пустой бокал, Иван, сдерживая рвущиеся из него эмоции реципиента, довольно спокойно продолжил.

— А мы, обосрались, по полной программе, что армия, что флот, не смотря на очень благоприятную ситуацию в начале войны, которая для нас складывалась. То, что не смогли прорвать укрепления на границе с Францией, имея многократный перевес в силах, это как раз понятно — горы, подготовленная оборона с долговременными оборонительными укреплениями, — эту позицию действительно прорвать сложно, да и французы капитулировали через пару недель. А вот Африке, полный… — Иван, не договорил, и, борясь с нахлынувшими эмоциями маршала, помотал головой. Откинулся на спинку кресла, посидел, выравнивая дыхание и смиряя бушующие в нем чувства, доставшиеся от реципиента. Справившись, продолжил:

— Мой штаб, разработал план по захвату Египта. На то, чтобы разбить жалкие силы англичан и захватить Суэцкий канал, пока они не перебросили туда резервы, у меня должно было уйти десять дней, максимум две недели. Дальше последовал бы захват Судана, что должно было быть выполнено в течение следующих трёх недель, максимум месяца. Создав возможность сухопутного сообщения с нашей группировкой в Эфиопии и Сомали. Одновременно я требовал от флота, без промедления захватить Мальту, чтобы англичане не могли препятствовать снабжению войск в Ливии, а после захвата Суэцкого канала, и нашей группировки на Африканском роге. Так что, даже не смотря на потерю нами половины тоннажа торгового флота, из-за поспешного вступления в войну, снабжение войск в Африке и доставка из неё ресурсов в метрополию, не представляло проблемы, оставшихся грузовых кораблей вполне для этого хватало. Нужно было всего лишь, захватить Мальту, что, в впервые недели войны, сделать не представляло ни малейшей сложности. Десант на Мальту, прикрыл бы наша авиация, с Сицилии и Пантеллерии. Но моё требование, о немедленном захвате Мальты, адмиралы просто проигнорировали. Возможно тебе, Дино, — Иван посмотрел на внимательнейше слушающего Гранди, — когда станешь министром юстиции, нужно будет, на предмет британских агентов, прошерстить не только флотскую разведку, но и штаб флота! В первые несколько недель, у английского гарнизона Мальты, просто не было сил, чтобы отстоять его, даже от одной нашей дивизии. В течение всей войны наши адмиралы демонстрировали полную беспомощность перед англичанами. Не использовали ни одной представившейся возможности, проиграв все более мнение крупные морские сражения англичанам. Учти это на будущее Дино!

Гранди кивнув головой, ответил:

— Учту, ни один шпион не уйдёт. Если и впрямь стану министром юстиции — просею кадры штаба и разведки флота, через мелкое сито.

— Знаешь, Дино, 90 % наших нынешних генералов и адмиралов, перед началом войны, нужно было бы отправить в отставку, такую тупость и непрофессионализм они впоследствии продемонстрировали! Сейчас наш генералитет, за редким исключением, это сборище трусов, ворюг, тупиц, если не хуже. Поверь Дино, я видел, как они воевали — это ужасно!

— Знаю Итало, тут ты Америки не открыл, это не новость, что большинство наших генералов просто карьеристы и коньюктурщики. Ну да чёрт с ними, дальше-то, что было?

— После капитуляции французов, я стал перебрасывать войска от границы с французским Тунисом, на границу с Египтом, готовясь к его захвату. Через пару дней, как я тебе уже рассказывал, меня убили наши же зенитчики, сбив мой самолёт над Тобруком. Вместо меня назначили командующим дебила Грациани, который просрал всё, что можно! Остановить готовившееся наступление он не мог, хотя и затянул с его началом на месяц — оно успешно началось. Но после захвата Эс-Саллума и продвижения на несколько десятков километров, этот кусок дерьма, отдал приказ войскам перейти к обороне, хотя англичане просто бежали от наших войск, почти не оказывая сопротивления. Представляешь Дино!? Просто не стал наступать, на бегущего от наших войск противника! Через несколько месяцев, поднакопив сил, англичане так вломили нам, что захватили две трети Ливии! Пришлось звать на помощь немцев, чтобы не потерять её полностью. С помощью немцев, мы выбили англичан из Ливии и даже захватили часть побережья Египта до Эль-Аламейна. Где и застряли, теперь из-за проблем со снабжением: Мальта ведь осталась у англичан, и они успешно громили наши конвои с топливом и снаряжением. Надо было не линкоры нам строить, а сторожевики, эсминцы и авианосцы. Да к чёрту всё!!! Иван снова разлил вино по бокалам.

— "Salute"!

— "Salute"!

— Ты даже представить не можешь, Дино! — продолжил рассказ Иван. — Всего 20, безнадёжно устаревших английских палубных торпедоносцев "Суордфиш", доставленных к нашему побережью авианосцем, смогут в ноябре этого года, на главной ВМБ в Таранто, спокойно утопить три наших линкора, один из которых новейший! И это не смотря на всё противодействие, что им оказывали! Зенитный огонь окажется не эффективным, противоторпедные сети вокруг линкоров, не достаточно заглублеными, а чем занималась авиация ПВО вообще не понятно! Нельзя нам вступать в войну на стороне Германии — страна совершенно не готова к современной войне! — экспрессивно, с надрывом, выплеснул на Гранди, кипевшие в нем эмоции реципиента Иван.

Тут вспылил и Гранди:

— А ты трусливо убегаешь! Вместо того, чтобы попытаться это предотвратить!

Сказать Гранди, об истинных причинах, почему он покидает Италию, Иван естественно не мог.

— Могу только повторить, что не вижу, как можно, в июне, не допустить вступления Италии в войну, на стороне Германии. Поэтому и уезжаю, — не хочу во всём этом участвовать. Только если пойти, и собственноручно пристрелить паяца Бенито! Тогда меня точно расстреляют, а это, извини Дино, меня ну ни как не устраивает. — с горечью ответил Иван.

— Ну, ведь можно будет убедить кого-то ещё, из совета, проголосовать против вступления в войну? Иван отрицающе помотал головой.

— Нет, не сможем. Вот, скажи Дино, что я должен был рассказать тебе, чтобы ты осознал, что война для Италии это путь к катастрофе!? И теперь представь, что я буду рассказывать на Большом фашистском совете: "Я видел будущее!". Да мне договорить не дадут — вызовут санитаров и законопатят в психиатрическую лечебницу. Нет уж, как-то мысль, провести остаток дней в психушке, мне совсем не нравиться. А логикой и анализом ситуации, я глубоко сомневаюсь, что, на фоне побед Германии, нам удастся убедить кого-либо в Большом совете в своей правоте. Тупик. И хотя ситуация, через три-четыре месяца поменяется, эйфория ожидания победного окончания войны пройдёт, но будет поздно, в войну-то мы уже вяжемся.