С. Малиновски – Спящая красавица (страница 6)

Король с облегченным вздохом расслабился и внимательно посмотрел на Нага, который сидел напротив. К его удивлению Наг, не выглядел расстроенным, наоборот. По лицу мага бродила довольная улыбка. Он пригубил свой кубок и поверх сверкающего ободка весело посмотрел ему в глаза. И Мидер почувствовал, что ему по настоящему стало страшно. Этот человек явно просчитал всё! И то, что случилось, и то, что сейчас сказал Гвин ан Нудд, и то, что произойдёт. Король почувствовал острое желание встать и отменить торжество. Он вдруг ясно понял, что Наг, ударит и ударит скоро, ещё до полуночи. Не важно как он это сделает, но то, что сделает – не вызывало сомнений. И он осознал, что мишенью служит его дочь. Наг оскорблен. Он будет мстить. Но сделает это так, чтобы у него остался шанс. Любая из хранительниц меча подойдет ему, но малышка ещё должна вырасти, а Этайн почти невеста. Значит, он попытается добраться до младшенькой до тех пор, пока Великий магистр не проведет обряд охраны. У Нага в запасе осталось часа четыре. Еще час гости будут за столом, а затем основное представление и бал. Король поманил к себе начальника охраны и коротко отдал ему какое-то приказание. Через несколько минут в зале, в коридоре, ведущем в комнату, где спала малышка и в самой комнате появилась дополнительная охрана. Несколько магов раскинули над ней и залом защитные пологи, а к уху короля склонился невысокий скромно одетый мужчина с совершенно не выразительной внешностью. После доклада инспектора тайного сыска, король смог успокоиться на столько, на сколько это было вообще возможно. Хотя он понимал, что Наг, при желании, легко сметет всё, что было сделано. Обнадеживало одно, при Великом магистре и всём Магистрате он не должен был рисковать. Наг был кем угодно, но у него была очень малая склонность к риску.

Наконец король встал и, улыбнувшись гостям не торопясь, удалился. Сидящие за столом взволнованно зашумели. Все знали, что хозяева направились в комнату новорожденной, чтобы подготовить всё для основного представления. Наг, с довольным видом оглядывал столы, гостей забывших про изысканные блюда, с некоторым раздражением его взгляд задержался на Этайн и молодом князе Гориасе. Молодежь была по-прежнему занята беседой и не замечала окружающих. Наг, не подал вида, но с огорчением признал, что этот вариант развития событий он не учел. Этайн явно нравился этот мальчишка, и она с удовольствием слушала его.

Он слегка прищурился и улыбнулся от пришедшей ему в голову мысли. Он разлучит эту парочку. Эта дерзкая девчонка, посмела забыть, что он, Наг, оказывал ей внимание. От возбуждения и предчувствия борьбы он возбужденно блеснул глазами и провел языком по губам. Да! От всей этой интриги он получит не только власть и силу, но и достойное развлечение… Увлекшись своими мыслями Наг не сразу осознал, что его начали опутывать тонкие силовые нити. Он насторожился только тогда, когда почувствовал прикосновение невесомых щупалец к щекам и шее. Слегка скосив глаз, он убедился, что почти полностью заключен в защитный кокон. Дернув пару нитей, так чтобы не потревожить их, он убедился, что вскрыть эту защиту он сможет без особого труда, правда минуту или две это займет.

Наступил торжественный момент. Вечернее представление новорожденной Хранительницы меча самым влиятельным людям Своделанда. Как и положено начали это торжество маги. Один за другим они желали принцессе счастья, любви, здоровья, долгих лет жизни… Король внимательно наблюдал за всеми, восседая в центре зала. Королева напряженно сидела рядом, готовая в любую секунду к нарушению установленной церемонии. Но всё пока шло гладко. Даже Наг, пожелал счастья и произнес положенное заклятье, не выходя за рамки приличий. После того, как он отошел король слегка расслабился. Он понимал, что Наг, вряд ли отказался от своих планов, но надеялся на то, что маг не захочет противопоставить себя Магистру и всему магистрату. Наконец встал Великий Магистр. Он торжественно улыбнулся и шагнул вперёд, но шум у двери отвлек его и заставил оглянуться. Король приподнялся с трона, но когда в распахнувшиеся двери шагнула Власта, он облегчённо вздохнул. Волшебница быстрым шагом направилась к колыбельке, и Гвин ан Нудд почтительно отступил в сторону, чтобы освободить проход. Власта остановилась перед Правителем и его супругой. Несколько секунд она молча смотрела на них, а потом склонилась над принцессой.

– Хорошая малышка, – вновь повторила она, выпрямляясь, – Ну что же! Хоть меня и не приглашали, хоть и на пир я не попала, но подарок я приготовила. Хороша у тебя дочь, Мидер! И умна она будет, и красива, и любить её будут… – Власта неожиданно повысила голос, – Но не долгая жизнь ей отмерится! В день, когда ей исполнится шестнадцать – она умрет!

Гости оцепенели. А та, вскинула руки над головой, и с пальцев её сорвались тонкие змеящиеся молнии, мертвенное сияние облекло Власту в огненную мантию. Молнии взвились к потолку, и, свившись там, в клубок с воем рухнули вниз на колыбельку, и в ту же самую секунду волшебница выкрикнула проклятье Неотвратимой смерти. Защитный щит разлетелся вдребезги. Охранников отшвырнуло, девочка проснулась и завопила во всю силу своих лёгких. А Власта разразилась торжествующим смехом. Устояли только маги и король.

– Власта! – гневно воскликнул Гвин ан Нудд, – Что ты делаешь?!

Он шагнул к ней, с угрожающим видом, подняв свой жезл. Рядом с ним оказался Наг, который, наконец, освободился от защитных заклятий, он вытянул в сторону волшебницы руку. Но маги ни чего не успели сделать…

– Вот оно что!

Все вздрогнули. У короля округлились глаза, Гвин ан Нудд напрягся, Наг, прищурился, а Власта стоявшая у колыбели побелела и отшатнулась. Этайн повернулась на голос и вздрогнула. К ним неторопливо шла Власта. Она медленно приближалась, а первая волшебница так же медленно пятилась, пока не споткнулась о ступени трона. Власта вступила в круг придворных и с мрачной решимостью протянула к самозванке забинтованные руки. Король замер, он понял, что его смутило с первой минуты. Руки! Руки Власты. У самозванки руки были целые. А ведь всего пару часов назад она получила мощные ожоги, и даже её способностей не хватило бы на то, чтобы залечить раны за это время. Снять болевой шок – да; убрать боль вообще тоже да, но полностью избавиться от последствия соприкосновения с серебром – на это не пойдёт ни один маг, слишком большая потеря сил. Как же он сразу не сообразил. Мидер резко поднялся… Но самозванка неожиданно шагнула вперёд и исчезла. Никто не ожидал такого. Даже Гвин ан Нудд растерялся. А Власта в бешенстве топнула ногой.

– Ушла! Ушла! Как она это сделала! Чёрт!

Королева склонилась над девочкой, которая, не переставая, кричала и судорожно сжимала кулачки, но замерла остановленная Властой.

– Нет, ваше величество! Не сейчас! – она мягко отстранила мать, – Я не могу отменить произнесённое, но могу смягчить.

Волшебница легко дотронулась до малышки и принялась произносить своё заклятье. Она плела новую судьбу, размыкая ледяной круг смерти, отодвигая беду. Гости молча смотрели на творящееся, на их глазах волшебство. Ибо Власта не пользовалась готовыми магическими формулами, но только маги могли оценить по достоинству тот адский труд и ту силу, которую она вкладывала в каждое слово. Даже самая маленькая крупинка этой мощи, вырвавшаяся из-под контроля, угрожала смести с лица Своделанда, как минимум, пол материка. Но старейшая волшебница знала своё дело. Когда последнее слово, прозвучав, растаяло в воздухе, все вздохнули с облегчением. Людям показалось, что с их плеч упал тяжкий груз, который вот уже несколько часов лежал на них. А те, кто владел магией в достаточной степени, увидели, как клубок проклятия истончился и поблек, хотя, конечно, полностью не исчез.

– Всё! – Власта с трудом удержалась на ногах, – Это всё, что я сейчас могу сделать.

– Она не умрёт? – королева прижала к груди всхлипывающую дочку.

– Нет! – ответ прозвучал так твердо, что даже маги с недоумением переглянулись, – Но я не могу полностью убрать заклятье. Так что в день, когда ей исполнится шестнадцать, вам предстоит очень постараться, чтобы уберечь её от любых неприятностей. Но я постараюсь найти заклинание, чтобы полностью уничтожить этот подарочек, если это возможно.

– Мы все постараемся! – голос Великого Магистра был тверд и холоден, – Мы все виноваты в случившемся. – Он вопросительно посмотрел на одну из волшебниц.

– Нет, – негромко ответила та на невысказанный вопрос, – Магия женская, но нет следа портала и нет ни одного силового всплеска, по которому можно распознать пришелицу…

– Значит, – подал голос, молчавший до сих пор Гуар, – Портал был открыт заранее.

– Похоже, – неохотно согласился Гвин ан Нудд, – но обо всём после, а пока, помогите Власте. Ваше величество, – обратился он к королю, – нам необходимо поговорить.

– Да, – устало согласился Мидер, – прямо сейчас. Надеюсь, что уважаемые гости не обидятся, если я их покину. Думаю, что праздник придётся перенести на завтра.

Он повернулся и медленно покинул зал рука об руку с Великим Магистром.

Глава 3

ГЛАВА 3

Отзвучала музыка, окончилось неестественное, по обязанности веселье, разъехались гости. Король устало опустился в кресло и задумчиво устремил взгляд на огонь. Дрова в камине весело шипели и горели ровным жёлтым пламенем. Не смотря на то, что дворец, как и большинство построек Своделанда был построен из тёплого камня, камины были почти в каждом доме. Завораживающие языки огня привлекали любого человека, создавали уют и особую теплую обстановку в семье. Если кто-то не зажигал огня, то о нём говорили, что его очаг погас, и не было страшнее слов в мире, так как это обозначало конец рода, пресечение традиций и гибель духа. Сейчас, как никогда до этого, Мидер понимал всю правду и весь смысл этого обычая. Горячие струи легко рвались вверх, в дымоход, а он, наблюдая за ними, чувствовал, как постепенно расслабляется тело, как мышцы сведенные усталостью и страхом расправляются, а заботы и горести отступают всё дальше и дальше. Очищающая волна огня уже струилась по его мыслям. Он видел все последствия вечернего представления, но так же видел и выход из этого положения. Пришло осознание правоты Гвин ан Нудда, он понял, принял и примирился со словами Великого Магистра. Смущала его только легкая тень, даже не тень, а дымка на краю сознания, которая не поддавалась очищающей силе пламени, но он понимал и то, что невозможно предусмотреть всё и всё просчитать. А потому он освобождался от тревог и готовился вступить в новый день, с его новыми заботами отдохнув и обдумав всё случившееся.