Рыжая Ехидна – Мама из другого мира. Чужих детей не бывает (страница 13)

Итак, за мной оставили право вершить судьбу юного стукача, что само по себе было большой ответственностью. Я понятия не имела, как поступают в таких случаях. Наказать и поставить в угол? Выгнать из дома? Отправить в тюрьму? Что мне делать?

Но, несмотря на такое бремя, я была благодарна своим новым родственникам за их доброту и веру в меня. Если они дали мне такой шанс, значит, считают, что я придумаю лучшую альтернативу казематам. Парень оступился, но осуждать его в сложившихся условиях у меня не получалось.

Я смотрела на крыльцо, где с каждым мгновением появлялось всё больше народа, и прикидывала, кто же из них пошел на сговор с преступниками. И, самое главное, что мне теперь с ним делать?

Столь бурной встречи я никак не ждала. Очутившись на заднем дворе нашего особняка и не успев прийти в себя после пространственного перехода и разговора с Флином, я оказалась в крепких объятиях дедушки Ульха.

— Прости меня, девочка, прости! Не уберег, чуял ведь беду, да стар стал Летун, — я крепко обняла деда в ответ, растроганно чмокнула его в щеку поверх шикарного уса.

Рядом стоял Диего, смотря на меня виноватым взглядом. Обнять не пытался, возможно, стеснялся из-за разности в положении. Ну, так я сама спокойно подошла и обняла его.

— Я рада, что с тобой всё в порядке.

Диего попытался извиниться, за то, что не смог противостоять наёмникам, но я не позволила, прервав его речь. Более достойного человека ещё поискать нужно!

Флин наблюдал за экспрессией моих сотрудников и тихо улыбался. Сердце забилось быстрее, когда среди домочадцев я выцепила серьёзного Димку, что стоял недалеко от входа. Некоторые дети мне радостно кивали, после чего всё их внимание переключалось на покупки. Пришлось попросить дедушку Ульха присмотреть за коробами, источавшими такой сладко-аппетитный дух, что о содержимом и гадать не нужно.

Появился начальник охраны. Представился как обершеф Саймон фон Бречет. Да какой же это Бречет? Это дядька Черномор! Надеюсь, подчиненных у него всё же не тридцать три богатыря, боюсь, Яблоневка их просто не прокормит. Пока знакомились, выяснила, что разместились они у деревенских и об их обеспечении мне беспокоиться не нужно. Жители только рады. Такие мужчины на дороге не валяются, возможно, получится сосватать кого. Беспокоиться тоже не о чем: вокруг всё спокойно, никаких посторонних не появлялось.

Что ж, пора включаться в работу, а теплые объятия Лиены и пышнотелой Василы придали сил. Распорядившись о чаепитии, отдала распоряжения по поводу закупленной провизии, отправилась к себе. Было желание хоть на минуту остаться в одиночестве, чтобы привести мысли в порядок.

Идя к дому, я пристально посмотрела в осунувшееся личико моего ребенка. Если не обниму его тотчас, просто сорвусь. Я всю эту торговлю с ангелами ради него затеяла, а занимаюсь черте чем, но только не сыном!

— В кабинет, — шепнула, как только оказалась недалеко от него.

Димка появился практически сразу за мной. Уже знает, что следует закрыть дверь, а только после этого лететь ко мне в объятия.

— Ну как ты, Дим? Испугался?

— Сначала да, очень. А потом, ночью, нам сообщили, что вас нашли. Сказали, что вы нужны для помощи в расследовании, поэтому пока не можете вернуться домой.

— Да, это правда и неправда, — я хотела было соврать, но какой смысл? Другие ребята всё равно всем расскажут, что «леди управляющей сломали голову, и она проспала три дня». — Я тебе потом всё расскажу. Обязательно. Ты, Димка, не поверишь, но у меня теперь есть брат, а у тебя дядя. Флин захотел к нам в семью.

— Он такой суровый, — приуныл ребенок. — Он нам нужен?

— Флин хороший, Димка. Просто жизнь у него не простая, да и он очень одинокий. Зато он всё про нас знает, перед ним прятаться не нужно. Обещаю, я скоро разберусь, как нам быть дальше.

Я поглаживала по волосам моего ребенка и думала о том, что ещё немного и все страхи будут позади. Жизнь уже налаживается, нужно только немного потерпеть.

— Мам, мне пора. Меня ребята ждут. И тебе тоже пора. Я теперь за тобой буду в три глаза смотреть, вместе с Флином. Дядя это хорошо, наверное. У меня ведь никогда не было дяди. Я пошел, мам.

Димка с удовольствием повторял это родное «мам». В груди щемило от нежности, хотелось ребенка обнять и никогда больше не отпускать. Но дверь за сыном закрылась, а мне нужно было привести себя в порядок и приниматься за дело.

Задача упростилась, так как для наших гостей у меня было несколько свободных комнат, которые ранее мы приспособили под лазарет. Вот тут и будут пока квартировать наши гости. Флина поселю отдельно, а вот остальным выделю две комнаты, пусть делятся между собой как хотят. Только вот где срочно достать приличных тюфяков, подушек и одеял на четверых? То, что у нас есть… лучшее из худшего у детей, а лазаретах уже остатки, на которых спать невозможно.

Пять дней из жизни вылетели из графика в трубу, хотя, я несправедлива. Ведь сегодня был замечательный день! И полезный. Но он ещё нескоро закончится, и вряд ли приятно. Но пара позитивных моментов ещё впереди. Ни за что не пропущу, как Флин будет одаривать Василу.

Эй, братец, слышишь меня? Не смей начинать в моё отсутствие!

По телу пробежала дрожь, когда я почувствовала теплую волну согласия Флина. Это что, новые возможности после ритуала? Было бы здорово иметь возможность общаться на расстоянии! А то иной раз приходилось молчать, так как вокруг слишком много детских ушей, а им полагается знать далеко не все. И вообще, меньше знаешь, крепче спишь. И опять эхо удивленного согласия. Какое странное ощущение, больше похоже на чувство, когда тебя осеняет удачная догадка, а в голове щелкает что-то вроде «Эврика!». Но мечтать долго не получилось, так как следом пришло ощущение, что меня встряхнули, мол, где ты ходишь? Давай уже быстрее спускайся.

По дороге встретила паренька.

— Напомни, пожалуйста, как тебя зовут?

— Киром звать.

— Кир, ты видел, куда Мир увел близнецов? Ну, новеньких ребят, что приехали с нами сегодня.

— А, Патрик и Вер, знаю. Все знают! Они прибились к Тому и Вилли, и спать будут у них в комнате. Там как раз место есть. Мей принесла уже для них постельное.

— Отлично, спасибо, — я мягко улыбнулась настороженному мальцу, и задала ещё один вопрос. — А где дедушка Ульх, знаешь?

— Не-а, не знаю, — парнишка пожал худыми плечами. — А это правда, что вы нам привезли сладости?

— Правда. Видел наших гостей? Это они постарались. Спускайся, скоро чай будет готов, — я полюбовалась, как обрадованный мальчуган с гигиканьем поскакал вниз. — Эй, а руки мыть?

Ребенок тут же изменил траекторию движения. Ох, вот и ещё одна проблема. Нужно организовать мытьё рук на первом этаже. Но это можно обдумать завтра, а вот мне стоит решить вопрос с тюфяками, чувство, что Флин меня подгоняет, усиливалось.

Нашего сторожа я нашла там, где видела его в прошлый раз.

— Дедуль, почему вещи до сих пор никто не перетаскал внутрь?

— Ну, девонька, не всё так быстро. Там пока место в кладовой освобождают для коробов. Вот уже скоро обещали закончить.

— Отлично. Слушай, дедушка, а я к тебе за советом пришла. Где можно раздобыть постели для наших бравых гостей? Желательно, сегодня.

— Так, сразу после застолья дашь мне денежку, да пару парней покрепче, мы сходим до старосты. У него и телегой разживёмся и тюфяков одолжим на время. Староста, конечно, с гнильцой человечишка, но надо мной куражиться не посмеет, да и живая денежка деревенским нечасто перепадает.

— Ох, выручили. Спасибо! — я облегченно выдохнула. Хорошо, что проблема решилась так просто и быстро. — Откуда у старосты столько тюфяков? Хватит ли?

— Дык, постоялого двора в Яблоневке нет, а староста обязан приезжих принимать. Должность обязывает.

Дед в очередной раз подкрутил свой ус, потеребил седую шевелюру и перевел взгляд на бойцов.

— Много денег возьмёт?

Я уже в уме прикидывала, во сколько мне обойдётся аренда. Деньги хоть и были, но сорить им я не собиралась.

— Давай одну среднюю монету, да пару мелких за телегу, и хватит с него, ни за что деньги получит.

Хорошо, более чем приемлемо. Осталось выяснить, на какой срок к нам пожаловали гости.

Наконец-то, место в кладовой подготовили и, мужчины вместе с детьми приступили к переносу покупок. Взрослые брали увесистые короба, младшие — те, что полегче.

Я поспешила следом за ними, потому что от Флина фонило нетерпением. Пробралась через собравшихся домочадцев на кухне и, заняла стратегически наблюдательный пункт — стул Флина, который так и не убрали. Значит, ко двору пришелся мой братик, это хорошо.

Нет, я, конечно, предполагала, что Васила обрадуется подарку, но такого фурора и предположить не могла. Кухарка вытаскивала из корзины по одному бумажному пакетику, разворачивала, заглядывала внутрь, обнюхивала с блаженным видом, после чего счастливо вздыхала и тянулась за следующим.

В кухню набились, наверное, все домочадцы и, затаив дыхание, следили за священнодействием. Никто не роптал, что приходится ждать обещанные вкусности, всем было приятно наблюдать за главным человеком в доме. Что уж говорить, все дети без исключения очень быстро полюбили Василу за её добрый нрав и вкуснейшую стряпню. Флин тяжело опирался на спинку стула, и по моим ощущениям плавился от передозировки радости. Эге-гей, как бы ни сомлел окончательно и не свалился. Наконец, последний пакет был исследован, а уставшая от впечатлений Васила, сгребла худого мужчину в свои крепкие объятия.